Алексея, еле стоящего на ногах, уводят в его покои. Кремлевские колокола продолжают звонить. Они звонят все громче и веселей.
Чистой(другому дьяку).Сходи, скажи, чтоб звонить перестали.
Народ, наполнявший Грановитую палату, начинает расходиться, но очень медленно. Люди словно чего-то ждут.
Аграфена, съежившись, стоит возле крыльца и всматривается в тех, кто выходит.
Всеволожские продолжают стоять возле места, где упала Фима. Андрей обеими руками придерживает Евдокию. Она в полуобморочном состоянии. Иван Родионович тоже еле стоит на ногах. Рядом с ними Пушкин, который тяжело дышит и не знает, что сказать, князь Тенишев и еще несколько бояр. Морозов в сопровождении своих людей подходит к этой группе.
Морозов(бесцеремонно указывая на Всеволожских).Этих взять под стражу и отправить в Тайный приказ.
Пушкин.Борис Иваныч! Бога побойся, что они сделали? Почему в Тайный приказ?
Морозов.Государю всея Руси больную, порченую
девицу в невесты!.. (Морозову от гнева не хватает воздуха. Он тяжело переводит дух.)Злейшего преступления измыслить нельзя!..
Всеволожский.Моя дочь отродясь ничем не болела. Это здесь, в Кремле с нею что-то сделали.
Пушкин.Борис Иваныч, погоди! Государевых
распоряжений на этот счет не было. Евфимия Ивановна как была, так и есть царская невеста. Кольца у нее никто не отбирал. Нельзя так с ее родней поступать!..
Морозов.Григорий Гаврилович! Как ты мог! Как ты мог! — И мало тебе, что эти люди уже один раз тебя в заблуждение ввели! Не веришь мне? Пойдем, я тебе покажу. — Ты только выехал из Касимова, как за тобой следом донос полетел, что девица эта больная, порченая, и многим про это известно. — Я ему ходу не дал, решил, что клевета, обыкновенная зависть человеческая. — И вот, что получилось!
Пушкин.Мне за всех выбранных девиц ручались касимовский воевода и соборный протопоп отец Никола, которого весь город почитает.
Морозов.Это ты так говоришь. А другие говорят, что этот Никола из ума выживший старик, и давно пора его от службы отстранять. — И мало того. Он же тебе эту красавицу всучил в обход других, прямо у себя в доме. А она ведь его крестница. (К Андрею)Твоя сестра крестница отца Николы?
Андрей(спокойно и даже с гордостью).Да!
Морозов.И Никола этот с их семьей уже не одно поколение кумовством связан.
Пушкин.Это все ничего не значит. Государь…
Морозов(перебивая).Государь, Григорий Гаврилыч, во всем разберется. Прежде надо их всех хорошенько допросить и узнать, не было ли тут какой ворожбы и чародейства. Слишком много разговоров идет про эту неслыханную красоту. Сдается мне, что и тут без колдовства не обошлось.
Пушкин.Ну это уж слишком!
Морозов.Нет, не слишком, Григорий Гаврилович! Я еще тебя щажу. Я ведь тебя не спрашиваю, не взял ли ты денег с этих людей за обман государя. — Ты девицу Гужинскую задним числом в список внес? Тоже ведь с ее отца никаких денег не брал?
Пушкин закусывает губу. К Морозову бегут Годунова и молодой боярин.
Годунова(почти кричит).Борис Иваныч! Что же ты нас бросил? Он там все разносит! Он сейчас голову себе разобьет!
Морозов, приосанившись, неспешно идет за Годуновой, затем снова оборачивается к Пушкину.
Морозов.Ты их уговори, боярин, чтоб не слишком упрямились. Чем скорее во всем сознаются, тем лучше для них самих. Ты ведь понимаешь?
Пушкин(машинально кивая).Хорошо.
Морозов уходит. Пушкин приближается к Всеволожским, хочет что-то сказать, встречается глазами с твердым взглядом Андрея.
Пушкин.Держись, Андрей Иваныч! Помогай тебе Бог! Стража уводит Всеволожских.
У выхода.
Аграфена видит, как Всеволожских выводят под стражей. Следом выходит группа бояр.
Первый боярин.В Тайный приказ повели.
Второй боярин.Понятное дело. Будут пытать, пока не сознаются, что девица падучей больна с самого рождения.
Аграфена чуть не падает при этих словах, потом, сгорбившись и глухо рыдая, направляется к себе домой.
4. Кузьма Кузьмич, пристроившись неприметно невдалеке от своей конторы, внимательно наблюдает за входом
Наконец, он видит, как туда решительным шагом входит Манка Харитонова.
Кузьма выжидает еще некоторое время, а потом, не спеша, идет туда же.
Кузьма входит в свою контору, обменивается взглядами со служителем.
Служитель.Я впустил, Кузьма Кузьмич. Кузьма кивает и идет во внутреннее помещение.
Кузьма и Манка.
Кузьма.Ты что, сдурела? Как ты сюда попала?
Манка(недоуменно).Я все сделала и пришла за своим. За обещанным.
Кузьма(покачивая головой).Средь бела дня, у всех на виду! У меня же не то место, где с вышивальщицами рассчитываются. (Вынимает мешочек с деньгами, отдает Манке.)Можешь пересчитать. — Только тебе придется сидеть тут до темноты. И уходить надо будет очень осторожно.
Кузьма открывает дверь в переднюю и громко обращается к своему служителю.
Кузьма.Кликни Лавруху. Пускай он, когда стемнеет, выведет ее через Боровицкие ворота.
5. В царской спальне
Все перевернуто вверх дном.
Федора, Стефан Вонифатьев, Чистой и Ртищев пытаются удержать царя, который рвется прочь из комнаты.
Федора.Алешенька, тебе туда нельзя! Тебе нельзя в девичью спальню! Ты ее опозоришь!
Алексей.Ее там убьют!
Федора.Там сестры твои! Там нянька от нее ни на шаг не отходит. Никто ее не убьет. — Немец сказал, завтра будет здорова.
Алексей.Я все равно дознаюсь, кто это сделал. Дал же ей кто-то сонного зелья? Что, я не знаю боярской злобы? Убийцы проклятые! Я разыщу! Я всех разыщу!
Федора.Алешенька, эта Порфирьевна за ней смотрит, пуще чем я за тобой. Она все за ней доедает-допивает. — А в другое время она с царевнами ела. Ничем ее не опоили.
Алексей.Ты тоже с ними заодно? Убийцы! Убийцы!
Чистой.Государь, слава Богу, никого не убили.
Алексей.Меня убили, меня! Душу мою убили!
Алексей бросается на постель, катается, зубами рвет покрывало. Чистой пытается попрыскать на него из какого-то флакона.
Стефан(дрожащим голосом).Государь! Без Божьей воли ничего не случается. Господь допустил, ты должен. ты должен. Ты о себе подумать должен! Ты же царь, вся Русская земля на тебя с надеждой смотрит! (Рыдает.)На тебя же весь православный мир, под игом турецким стонущий, смотрит.
Алексей(кричит).Я знаю, что я царь! Я им всем покажу, что я царь! Всем, кто мне это устроил!
Он вскакивает и, не удержавшись на ногах, валится на
кровать, затем снова поднимается.
Ртищев падает на колени, обнимает ноги царя.
Ртищев.Алексей Михайлович, смилуйся над нами! У тебя ни сыновей, ни братьев! Если ты себя уморишь, кто царствовать будет? Опять такая резня пойдет, в крови потонем.
Входит Морозов.
Морозов.Чем тут пахнет?
Чистой.Немец масло ароматное дал, говорит, успокаивает.
Морозов.Где он сам, скотина?
Чистой.Побежал снадобье готовить, должен скоро быть.
Морозов.Выйдите все отсюда, здесь дышать нечем.
Выходят все, кроме Федоры, которая забивается в угол.
Алексей(с ненавистью).Это все ты устроил. Ты хотел, чтоб было по-твоему, и добился своего. — Я ненавижу тебя.
Морозов.Такие красавицы нередко оказываются порчеными. Ты просто молод, многого не знаешь еще. — Из Касимова следом за нею донос пришел, что порченая. Доносчика задержали, можешь, если хочешь, его допросить.
Алексей.Да ты что, совсем дураком меня считаешь? Ты еще десять доносов напиши и сто свидетелей приведи.
Морозов.Я же этому доносу ходу не давал, я его посчитал клеветой. — Но то, что сегодня случилось — видели все.
Алексей.Немец сказал, она будет здорова. Я все равно на ней женюсь. Я не дам помыкать собою. Я не раб твой, не твой крепостной. Можешь убить нас обоих.
Морозов падает на колени и раздирает одежду у себя на груди.
Морозов(подставляя царю обнаженное горло).На, убей меня! Убей! Ты царь, тебе никто слова не скажет. Убей меня, а потом женись на этой порченой. — И пускай все эти Рюриковичи над тобой надсмехаются.
(Свистящим шепотом)Только когда меня не станет, берегись, как бы кто твоего царства не оспорил. Ты знаешь, что твоему отцу царский венец не Ангелы с неба спустили.
