вынуждены метаться по кругу. Вычленить из общего гвалта суть предъявляемых претензий просто нереально. Там что-то и про рабское отродье, и про богомерзкого ситха, и про императорского лизоблюда. В общем, хорошо, что четко сформулировать ни одну из этих мыслей они так и не смогли. А то ведь Вейдер и обидеться мог бы. Работающий передатчик вообще все игнорируют.
Наконец мимо матушки и ее коммандос прорывается сенатор Наберрие. Ее Дарт Вейдер сквозь щит пропустил.
– Немедленно отдай детей!
– Бери.
Вейдер протягивает к жене руки, на каждой из которой уютненько расположилось по младенцу. Падме рванулась было к ним, но в шаге замерла. Экзальтация вдруг сменилась растерянностью. Да она просто не знает, как взять сразу двух. Похоже помноженная на этикет конспирация привела к тому, что мамаше не то, что перепеленать-покормить детей не дают, а и просто на руках потетехать.
– Детей пора кормить.
На твердый голос Дарта Вейдера зависшая в ступоре Падме реагирует недоуменным взглядом. Лорд же тоже взглядом разрывает блузку на груди женщины, высвобождая грудь. Затем бесцеремонно, хотя и аккуратно вкладывает младенцев в неумелые руки. Мамкину грудь они вполне успешно сами находят.
– Хам! – раздается дружный рев из-за щита.
Несмотря на прикушенную от боли губу, на стыдливо раскрасневшемся лице Падме Наберрие расплывается улыбка счастья. В моей помощи здесь не нуждаются. Отключаюсь.
Часть 13. Сказка о том, как один татуинский фермер двух джедаев напоил и одного ситха обул
Следующие десять дней Дарт Вейдер на связь практически не выходил. Только короткие текстовые сообщения: все в порядке, скоро будем. Ладно, сам дал ученику месяц на разруливание ситуации. А если он раньше управился, так пусть использует сэкономленное время на укрепление традиционных семейных ценностей. За создание этой самой семьи без моего ситхского благословения я с него позже спрошу. Благо, вернется он уже сегодня.
Что не так? Некий непорядок в Силе я почувствовал, когда лорд Вейдер стоял у дверей моего кабинета. Раньше некий опасный узел был надежно прикрыт от моего восприятия. Ученик, или?..
– Мастер! Они украли Лею!
– Они – это кто?
– Истинные джедаи, сарлакка хвост им в задницу!
От услышанного выглядывающая из-за спины мужа зареванная Падме тихо ойкает, еще сильнее прижимает к себе второго ребенка, но возражений по существу данной мужем характеристики группировки магистра Шаак Ти не имеет.
– Как это произошло?
Маяться этикетом или симулировать сочувствие некогда. Ситуация слишком серьезная. Ткань Великой аж дрожит от напряжения. Да и так подумать: украсть одаренного ребенка Избранного из-под носа лорда ситхов. Что-то будет.
Похищение организаторы провернули просто мастерски. Супруги возвращались с Набу на Корусант на яхте семьи Наберрие. Что естественно, истребитель, на котором лорд принесся к жене и детям, плохо подходит для перевозки последних. А вот неисправность передатчика дальней галактической связи должна была вызвать у ситха здоровый приступ паранойи. Но не вызвала. Мало того, когда во время корректировки курса с яхтой связались якобы с ближайшей стационарной станции и сообщили, что лорда Вейдера хочет слышать Корусант, тот, беды не чуя, отправился на вызов. Прибыв же, столкнулся с удивлением местных связистов, которые никаких сообщений из столицы не получали. Тут уж Вейдер опрометью рванул к себе на борт, но было уже поздно. Незаметно проникнуть на яхту, забрать ребенка и столь же незаметно удалиться – не проблема для сильного форсъюзера, если на борту нет его собратьев.
К слову, а почему украли только одного ребенка? Или более одаренный мальчик сильнее фонит в Силе, и его присутствие труднее скрыть? Очень может быть. Для форсюзеров средней силы это дело куда более сложное, чем нечувствительному к Силе экипажу глаза отводить или самонадеянного молодого ситха выманивать. Тут требуется длительная, пока ребенок не подрастет и не научится себя контролировать, работа. Что ж, умение противника правильно оценить свои силы и возможности заставляет относиться к нему серьезно. Только принесет ли это им радость? Сомневаюсь.
Ибо только что был ликвидирован последний пробел в формировании личности лорда ситхов – стойкая неприязнь к джедаям. Ну, не испытывал парень ненависти к тем, среди кого у него куча друзей-приятелей. Один дурацкий шаг – и все изменилось. Теперь между ним и непримиримой частью джедаев лежит пропасть, преодолеть которую можно только ударом светового меча. И Дуку со товарищи еще надо будет сильно постараться, чтобы меж ними и теми Вейдер нашел разницу.
Впрочем, контролирует себя лорд Вейдер отменно. Вышедший на связь Айсард докладывает о первых результатах допроса членов экипажа. Выходит, ситх виновных не поубивал под горячую руку. Умеет держать ярость холодной. Достойно.
Тем временем Айсард перегнал результат комплексного анализа материалов. Посмотрим, на что директор у меня без малого миллиард получил. Приобрело бюро безопасности некий суперкомпьютер, способный синтезировать единую картинку буквально по крупицам информации. У Арманда, когда он про эту шайтан-машину рассказывал, глаза горели как у ситха. Но он – маньяк известный. Теперь же посмотрим, на что ИИ его мечты способен на деле. Информации-то у нас и верно – фелинкс наплакал. Есть запись голоса якобы диспетчера, вызывающего Вейдера на станцию. Голос наверняка искажен до неузнаваемости. Есть несколько кадров с камер видеонаблюдения. Тоже крайне мутных и неузнаваемых. Что-то столь же мутное, почти неуловимое вроде бы вспомнили члены экипажа.
– Асока Тано?
Понять, чего в голосе Вейдера сейчас больше, обиды или удивления, не успеваю. Секретарь докладывает о прибытии Оби-Вана Кеноби.
– Палпатин, произошло нечто ужасное!
– К его величеству императору Палпатину следует обращаться «его величество» или «повелитель». Понял, гад? - шипит Дарт Вейдер, выворачивая руку скрючившемуся от удара в пах Кеноби.
– Да, - хрипит тот.
– Тогда говори.
– Асока Тано вляпалась в нечто ужасное. Она в панике и не знает, что делать.
– Откуда знаешь?
– Канал «учитель-ученик» позволил мне почувствовать это.
– Где она?
Кеноби пытается объяснить, что не знает. В результате мне пришлось буквально вырывать его из рук лорда Вейдера.
– «Вляпалась в нечто ужасное» - это участие в похищении дочери Дарта Вейдера. Так что советовал бы вам, друг мой, тщательно обдумывать
