Читаем без скачивания Слово в защиту Израиля - Алан Дершовиц

Несмотря на эти ужасающие данные, Организация Объединенных Наций ни разу не осудила Китай и не признала права тибетцев на самоопределение. Наоборот, международное сообщество наградило Китай правом проведения Олимпийских игр 2008 г., и немногие из числа тех, кто требует государственности для палестинцев, вообще слышали о гораздо более тяжелой проблеме независимости Тибета. Почему? Такой же вопрос можно задать относительно курдов, армян в Турции, чеченцев, басков и десятков других народов, не имеющих государства, ни один из которых не пользуется особенным вниманием со стороны ООН или признанием столь многих государств и религиозных групп, как палестинцы. Более того, никому из перечисленных народов никогда не предлагали государственности и многократно отказывали в их претензиях.

Израиль предлагал палестинцам государственность в обмен на обязательство Палестинской автономии предпринять попытки положить конец терроризму, а ответом палестинцев была эскалация терроризма. Возможно, когда-нибудь у палестинцев будет свое государство, но оно не станет наградой за терроризм.

Я горячо возражал против оккупации палестинских населенных пунктов с 1967 г., но действия Израиля гораздо более оправданны с военной, юридической и моральной точки зрения, чем другие более длительные оккупации, которые не стали объектом такого страстного осуждения. Более того, израильская оккупация, в отличие от других оккупаций нашего времени, принесла палестинцам ощутимые дивиденды, в том числе существенное увеличение среднего возраста, улучшение здравоохранения и образования. Она также повлекла за собой снижение детской смертности. В период с 1967 по 1994 г., когда Израиль нес ответственность за здравоохранение и оказание медицинской помощи, более 90 процентов детей дошкольного и школьного возраста получили прививки, улучшился контроль за распространением детских инфекционных заболеваний, а уровень детской смертности снизился со 100–150 умерших на каждую 1000 родившихся живыми в период, когда Западный берег и Газа были оккупированы Иорданией и Египтом, до 20–25 умерших на каждую 1000 родившихся живыми к концу израильской оккупации в 1994 г.[394] Как ни парадоксально, но израильская оккупация, в отличие от иорданской и египетской, также привела к развитию палестинского национализма. Ни один из этих дивидендов по отдельности, ни все они вместе не могут оправдать нежеланной оккупации, но они накладывают бремя ответственности на тех, кто клеймит исключительно израильскую оккупацию, не выражая никакой озабоченности гораздо более жестокими и менее оправданными оккупациями.

Палестинский терроризм совсем не обязательно прекратится, если Израиль вернет каждую пядь земли, которую он оккупировал, защищаясь от иорданской и египетской агрессии в 1967 г. Прежде всего палестинский терроризм существовал и до оккупации в качестве излюбленной тактики. Начиная с 1920-х гг. евреи — как сионисты, так и несионисты — становились жертвами террористических атак. Терроризм усилился в тридцатые годы и продолжался после того, как Израиль стал государством, но еще до того, как он оккупировал Западный берег и Газу. В период с 1951 по 1955 г. около тысячи мирных израильтян были убиты федаюнами в ходе приграничных нападений. Среди террористических актов, совершенных против израильских граждан до оккупации Западного берега и сектора Газа, можно назвать следующие: убийство одиннадцати пассажиров автобуса, возвращавшихся с отдыха в Эйлате в 1954 г. (террористы сначала убили водителя, а затем вошли в автобус и застрелили всех пассажиров), расстрел детей и подростков в синагоге, в ходе которого четыре человека были убиты и пятеро ранены, в 1955 г. Последнее нападение напоминало осуществленный «Ку-клукс-кланом» расстрел церкви чернокожих в Алабаме, где было убито четверо детей.

Хамас, Хезболла и другие реджекционистские группы выступили за продолжение терроризма, даже если оккупация завершится. Недавний опрос, проведенный в университете Наджах в Наблусе, показал, что «87 % палестинцев выступают за „освобождение всей Палестины“»[395]. Если терроризм приведет к образованию палестинского государства на Западном берегу и в секторе Газа, то почему бы не продолжить использовать его для достижения того, чего, по собственным их заявлениям, хотят большинство палестинцев? Как написал в своей колонке Томас Фридман, вскоре после этого опроса:

Палестинцам, которые используют террористов-самоубийц, чтобы взрывать израильтян, сидящих за пасхальной трапезой, а затем заявляют: «Просто прекратите оккупацию, и все будет хорошо», верить уже нельзя. Ни один израильтянин в здравом уме не поверит, что Ясир Арафат, который использовал террористов-самоубийц, когда это помогало осуществлению его целей, не сделает то же самое, если он получит Западный берег, а часть его народа начнет требовать Тель-Авив. Палестинцам нельзя верить даже в том, что они будут контролировать эти территории самостоятельно, если Израиль уйдет оттуда.[396]

Фридман завершает свою колонку риторическим вопросом, который должны задать себе все, кто не живет в Израиле: «Вы доверили бы Ясиру Арафату поддерживать безопасность в вашем районе?»[397]

23. Отказывал ли Израиль палестинцам в государственности?

Израиль отказал в государственности палестинскому народу, который заслуживает своего государства больше, чем другие лишенные этого и находящиеся в оккупации народы.

«Цели Израиля ясны, ведь сионистские и израильские лидеры нескольких поколений откровенно заявляли, что палестинские национальные притязания неприемлемы и неправомерны… Вместе с Израилем идее национального самоопределения противятся США». (Эдвард Сайд и Кристофер Хитченс[398])

«— Почему европейцы не симпатизируют тибетцам, чеченцам или курдам так, как палестинцам?

— Это еще одно заблуждение, потому что если бы Запад сделал для палестинцев то же, что он сделал для иракских курдов, то Ясир Арафат был бы очень счастливым человеком. Кроме того, ни Саддам Хусейн, ни Китайская коммунистическая партия не приезжают каждые два месяца в западные столицы, чтобы выпрашивать (точнее даже, вымогать) деньги, чтобы субсидировать свои машины подавления и обездоливания курдов и тибетцев.

Но даже если бы этот аргумент работал и Запад молчал бы о преступлениях других угнетенных народов, разве действия Израиля стали бы от этого менее преступными?

В этой извращенной логике парадоксальным образом присутствует стимул действовать аморально. Те, кто поддерживает Израиль, признают, что израильское общество участвует в аморальной попытке подчинить, обездолить и поработить палестинцев. Они знают, что то, что они делают, аморально и незаконно, и они предпочитают, чтобы ими руководил известный военный преступник, который даже не скрывает своего намерения использовать исключительно силу, чтобы навязать свою волю пленному населению.

Когда указывают на эти простые факты, защитники Израиля кричат: „Расизм!“ Критика этих преступлений превращается якобы в расизм, а согласие с ними, даже их защита превращается в правильное отношение. Аморальность становится моральным поведением, а весь мир становится „преступным миром“, братством преступников». (Абдельвахаб эль-Аффенди, старший научный сотрудник, Центр изучения демократии, Вестминстерский университет[399])

Палестинцы никогда не стремились к государственности в период иорданской и египетской оккупации. Исторически они хотели быть частью Сирии. Претензии на палестинскую государственность начались как тактический прием, имеющий целью уничтожение еврейского Государства Израиль. Более того, притязания палестинцев на государственность и независимость не сильнее, а во многих случаях намного слабее, чем притязания тибетцев, курдов, басков, чеченцев, турецких армян и других не имеющих своего государства групп.

Но претензии палестинцев обскакали другие гораздо более убедительные претензии по одной важнейшей причине: палестинцы привлекли к себе внимание всего мира, убив тысячи невинных людей, тогда как тибетцы никогда не прибегали к терроризму, а другие группы использовали только эпизодические теракты местного значения и не получили такую щедрую награду от мирового сообщества, как палестинцы. Успех палестинцев в привлечении внимания всего мира к своей проблеме тем не менее не принес им государства, потому что ни Израиль, ни Соединенные Штаты не желают вознаграждать терроризм так, как желают ООН, Европейский союз, Ватикан и другие.

По существу, палестинские претензии выглядят гораздо слабее, чем претензии многих других не имеющих государства народов. Почему же крайне левые, особенно европейские левые, вместе с крайне правыми отстаивают интересы палестинцев, но в существенной степени игнорируют гораздо более достойные претензии тибетцев, курдов и других безгосударственных народов? Руководствуясь любыми объективными стандартами морали, жалобы тибетцев и курдов — если сосредоточиться только на двух группах, претендующих на государство, — гораздо более убедительны, чем жалобы палестинцев. Не имеющих своего государства тибетцев и курдов гораздо больше, чем не имеющих государства палестинцев. С тибетцами и курдами их оккупанты обращались куда более жестоко, чем с палестинцами. Уже существует одно государство, где палестинцы составляют большинство населения, тогда как ни у тибетцев, ни у курдов своего государства нет.