Читаем без скачивания Косово 99 - Александр Лобанцев

Природные ресурсы останутся на земле даже если человечество исчезнет, игра в деньги, акции, облигации и прочие бумажки будет продолжаться только до тех пор пока в неё верят. Деньги - это просто бумага, в свою очередь земля, нефть, газ, лес, золото, сталь это вещи вполне реальные и чтобы человек отдал свои реальные вещи за ни чем не обеспеченную бумагу (чаще всего зелёного цвета) нужно хорошенько промыть человеку мозги. А как же это сделать? Да просто - нужно иметь собственные СМИ. Миллионы людей слушают бред об акциях, вложениях, биржах и если СМИ передают о том, что случится какой ни будь финансовый кризис то «телевизионные зомби» не только охотно поверят в этот самый кризис, но и сами сделают всё возможное для его наступления.

В современном мире контролировать СМИ важнее чем обладать ядерным оружием. Наиболее разветвлённую сеть СМИ по всему миру имеют конечно же США и в войне против сербов Америка вовсю использовала журналистский потенциал. Везде где присутствовало американское телевиденье, телезрителям зачастую даже не знавшим о существовании такой страны как Сербия навязчиво объясняли что сербы очень плохие люди и поэтому их необходимо бомбить. Кстати необязательно было этим заниматься конкретно американскому телеканалу - за деньги эту информацию мог преподносить какой ни будь местный телеканал. Денег американцам не жалко - напечатать их не сложно.

Также потом было сделано и в Ираке. По всему миру американские «борцы за демократию» раструбили миф о том какой злой Садам Хусейн, как много у него химического оружия, какой он опасный террорист. Американские спецслужбы придумывали образ врага, а «демократичные» журналисты его умело тиражировали и раздували до космических масштабов. Из телевизора образ врага Америки пришёл в каждый дом.

Пустыми «базарами» главные борцы за свободу слова не ограничивались - вслед за словами летели бомбы. Тысячи бомб. В одной американской листовке сброшенной на Сербию так и было сказано: «Тысячи бомб упадут на вас…». Листовка предназначалась для запугивания сербов. В других странах листовками никого не запугивали, зато всячески внушали миф о зловредности сербов. Голливуд даже снял фильм о «героических» приключениях сбитого американского пилота в сербском тылу. На сколько я знаю, несмотря на то, что самого злого серба в фильме играл известный и талантливый российский актёр у нас этот фильм большой популярностью не пользовался. Но создание фильма это разовая акция, а вот деятельность американских СМИ по очернению сербов было процессом длительным и планомерным.

Журналисты в этом длительном и планомерном процессе как раз и выступали бойцами психологического фронта. Понятное дело, большинство из них находилось далеко от передовой, таким образом убивая с безопасного для себя расстояния, но даже те из них кто был недалёк от мест боестолкновений всячески прятался за вышеупомянутые «свободу слова» и «журналистскую неприкосновенность». Кстати, я прекрасно отдаю себе отчёт, что в случае успеха моей книги нелестные высказывания о «нехороших» журналистах могут вызвать недоброжелательное отношение ко мне с их стороны со всеми вытекающими из этого последствиями. Но, во-первых я не боюсь «нехороших» журналистов, а во-вторых, есть ведь на свете и хорошие журналисты.

По большому счёту я не слишком люблю журналюг, в этом смысле я солидарен с одним неизвестным американским военным ещё в годы вьетнамской войны сказавшим: «Военный думает прежде всего о том, как защитить свою Родину, а журналист в первую очередь о том, как прославится». Я не люблю журналистов, хотя понимаю что без них современное общество уже обойтись не может. Тем ребятам, что подарили мне фотоплёнку я благодарен - плёнка мне очень пригодилась.

Не смотря на то, что каждый день мы уезжали «охранять» территорию сербских казарм и административных зданий в вечернее время у нас была возможность пообщаться со своими сослуживцами и из их рассказов составить более-менее точную картину того, что творилось вокруг. Картина была следующего содержания: албанцы повсеместно хозяйничали во всю терроризируя местных жителей, сербы повсеместно терпели тиранию, а силы КФОР постепенно и неумолимо рассредоточивались в крае. В общем ситуация в Косово развивалась закономерно. Внимательный читатель помнит, что наш батальон тоже вроде как относился к силам КФОР, даже вся наша техника имела соответствующие надписи и следовательно в вопросе рассредоточения на местности мы не должны были отставать от своих натовских «коллег». Наша проблема заключалась в том, что мы не располагали достаточным количеством личного состава для взятия под контроль нашего района. Людей по-прежнему не было, но тем не менее всё необходимое для обеспечения дальнейшего развёртывания делалось. Где-то далеко от этих мест велись переговоры об установление зон ответственности, а здесь, в Косово, наше командование старалось установить контроль над некоторыми ключевыми объектами. Наши парни выезжали выставлять посты в точки, которые по мнению командования представляли стратегический интерес. В скором времени и наш экипаж убыл на такой пост - мы поехали охранять сербский госпиталь в Приштине.

Наш БТР приняв на борт отделение солдат из нашего взвода отправился охранять сербский гражданский госпиталь. Нашу группу возглавил уже более-менее известный нам с Толстым капитан В., тот самый, под чьим командованием мы охраняли территорию сербских казарм и административных зданий. Наше прибытие было заранее согласовано и сербы радостно встречали нас, своих защитников. Общее настроение сербов выражалось словами «Ура!!! Русские приехали!!!». Некоторые из сербов так и кричали.

Сербы видели в нас реальную силу, олицетворение великой России, защитников, друзей и братьев. Прекрасно понимавшие, что от албанцев сейчас им самостоятельно уже не спастись сербы видели в нас единственную возможность к спасению. Сами мы и уж тем более стоящая за нашей спиной Россия представлялись для них надёжным щитом. Мы разочаровывать сербов не собирались. Как только мы появились в этом госпитале мы были окружены самым пристальным внимание - ну как же, прибыли герои! Госпиталь был частично не функционирующим, а та его часть что всё же использовалась действовала по принципу больницы-поликлиники. Персонал был в основном женский, было с десяток более-менее симпатичных девушек. Последнее обстоятельство показалось нам особенно интересным. Как только мы прибыли на место сербы на перебой принялись предлагать нам угоститься кофе.

Из числа горячих напитков сербы вообще пьют только кофе, по какой-то неведомой мне причине нормальный чай у них отсутствует напрочь. Чая, ни чёрного, ни зелёного просто-напросто нет в продаже. Для любого русского человека отсутствие чая представляется аномалией, но для сербов это было нормальным положением вещей. В это сложно поверить, но это правда. Я даже думаю (на полном серьёзе), что некоторые из них даже не ведали о существовании в мире такого напитка как чай. Кстати, чёрного хлеба у них тоже нет. Первое время к отсутствию столь привычных продуктов относишься терпимо, но потом начинаешь тосковать по ним. В Боснии во время ротации личного состава, очень часто прибывающие из России бойцы привозили своим загостившимся на Балканах знакомым чёрный хлеб, чай и даже солёную селёдку. Отправляясь во вторую свою югославскую командировку я прихватил с собой пачек десять ржаных сухариков чтобы по прибытию в подразделение порадовать ими своих новых сослуживцев.

Сербы не знали чёрного хлеба, чёрного чая, но зато часто пили чёрный кофе - крепкий и из крохотных чашечек. Угостить нас кофе, равно как и создать нам любые другие хорошие условия среди сербов, по первому времени было много желающих. Однако нас интересовал не кофе, а несколько иные напитки, которыми сербы тоже естественно не пренебрегали. Было жарко и слово «пиво» часто встречалось в наших диалогах в те дни.

Сейчас я мало употребляю спиртосодержащие жидкости, но в те годы желание выпить у меня присутствовало зачастую. В ходе общения с сербами выяснилось что гнусные американцы помимо прочего разбомбили и лучший в этой части Сербии пивоваренный завод. Пивоваренный завод явно был «военным» объектом. Такое дело любители пива наверняка квалифицировали бы как преступление перед человечеством не имеющее сроков истечения давности наступления ответственности, однако по сравнению со всем остальным, что совершили США, разрушение пивзавода это детская шалость.

Я много раз упоминал о нашем повседневном общении с сербами и чтобы у читателя не сложилось неверное представлении о большой схожести русского и сербского языков сделаю разъяснение на этот счёт. Русский и сербский языки хотя и являются славянскими и явно произошли когда-то от одного языка тем не менее сильно разнятся. Я не лингвист и не могу научно и аргументировано обосновывать особенности схожести и различия двух этих языков поэтому просто-напросто объясню всё в общих чертах и для наглядности приведу примеры. Оба языка действительно имеют ряд схожих слов типа «ништо - ничего», «ютро - утро», «кафана - кофейня», и в тоже время многие русские слова имеют в сербском языке абсолютно иное значения: «куча - дом», «майка - мать», «струя - электрическое напряжение» и т.д. Большое количество слов бывают понятны по принципу логической аналогии : «данас - сегодня (днём)», «сутра - завтра», «дэца - дети» и т.д.