Таким образом, сознательное, объективное отношение человека к своей личности сводится к тому, что он правильно оценивает свою деятельность, результаты своей работы, свои недостатки и упущения. Ясно, что такая правильная оценка своей деятельности в данный момент была бы невозможна, если человек не наблюдал за собой все время до этого. Возможен, конечно, случай, когда человек отдавал все силы своему делу, но все-таки не достиг успеха; в данном случае причины неуспеха могут крыться в неумении, неопытности. Но и в этом случае объективная оценка своей работы и ее результатов покажет человеку, чего ему не хватает.
Настоящее, объективное суждение о своих поступках и действиях сводится, помимо сказанного выше, еще и к оценке тех побуждений, которые были их истинной причиной.Например, обсуждается какой-либо поступок товарища. Допустим, что данный офицер, участвуя в обсуждении поступка этого товарища, склонился к вполне правильному мнению. Это, однако, еще не характеризует данного офицера, так как важно не только то, к какому мнению он пришел, а и то, под воздействием каких мотивов он пришел к этому мнению. Может быть, он пришел к этому мнению не в силу убеждения в том, что данный поступок действительно заслуживает порицания или одобрения, а в силу своих личных отношений к этому товарищу. Возможно, что оба рода мотивов — и принципиального и личного характера — совпали, приводя к одному и тому же мнению. Важно при этом проследить, какой мотив был решающим, чтобы склонить к данному мнению.
Самонаблюдение вовсе не сводится к тому только, чтобы восстановить в памяти те или иные мотивы, положенные в основу своих поступков, хотя и это очень важно для их объективной оценки. Главное не в том, чтобы задним числом, хотя бы и правильно, одобрить или порицать свой поступок, констатируя наличие тех или иных побуждений, приведших к нему. Самое важное в самонаблюдении, чтобы оно было органически связано с ходом решения, чтобы предупредить беспринципные решения и поступки. По-настоящему выдержка, самообладание возможны именно благодаря самонаблюдению в действии.
На самом деле, при отсутствии самонаблюдения не будет настоящей выдержки, и недовольство действиями подчиненного могло бы перейти в ничем не сдерживаемую вспышку гнева. При отсутствии самонаблюдения ощущение опасности перешло бы в безотчетный страх, мешающий принимать правильные, разумные решения. Самонаблюдение же дает возможность человеку сохранить самообладание, чтобы побороть страх, и, вопреки ему, предпринять необходимые меры для борьбы с опасностью.
Таким образом, самонаблюдение характеризует сознательное отношение к себе, к своей жизни и деятельности. Поскольку самонаблюдение непосредственно связано с вопросом о сознательности, начальник должен интересоваться, насколько оно сказывается в поведении офицера. Речь идет о том, чтобы помочь офицеру, особенно молодому, развить в себе способность к самонаблюдению, которая не является врожденной, а дается опытом, жизнью, знаниями.
Когда самонаблюдение становится привычным для офицера, оно помогает ему в самовоспитании, сигнализируя каждый раз о процессах, происходящих в его внутреннем мире. Естественно поэтому, что часто офицер может сам скорее заметить свои недостатки, чем его начальник.
Разумеется, по мере изучения офицера начальник установит, каковы его достоинства и недостатки. Но офицер благодаря самонаблюдению может знать о них раньше, обстоятельнее, а это очень важно для самовоспитания.
3. Требовательность к себе и самодисциплина
В самовоспитании, как и в воспитании воли, одним из важнейших методов является требовательность, в данном случае — требовательность к себе. И здесь также речь идет о том, чтобы, аппелируя к чувству собственного достоинства, внушая себе уверенность, заставить себя по существу исполнять то, чего требует долг.
Офицер, которого интересуют вопросы самовоспитания, естественно, подвергает оценке результаты своей деятельности. Если эти результаты не удовлетворяют его, то он прежде всего должен обратить внимание на самого себя, задаться вопросом: все ли я сделал, чтобы получить необходимые результаты?
Одним из важных показателей энергии и воли офицера в любых условиях является дисциплина, которую ему удалось привить овоим подчиненным. А это в огромной степени зависит от дисциплинированности самого офицера. Перед ним встает вопрос о требовательности к себе, о самодисциплине.
Требовательность к себе обязательно предполагает скромность. При отсутствии скромности человек считает, что им сделано слишком много и он поэтому имеет якобы право снижать требовательность к себе. Он полагает поэтому, что другие перед ним в долгу, отсюда вытекает заносчивость, нетерпимость к критике и прочие изъяны в отношениях. Конечно, это крайняя степень нескромности, в основе которой лежит преувеличенное мнение о значении своей личности.
Скромность становится естественной, органически связанной с поведением советского гражданина, если он всегда имеет в виду те цели, которые стоят перед социалистическим обществом. Тогда, сколько бы ни сделал данный гражданин, он понимает, что одних его усилий слишком мало для достижения этих целей и им еще слишком мало сделано, отчего нельзя довольствоваться достигнутым и надо требовать от себя большего. Следовательно, скромность непосредственно вытекает из отношений к целям своих стремлений, из их характера, и она, как и чувство достоинства, обоснована этими целями. Чем они возвышеннее, чем больше места занимают в мыслях человека, тем больше сказывается скромность в его поведении.
Для действительно скромного человека требовательность к себе, самодисциплина сказываются во всем — как в больших, так и в малых делах. Самодисциплина в широком смысле означает единство слова и дела, убеждения и поступков.
Самодисциплина прежде всего сказывается в том, что офицер воспринимает приказ своего командира как приказ Родины и считает делом чести выполнение этого приказа. Причем самодисциплина означает не формальное, не механическое исполнение приказав и распоряжений начальника, а исполнение их то существу, с проявлением инициативы, максимального напряжения воли.
Под самодисциплиной надо понимать умение жить теми интересами, которые соответствуют общественным требованиям. Так,например, офицер в определенное время может предаваться размышлениям по поводу интересной лекции, которую он слушал на днях, он мажет находиться под впечатлением того или иного спектакля, кинокартины. Но вот он собирается на службу, и в его мыслях все должно уступить место тому, что составляет служебный интерес. Вместе с тем и служебные интересы, а следовательно и мысли о них, должны быть организованы и упорядочены так, чтобы они соответствовали требованиям момента. Например, командир выстраивает взвод, чтобы вести его на стрельбище. Можно представить себе такой случай, что он в это время думает о предстоящем завтра ротном тактическом занятии. Поскольку он занят подобными мыслями, это не может ие отразиться на четкости и энергичности команд, а следовательно, и на четкости их выполнения солдатами. Когда он спохватится, что солдаты вяло или неправильно выполняют его команды, то он должен прежде всего пенять на себя, ибо он сам отвлекал свое внимание хотя бы и довольно важными вопросами. Если бы это заметил его начальник, то сказал бы, что офицер и Солдаты недисциплинированны. Однако истинную причину этой недисциплинированности знает только сам офицер благодаря самонаблюдению. Он знал, что именно служебные — далеко не праздные — вопросы занимали его в это время, но он думал о них не во-время.
Самодисциплина должна также проявляться и в личной жизни и в быту офицера. Иной офицер может сказать, что никому нет дела до того, отдыхал ли он, кушал ли во-время, если он отдает все силы исполнению долга. Такой офицер, повидимому, думает, что можно быть организованным на службе и безалаберным в своей личной жизни. «...И в чаепитии, — говорил М. И. Калинин, — во всем сказывается организованный человек или неорганизованный человек»
Как дисциплина, так и самодисциплина являются результатом высокой требовательности к себе, укрепляющей волю. Большой интерес в этом отношении представляют собой правила, .которые когда-то выработали для себя JT. Н. Толстой и К. Д. Ушинский.
В«Правилах для развития воли», выработанных для себя Л. Н. Толстым, когда ему было 19 лет, обращают на себя внимание следующие требования: «Думать при всяком деянии о цели оного»; «Только в случае крайней необходимости предпринимать другие дела, не закончивши одного»; «Сосредоточивать внимание все на одном предмете».
Выполнение этих правил должно выработать целеустремленность. В частности, большое значение для офицера имеет умение сосредоточить внимание на предмете своей деятельности. Устойчивое произвольное внимание свидетельствует о большой силе воли.
