В начале 1990-х годов, когда Россия только приступала к осуществлению глубоких комплексных реформ по модели, заимствованной у коллективного Запада, казалось, что она, как и любые другие члены бывшего советского блока, быстро пройдет переходный период, построит типовую рыночную экономику и создаст нормальное демократическое общество. В таком случае различия между ней и странами ЕС стирались бы. Она автоматически оказывалась в лагере западных держав. Противопоставления по линии Россия – НАТО или Россия – ЕС полностью утрачивали смысл.
Развитие событий пошло в несколько ином ключе. Реализовался другой сценарий. Путь, на который свернула Россия, выдался чрезвычайно тернистым и противоречивым. В итоге – справедливо или несправедливо, другой вопрос – западные партнеры стали предъявлять ей многочисленные претензии по любому из рефератов реформ, начиная от подлинности демократического устройства и заканчивая соблюдением прав человека.
Россия оказалась «чужой» среди западных демократий. Сначала она по этому поводу очень переживала. Однако чуть окрепнув, осмелела и начала проводить самостоятельный курс, отличный от того, которым следовали записные партнеры. Они же восприняли это или сделали вид, что восприняли как возвращение к политике противостояния, к политике «холодной войны» или «холодного мира». Посудите сами, о каком партнерстве в таких условиях может идти речь.
Однако все вердикты такого рода совершенно несостоятельны. Россия в исторически очень короткие сроки совершила колоссальный рывок вперед. И сравнивать ее надо не с развитыми устоявшимися демократиями, а с коммунистической идеологией, тоталитарной системой и плановой экономикой, от которых она отказалась. То есть ситуацию надо видеть не в статике, а в динамике. И замалчивать огромные жертвы, принесенные страной ради общего блага, жертвы, от которых коллективный Запад так много получил, и масштабы преобразований просто некрасиво. Это даже немножечко низко и недостойно.
И обвинения, бросаемые России, в развороте к проведению прежней политики противостояния выглядят несерьезно. Ведь, если разобраться, только Россия «закопала топор войны». Она сделала все необходимое для того, чтобы разногласия между ней и НАТО, между ней и ЕС никогда больше не приобретали антагонистический характер. Ни ЕС, ни НАТО ничего подобного не сделали. Даже не попытались. Они «шкурно» воспользовались ослаблением Москвы для откровенной экспансии на Восток и вовлечения в свою орбиту всех бывших союзников России по социалистическому блоку.
В результате Россия оказалась для них как бельмо на глазу. Вместо того чтобы создать новые структуры военно-политического и экономического сотрудничества с участием всех европейских стран, они лишь расширили пределы коллективного Запада и законсервировали международные объединения, ориентированные не решение задач далекого прошлого. Они протащили в настоящее откровенно устаревшую и никому не нужную повестку дня. Они, по сути, легитимировали противостояние времен «холодной войны», когда все хорошие и правильные страны входят в НАТО и/или ЕС, а нехорошие и неправильные остаются вне евроатлантического сообщества. Так зачем же в этом Россию-то винить? И на Москву всех собак навешивать?
Третий. Он же последний действительно значимый фактор. Как интересно получается. Если объективно Россию и ЕС гораздо большее сближает, чем разъединяет, и Москве не престало предъявлять счет в том, что именно она не оправдала доверие и всех подвела, то выясняется, что препятствием на пути утверждения подлинно честных, взаимовыгодных, партнерских отношений между Россией и ЕС является Брюссель.
Раньше об этом неудобно было говорить или писать. Сразу последовали бы обвинения в нарушении традиций политической корректности. Мол, как-то вызывающе. Неловко. Предвзято. Субъективно. Ведь ЕС столь многого достиг. Он преодолел вековечную вражду между европейскими народами. Сумел перечеркнуть прошлое. Превратил Европу в оазис мира, стабильности, процветания. Всюду и повсеместно, даже в самых отдаленных от Европы регионах, начал насаждать свои прогрессивные нормативные стандарты и представления.
Еще пару лет назад так бы и произошло. Но не сейчас. Глобальный экономический кризис открыл шлюзы. Он показал: монополией на истину не обладает никто. Уже достаточно давно российские эксперты и ведущие политики подсказывали своим брюссельским коллегам: осторожно, вы делаете что-то не так. Вы зарываетесь. Вы слишком бесшабашно и нахраписто эксплуатируете конъюнктуру. Надо жить по средствам. Надо вкладывать деньги в реальный сектор экономики, а не спекулятивные бумаги. Необходимо привязывать рост заработной платы к темпам повышения производительности труда. Нельзя забывать обо всей совокупности факторов международной конкурентоспособности. Мир меняется. На воспоминаниях о былом могуществе далеко не уедешь.
В Брюсселе отмахивались. Много чести еще и вас слушать. Высокомерие, проявляемое ЕС и его государствами-членами, и неприятие критики встало им очень дорого. За прошедшие десятилетия основные базовые вводные существенно поменялись. Ситуация теперь выглядит намного иначе. Безрассудность политики, проводившейся ЕС еще совсем недавно, всеми с легкостью признается. То, что за выживание зоны евро еще предстоит очень и очень побороться, для всех очевидно. Более того, никто не в состоянии с полной определенностью сказать, как оно обернется в будущем. Брюссель и все государства – члены ЕС не считают для себя зазорным побираться по миру. Они уговаривают всех увеличить взносы в МВФ. Отказываются от хваленых программ помощи и технического содействия третьим странам, которые в их глазах вдруг как-то неожиданно утратили право на то, чтобы считаться бенефициарами.
В такой ситуации ничто больше не мешает предложить несколько более объективный и сбалансированный анализ партнерских отношений между Россией и ЕС и предъявить Брюсселю счет за их плачевное состояние. Ничто больше не останавливает назвать близоруким и ошибочным все то, что на поверку и взаправду оказалось близоруким и ошибочным. ЕС перестал быть «женой Цезаря, которая всегда и при любых обстоятельствах вне подозрений».
Вот что получилось, похоже. Если судить по проводимой им практической политике, Европейский Союз возомнил себя чем-то вроде империи. Он решил, что все остальные должны подчиняться его воле только потому, что он так велит. Потому что он может и должен служить эталоном для всех. Он всегда прав. Он вне критики. Он самый-самый. Он иконостас. Достаточно просто следовать его предписаниям, и повсюду в мире настанет эра стабильности и процветания. Увы…
Фактически Европейский Союз все в большей и большей степени превращается в некоторое карикатурное подобие Советского Союза. Естественно, не во всем. Но в некоторых критических аспектах. Советский Союз погубило превалирование идеологии и политики над экономикой. В конечном итоге экономика не выдержала диктата и догматов перевранных марксистских верований и развалилась. ЕС идет по тому же пути. Союз все чаще и настойчивее ставит во главу угла не экономические законы, по которым развивается рыночная экономика, а свои оторванные от действительности идеологические и политические запросы и представления.
Их жертвой и становятся условно партнерские отношения между Россией и ЕС. Мол, кого колышет, что объективно Россию и ЕС связывают отношения взаимозависимости. Какая разница, выгодна ли линия, проводимая Брюсселем, европейскому бизнесу. Вот есть установка на то, чтобы создать «зеленую» экономику и сбросить с плеч диктат цен на энергоносители, утвердить единообразное понимание демократической безопасности и сформировать ориентированную на Брюссель общеевропейскую систему догоняющего развития, и гори все синим пламенем. Будем действовать так, как нам заблагорассудится. Хотим, чтобы в такой-то и такой-то стране правили угодные нам режимы, и будем добиваться этого любой ценой.
Можно, конечно. Но ведь партнерские отношения на такой основе – плевать на всех и делать только так, как я скажу – не построить. Тем более, когда в партнеры приглашается не мелкая второстепенная зависимая страна, а великая держава, стягивающая к себе самые различные регионы, несущая особую ответственность за поддержание международного мира и безопасности, способная повлиять на развитие событий в любом уголке планеты.
Пожалуй, мы действительно выявили слабое звено. Что касается России, она безусловно заинтересована в партнерских отношениях с ЕС и его государствами-членами. Россия зависит от рынков сбыта, находящихся в ЕС. Она нуждается в инвестициях, идущих из стран ЕС. Она строит внутреннюю политику модернизации из расчета на то, что сможет опереться на технологический потенциал ЕС. Она готова к тому, чтобы идти настолько далеко по пути экономической интеграции с ЕС, насколько для ЕС это окажется приемлемым.
