— Это, пожалуй, дело — Ларсен встал и начал одеваться. — Пойду, прошвырнусь.
— Ага, — Алекс задумался. — Постарайся найти «братьев» и лучше с оружием.
— Не круто, Ал?
— Нормально, в самый раз!
Перед боем Карт разогревался в маленьком спортзале. Ларсен внимательно наблюдал за ним и давал советы. У выхода стояли несколько гренадеров, знакомцев Ибрагимовича. Рядом с Олдом остановился высокий и жилистый парень, техник, также любитель рукопашной. Он еще по гражданской жизни знал Ларсена в лицо и был рад его увидеть на базе. Техник и наставлял будущего участника нелегального боя:
— Алекс, учти, что Орлов не любит играть по правилам, на базе он быстро заткнул рот всем недовольным, и он очень сильный боец. Может, лучше пусть Ларсен вместо тебя выступит.
— Не получится. Это наш личный спор.
— Карт, ты парень, конечно, авторитетный, но драться со старшим офицером? — техник покрутил с сомнением головой. Полковник был раза в два больше Алекса.
— Ничего, не привыкать, — Карт вытирал пот полотенцем, а Ларсен давал последние наставления.
— Ал, вырубай его сразу. Никаких финтов и красивостей. Надо ошеломить полковника и его последышей, потом мы уже в дело вступим. Я беру на себя этих двух громил, а ты парень, — норвежец повернулся к технику, — контролируй сержантов. Кто рыпнется, гаси сразу, без лишнего базара. Ты понял? Ну, все, нам уже сигналят.
Бой проходил в многофункциональном зале, обычное дело для дальней космической базы подскока. Народу собралось немало, люди висели везде, как гроздья, даже на инженерных конструкциях. За стороной Орлова находились угрюмые рослые штурмовики, в большинстве своем ветераны. Они с любопытством осматривали щуплого сержанта, кинувшего их прославленному командиру до невозможности наглый вызов. У выхода тесной группой стояли крепкие гренадеры, некоторые прятали в амуниции оружие. За всем этим настороженно наблюдала пара военных полицейских. Им явно не нравилось это сборище, но поделать ничего они не могли, в отдаленных подразделениях частенько играли по своим правилам. Хочешь дожить до дембеля — подчиняйся им, а не закону.
Наконец вперед, вышел станционный старшина — богатырского сложения сверхсрочник. Он был на станции борцовым рефери.
— Бьем по правилам. Друг друга не калечить, — дал он последние наставления. Орлов выглядел напряженным и очень злым, а Карт, напротив, был спокоен и насмешлив, чем еще сильнее бесил полковника. Офицер подошел к Алексу и выплюнул с бешенством:
— Сосунок, я в курсе твоих приготовлений. Но ты так просто отсюда не уйдешь! Никому не позволено меня оскорблять!
— Посмотрим, Орлов — с усмешкой ответил Карт. Он чувствовал себя на удивление спокойным, наблюдая за презрительными взглядами штурмовиков Орлова и недоуменными технического персонала. Похоже, что никто в зале не верил в его победу. Спор шел только о том, на какой минуте этот непонятный сержант ляжет на пол, и как сильно его побьют. Ну что же, тем еще больше будет ступор.
Старшина выкрикнул о начале боя, и Орлов тут же стал деловито приближаться к Карту. Затем он резко выскочил вперед и нанес мощный удар, видимо, тоже не хотел затягивать комедию. Дальнейшее поразило весь зал. Алекс каким-то образом сумел увернуться и взлетел в воздух, сильно изогнувшись. Одной ногой он ударил по голове опешившего от такой скорости полковника, а правым кулаком нанес мощнейший удар в основание черепа. Орлов упал на ринг как подкошенный. Алекс силы сейчас не пожалел, тому точно обеспечено многомесячное лежание в госпитале.
В зале между тем, воцарилась поистине мертвая тишина. Пока все находились в ступоре, Карт бросил на поверженного бойца свое полотенце — знак победителя и кивнул рефери.
— Ну что, есть сомнения в победе?
Удивленный донельзя старшина только покачал головой. Ларсен тем временем махнул рукой, и они двинулись к люку. Первыми опомнились телохранители Орлова. Они с рычанием догнали друзей на выходе из зала, но тут же натолкнулись на кулаки Ларсена. Неистовый норвежец жалеть орловских псин не стал, и те с окровавленными лицами рухнули на палубу. Рыпнувшиеся, было, полицейские наткнулись на очень недобрые взгляды друзей Ибрагимовича и как-то сразу расхотели устанавливать законность.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ну, вот и все, — пробормотал Алекс, подхватывая из рук пехотинцев свой потертый баул.
— Еще не все, — Ларсен был встревожен.
— Орлову преподали урок, да и остальным тоже. Мир меняется, брат.
Шагавшие рядом парни в форме техников внимательно к нему прислушивались. Этот невысокий сержант-рейнджер сейчас перевернул верх дном все их мировосприятие.
— Нам сюда! — один их техников свернул к незаметному люку. Дальше шла технологическая винтовая лестница. Они со всей прытью побежали наверх. Через четыре уровня Карт с сопровождающими выскочили на посадочную палубу. В полутемном ангаре четко по своим маршрутам двигались автоматические манипуляторы и погрузчики. К станции сейчас были пристыкованы два грузовика. Рейнджеры заметили Ибрагимовича, тот махал им рукой.
— Все нормально! Через полчаса стартует РТ-211. Он как раз идет в нужную вам сторону. Со шкипером я уже договорился.
— Отлично! — Карт успокоился. — Тогда пакуемся, куда идти?
Внезапно перед входом в шлюз их окликнули:
— Не двигаться! Стоять на месте!
Алекс оглянулся — к ним бежал десяток штурмовиков. Сопровождающие друзей техники и сослуживцы Ибрагимовича, как и доваривались, отступили в стороны. К рейнджерам подошел краснолицый первый лейтенант, за ним сияли несколько рассерженных сержантских физиономий.
— Это куда это вы собрались?
— В чем проблема, лейтенант? — безмятежный тон Карта сбил молодого офицера с толку.
— Вы, вы избили старшего по званию! Вы должны ответить!
— Лейтенант, — вступил в разговор Ларсен, — у нас с Орловым был старый спор, и мы его честно разрешили во время спортивного поединка. Он, — Олд кивнул в сторону Карта, — правил не нарушал, рефери огласил результаты боя. Какие еще проблемы?
— Не хамите старшему по званию! — неожиданно по-женски взвизгнул лейтенант. Видимо, он не привык к непослушанию.
— Летеха, иди в задницу, я не твой подчиненный, — беззлобно буркнул Алекс.
Вперед офицера выступил дородный мастер-сержант и, гневно зыркнув на Карта, прогромыхал:
— Ну, короче, кончай треп, штатс. Вам всё равно от нас не уйти, ответите по закону. Мы не беспредельщики какие, сдадим вас полицаям. Руки в гору, живо!
— Это ты, что ли сдашь? — усмехнулся Ларсен, разминая мощные кулаки. Мастер опасливо взглянул на его руки и спешно ответил:
— Не дури, сержант, нас все равно больше и еще подойдут. Будешь со своими драться?
— Какие вы в задницу свои! — уже зло прокричал норвежец. — Псины орловские! Вы честь рейнджерскую замарали, суки. Брысь в стороны!
По сигналу Ларсена гренадеры обнажили легкие бластеры, весьма эффективное оружие ближнего боя. Мастер-сержант побледнел, а лейтенант тихонько ойкнул. Штурмовики озабоченно озирались.
— Э, парни, вы что творите?
— А вы что думали? — выступил вперед Карт, зло, щерившись и, оглядев «братьев по оружию», выкрикнул. — Мы будем с вами церемониться?! Каждого, кто дернется, пристрелят, как цепную собаку. Потому что он идет против своего брата, потому что он забыл, что такое воинская честь, забыл, за что он воюет далеко от дома. Вам самим не стыдно? Во что вы превратились? Вы же ветераны, столпы нашей армии!
Голос Карта яростно звенел под металлической крышей погрузочного ангара. Людей в нем стало заметно больше. Подошли техники, персонал станции, тут же находились бойцы с других подразделений, ждущие своей очереди на отправку. Обычное дело для далекой промежуточной станции.
— Мы все друг другу братья! Братья по крови, братья по оружию, братья по духу. И гадить своему брату — это самое последнее дело! Лейтенант, а вам я бы посоветовал найти хорошего наставника. Здесь, — Алекс пренебрежительно сплюнул, — вас ничему хорошему не научат.
