Мне запомнились слова (я их читал в распечатке) одного из преподавателей школы разведки Израиля. Он каждому новому набору не уставал повторять: судьба разведчика такова, что не каждому дано при жизни увидеть результаты своей работы. Это превратность судьбы: то, что ты делаешь сегодня, может оказаться востребованным и полезным через 10–20 лет. Так что работа на перспективу была построена правильно. Она дала свои результаты — Филби, Кембриджская пятерка. Все, которых мы знаем. А еще больше имен мы не знаем, потому что те разведчики не были провалены, а многие из них и до сих пор работают.
Залогом успешной работы очень многих разведчиков было то, что советская разведка особое внимание уделяла надежной, постоянно действующей связи. Работа с особо ценной агентурой почти никогда не проводилась с легальных резидентур. Потому что как бы ты не проверялся, сколько бы людей тебя не прикрывало и подстраховывало, бывало очень сложно обеспечить безопасность особенно личной встречи. Связь в разведке всегда будет оставаться самым уязвимым звеном.
— Петр Яковлевич, Теперь расскажите о себе. Где вы родились, где учились, как попали в разведку?
— В этих местах родился. Мое поколение называют — «дети войны», хотя какие у войны могут быть дети? Но война действительно забрала у нас детство. Для многих моих сверстников стать защитником — было целью в жизни.
Закончил Черновицкий университет, иняз. Изучал немецкий и английский языки. По окончанию университета мне предложили работу в Черновицком областном управлении КГБ, затем по линии разведки. Вскоре перевели в Киев и спустя какое-то, совсем непродолжительное время, направили на работу в Германию, по линии нелегальной разведки.
— Обычно в загранкомандировки сотрудники выезжали семьями. Вы находились в Германии с женой?
— Так сложилось, что жену не пустили из-за того, что она была руководящим партийным функционером. И потому в Германии я жил один.
В Берлине пересекались тогда пути-дороги разведок многих стран мира. Для советской разведки это была одна из «дырок», через которую переправляли нелегалов на Запад.
— Как свидетельствуют архивы, с 1970 по 1974 годы вы провели 67 «мероприятий» по переброске нелегалов из Западного Берлина в Восточный и наоборот.
— Да, это очень сложные и ответственные «мероприятия». Чтобы выйти на встречу, требовалось не менее 5–6 часов для того, чтобы хорошо провериться. Довольно часто мне приходилось встречать нелегалов, которые возвращались с Запада. Для них, проработавших за рубежом 5–10 лет, встречавший их сотрудник госбезопасности, был как стакан холодной воды для жаждущего. Беседы с ними были очень интересными и полезными — и с точки зрения жизненного опыта, и с точки зрения работы. И это никакими книгами, никакой теоретической подготовкой заменить нельзя. Хотя, понятно, за рамки дозволенного никто не выходил. Больше всего мне запомнились беседы здесь в Киеве с одним из самых первых советников нелегалов Иосифом Ромуальдовичем Григулевичем. Он начинал нелегальную работу еще во времена событий в Испании. Это единственный в мире разведчик, которому удалось быть представителем двух «чужих» государств в ООН. Широкому кругу читателей он известен как автор книг из серии ЖЗЛ «Че Гевара» и «Сальвадор Альенде». У меня сохранились эти книги с дарственными надписями автора.
— После Германии, когда вернулись, вы все время, до выхода на пенсию, работали в Первом управлении (разведка) КГБ Украины?
— Да, и занимался политической разведкой. Вскоре после возвращения стал начальником отделения, А потом был создан настоящий, полноценный отдел политической разведки. И я руководил его деятельностью до ухода на пенсию.
— Главная задача политической разведки, как мне представляется, — это внедрение закордонных источников в высшее руководство других стран, партий. Здесь можно вспомнить, к примеру, гедеэровского разведчика Гийома, внедренного в ближайшее окружение канцлера ФРГ Вилли Брандта. То есть задача политической разведки — знать тонкости и нюансы расстановки политических сил внутри интересующего нас государства и всячески влиять на определенные аспекты его политики в пользу своей страны.
— Что касается политической разведки, то здесь есть одна простая истина, на этом сошлись десятки и сотни умных людей — всякое государство, если оно хочет быть независимым и вести успешно внешнюю политику, оно просто обречено иметь полноценную разведку, в частности — политическую. И не просто иметь, а заботиться о ней, лелеять ее. Бывший директор ЦРУ Ален Даллес как-то сказал: «разведка — это война умов». В нашей стране внешняя разведка и ее продукция пока слабо востребованы.
За годы существования разведка, в том числе и политическая, претерпела колоссальное изменение. Ведь, если раньше, скажем, достаточно было „поцупить" какую-нибудь карту или план, подслушать чей-то разговор или же подсмотреть в замочную скважину и увидеть кто с кем — и уже этого могло быть достаточно, то теперь этого мало. Сейчас время аналитиков. Политическая разведка обязана осуществлять информационное обеспечение внешней политики государства. Это ее основная задача. Сотрудники МИДа, особенно молодые, иногда говорят: «Все вопросы внешней политики мы решим сами, обойдемся без разведки». Да, с легальных позиций многое можно почерпнуть. Опытные люди — дипломаты, ученые, пользуясь открытыми источниками информации, могут сделать определенные выводы. Но это только та часть айсберга, которая лежит на поверхности. А что там, под водой? Это не дано увидеть никому, кроме разведки.
— А что же разведка так плохо разглядела подводные рифы, когда западные государства, их спецслужбы, разрушали Советский Союз?
— По этому поводу скажу вот что. Внешний фактор развала действительно имел место. Но не следует его преувеличивать, он не был основным. Приведу пример из моей практической работы. В конце шестидесятых годов мы осуществили в Украине вербовку одного американца, вхожего в Белый дом, Конгресс, другие органы власти. На третьей встрече он передал нам копию материалов — совместное исследование нескольких «мозговых центров», в том числе корпорации «Ренд Корпорейшн», это одна из «фабрик мыслей», в работе которой активно участвует Збигнев Бжезинский. Эта работа была выполнена по заказу Госдепа. На ней гриф
— «Совершенно секретно». Надо сказать, что подобные материалы поступали и по другим каналам. Поступали в Москву. И они в обязательном порядке ложились на стол высшего советского руководства. Это материалы о том, как и когда погибнет Советский Союз и что нужно делать американцам для ускорения желанного для них исхода. Но разведка никогда не должна своими материалами навязывать какие-либо решения. Это удел политического руководства страны, оно и несет ответственность за принимаемые решения или их отсутствие.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
