– Но позвольте, – возмутился князь Кирин. – А как же Лилирейя? Мариэль?
– Изолируются, – равнодушно обронила Улиалла. – Если бы Виктория не была феей, то они и не открылись бы. Да что вы так переживаете? Жили же вы раньше спокойно и дальше так же жить будете. Только решайте, кто в какой мир возвращается или переселяется. Нам-то с Викторией все равно – мы безо всякого Источника можем путешествовать, где хотим, а вот вам следует поторопиться.
На моих плечах напряглась рука Эрилива, но пока он молчал и внимательно слушал разговор, не вмешиваясь.
– Ну, знаете, – пробасил Ренард, – так нельзя. У нее обязательства, она должна…
– Что? – Улыбка исчезла с лица Улиаллы, и она обвела взглядом мужчин. – Она что?! Должна?! Не забывайтесь, смертные! Феи никому ничего не должны. Мы тысячелетия не являемся к вам из-за вашей вечной жадности и наглости, ушли в другое измерение, лишь бы быть подальше от вас, от вашего вечного нытья: «Феи, сделайте, феи, вы обязаны». Мы ничего вам не должны, ничего не просим у вас и не лезем в вашу жизнь. Все, чего мы хотим, это чтобы нас не трогали. Вы и так зарвались до невозможности. Воспользовались наивностью и неопытностью юной феи, навешали на нее кучу обязанностей, предъявляли ей совершенно немыслимые требования. Это же до какой степени нужно было потерять разумение о допустимом, чтобы довести фею до нервного срыва?!
– Но мы же не хотели ничего плохого, – помолчав, сказал король Албритт. – Мы относимся к Виктории с искренней симпатией.
– Настолько искренней, что она едва не надорвалась от всех обязанностей? И именно от симпатии вы решили сломать ей жизнь и насильно выдать замуж за выгодного с вашей точки зрения мужчину? Ее, фею, за обычного смертного? Совсем разум потеряли? – Улиалла нахмурилась. – Вам повезло, что она в душе еще слишком человек. На ее месте другая фея сровняла бы здесь все с землей и была бы в своем праве.
– Ну… Признаем, мы погорячились, – промолвил Кирин. – Но что же сейчас?
– А сейчас она уйдет от вас подальше и станет жить как все феи. Все это… – Улиалла обвела вокруг рукой, – ей не нужно. Она сильная фея, да не чего-нибудь, а метаморфоз. И для нее открыт весь наш волшебный мир и возможность путешествовать, куда захочет, по сотням других миров.
Я все это время молчала, внимательно слушая этот разговор. Разумеется, я не собиралась все бросать, еще чего. Не для того я надрывалась столько времени, чтобы потом взять и все оставить. Да и куча народа, которым я многое обещала. Но послушать было интересно.
– Я могу пойти с ней? – заговорил Эрилив и посильнее обнял меня.
– Зачем это?
– Мы любим друг друга. – Он глянул на меня, а потом снова на Улиаллу. – И она моя невеста.
– Ах, это… Подумаешь, какая ерунда! – Фея небрежно отмахнулась. – Водопад Забвения поможет ей забыть эту глупую привязанность к смертному мальчику. И она сможет найти себе достойного мужчину в нашем мире. Вы не умеете ценить то, что имеете. Вам лишь бы обмануть, предать, подгрести себе побольше. – И она помрачнела. – Виктория сама решит, хочется ли ей помнить о тебе, юный лирелл.
– Я не юный. – Рил так сжал губы, что они побелели. – И я не отпущу Вику, она моя.
– Ну да, для меня ты еще мальчик. А не отпускать… Хотела бы я знать, как тебе это удастся.
– Послушайте, леди, – снова заговорил Ренард, отвлекая фею, – но как же нам все-таки поступить с Источником и переходом? Если Виктория уйдет, то нужна же новая хозяйка?
– Не знаю. Фей это не касается. – Потеряв интерес к разговору, Улиалла отвернулась.
– Леди Виктория, но вы скажите же хоть что-нибудь! Неужели вы все бросите? – нервно спросил Кирин. – А как же ваши земли, дома, ваш Замок? В конце концов, как же он? – Князь кивнул на Эрилива. – И почему вы сразу не сказали, что обручены? Мы бы тогда и не пытались… – закашлялся он, проглатывая конец фразы.
– А вы не дали мне возможности. Я пыталась, но вы были слишком поглощены собой и теми выгодными для вас женихами, которых вы жаждали мне навязать. – Я грустно оглядела их. – Не знаю… Я должна пройти по Радужному мосту, чтобы обуздать свою силу, а потом решу. Пока что я слишком устала от всего, мне нужен отпуск. Вы ведь видели, я уже совсем не в состоянии контролировать себя от переутомления и постоянного нервного напряжения.
– То есть вы уходите? – Албритт побарабанил пальцами по столу.
– Думаю, какая-нибудь из эльфиек вполне сможет заменить леди на месте хозяйки Источника, – задумчиво обронил фразу владыка эльфов.
– Да что вы говорите?! – Албритт мрачно на него посмотрел. – Решили и этот Источник прибрать к рукам? Нет уж, он на моих землях и эльфам нечего претендовать на него.
– На наших, – веско добавил Ренард.
– Вот именно! – поддержал его Кирин.
– Виктория, – не обращая внимания на правителей, позвала меня фея. – Я жду тебя. Мне ведь нужно показать тебе путь в наш мир.
– Да, сейчас. – Я встала. – Улиалла, я пока не стану распускать всех, кто живет в этом доме. Для начала я справлюсь со своими силами, а потом без спешки все решу.
– Как знаешь. Это твоя жизнь, и только ты можешь решать, что с ней делать. Но, обещаю, тебе не захочется возвращаться. Наш мир прекрасен! – Она мечтательно улыбнулась.
– Верю, – не смогла я не ответить на эту улыбку. – А сейчас я пойду умоюсь и переоденусь.
– Вики… – встав вслед за мной из-за стола, ко мне шагнул Эрилив.
– Идем, нам нужно уладить кое-что до моего отбытия. Пока я буду приводить себя в порядок, собери, пожалуйста, всех в холле. Мне нужно поговорить с ними.
– Но, Вика… – Он попытался преградить мне дорогу.
– Рил, попозже, ладно? У меня дико болит голова, и я настолько выжата эмоционально, что не могу ни думать, ни говорить нормально. Для начала мне нужно хотя бы умыться и выпить какое-то лекарство. – Я потерла лоб.
Голова и правда болела так, что даже думать было больно – перерыдала. А в душе после эмоционального выплеска такой силы поселилась оглушающая звонкая пустота. Нужно немного времени, чтобы прийти в себя.
В холле меня встретили домовые, все женщины и дети, а из мужчин за нами пока прошли только Эйлард, Назур и вездесущий Эрилив. Эйлард хранил молчание, только нервно разминал пальцы. И что уж он надумал, пока было неясно.
Как только я вошла, повисла тишина. Я смотрела на них, поочередно переводя взгляд, а они – на меня. Первыми не выдержали демонята.
– Леди! – Ко мне бросилась Тамия и крепко прижалась, обнимая худенькими ручками. – Ну не оставляйте нас, пожалуйста. Мы вас так любим!
– Да-а-а… – захлюпали носами мальчишки и подлетели ко мне, облепив со всех сторон.
– Мы больше не будем хулиганить – честно, – сказал Менарн.
– И вазу мы ту склеили, там и не видно совсем, что она разбилась, – прорыдал Кидор.
– Что? – Я, совершенно растерявшись, ошарашенно гладила их по головам. – Какую вазу?
– Леди Виктория, – вперед выступила Карила, – мы все понимаем… Но… Может, вы все-таки останетесь?
– Карила… – Я подняла на нее взгляд. – Я вообще-то хотела перед мужчинами извиниться за… гм… кроликов.
– Леди, – раздался за спиной голос одного из демонов-охранников, кажется, Ассера, – все собрались.
Поворачиваться к тихо вошедшим мужчинам мне пришлось вместе с демонятами, которые ко мне словно приклеились и не разжимали рук.
– Господа, – обвела я их взглядом, – прошу прощения за сегодняшний инцидент. Вы пострадали случайно, о чем я сожалею. И в связи с этим, если вдруг кто-то решит искать новое место работы, я не буду возражать. Жалованье вам выплатят за все проработанное время, и клятву я верну перед отъездом.
– Виктория, – вперед шагнул Назур, – вы все еще не понимаете психологию демонов. Мы уважаем силу, это повод для гордости – служить сильному господину.
– Все верно, леди. – К Назуру приблизился Ассер. – Для нас честь – служить сильному господину или госпоже. А кролики… – Он хмыкнул. – Почему бы и нет? Это было весьма любопытно, но зато уж точно ни один из демонов-аристократов, будь он хоть какого титула и мощи, не способен на такое. Только убить. Но это привычно.
– То есть вы не будете увольняться? – Я обвела взглядом остальных охранников.
А они один за другим опускались на одно колено, прижав правую руку к груди, и склоняли голову. Последним преклонил колено Назур и тоже склонился.
– Э-э-э… – Я озадаченно посмотрела на Арейну и шепотом спросила: – Ари, а что это значит?
– Это значит, леди, – вместо нее ответила Карила, – что мы принимаем вас госпожой и приносим клятву верности пожизненно. Только смерть теперь сможет забрать ее у нас.
– О-о-о… А может, не… – договорить я не успела.
Карила встала на колено, так же, как и мужчины, склонив голову и прижав правую руку к сердцу, а следом за ней – Лувида, Лодига и улыбающаяся Арейна. И самыми последними от меня отцепились демонята, повторив все за своими родителями.
