Интересно, он долго учил такую речь?
– Вот как! Это официальные обвинения? – не унимался Вейн.
– Это без пяти минут официальный приговор, ир Навад!
– Как быстро стали выносить приговоры, быстрее только советы образовывают. Расскажите-ка, ир Куриат, почему не был созван Совет Верховных в связи с пропажей и последующим тяжелым состоянием Владыки?
– Потому что Верховные утратили доверие народа и аристократии, – говоривший все взвинчивал тембр и количество пафоса в голосе. Интересно: он из искренне верующих в лучшее будущее путем переворота или из тех, кто делит власть, пока горячо?
– А почему же Владыке не оказывают должную помощь? – не спешил сдаваться в руки правосудия военный советник.
– Владыка уже не сможет вернуться к полноценной жизни, это подтвердили все осматривающие его целители! Значит, такова воля Богов – привнести перемены в Дарстейн! – И все-таки это игра на публику, которой, по ощущениям, набилась уже целая комната.
Дальнейшие препирательства Вейн, видимо, счел излишними и даже не стал тратить силы на сопротивление. Наверное, боялся за Велиорана, совершенно беззащитного в данный момент. Ну и прорываться через весь дворец – не лучшая идея, так что звук щелчка наручников я услышала четко и приняла за команду к отступлению. Обратный путь я бы самостоятельно не нашла, но, сев на хвост одному из редких слуг, несущему поднос, я вышла обратно на кухню, а потом выскользнула из дворца, никем толком не охраняемого, – кризис власти налицо.
На душе было гадко и горько, но останавливаться было нельзя. Я снова осталась одна, и теперь только мне придется принимать решения и действовать дальше. Вот так я превратилась из рафинированной городской девочки, привыкшей ко всем благам современной гуманистической цивилизации, расстраивавшейся из-за сломанного ногтя или зацепки на колготках, в ту, которая знает, что, пока жива и есть за что бороться – надо идти вперед. И я шла по улицам – сначала абсолютно бесцельно, а потом у меня созрел план, очень зыбкий и не самый надежный, но все лучше, чем ничего. В конце концов, когда не знаешь, что делать – обратись к профессионалам.
19. Ва-банк
Рассказ Владыки о покойной жене Вейна потом долго не шел у меня из головы, и, конечно, я была бы не я, если бы не попыталась разузнать какие-то подробности. Особенно тщательно выполнила совет Владыки – расспросила про главу отдела Правосудия Ордена магов, лично курировавшего то дело. По рассказам, личность и впрямь была неординарная, а в чем-то даже одиозная. К внутреннему контролю – а именно это собой представляет отдел Правосудия – не питает любви никто и нигде. Предотвращение и расследование магически совершенных преступлений – вот основные функции отдела. Традиционно в таких местах работают весьма неприятные и беспринципные личности, готовые копать под своих же коллег, и местные не исключение. Маис ир Аглер (так зовут легендарного ищейку) отличался особой жесткостью, не брезговал никакими способами добычи информации, в том числе пытками, угрозами и шантажом. А еще он прославился въедливостью и скрупулезностью, обладал особым талантом в расследованиях, профессиональным чутьем и интуицией. И единственное дело, так и оставшееся у него нераскрытым, было дело жены Адальвейна – Дарны ира Навад. А сейчас мне необходимо расследовать магическое преступление века – попытку свержения Владыки, которая, надо заметить, почти увенчалась успехом. Сколько у меня времени до того, как Владыка умрет без должного ухода или ему решат помочь отправиться в лучшие миры, устав ждать его кончины? Не больше суток, я думаю. А еще я совершенно не знаю, чего ожидать от Рангора ир Марола. Чего он ждет? Каким станет его следующий шаг? И что за оружие он применил? Сутки… Я точно уверена, что, если за это время не переломить ситуацию, все будет потеряно.
Где примерно искать ир Аглера, я знала: он жил в тихом респектабельном районе в центре Лигрела – затворником, изредка принимающим бывших коллег по цеху. На мое счастье, у его дома имелась одна яркая примета: полное отсутствие магической защиты, что выделяло его среди особнячков, оплетенных охранными заклинаниями, как новогодняя елка гирляндами. При этом за все время на его дом не позарился ни один домушник. Вот что значит – правильная репутация.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
По рассказам знавших его магов (а знали его почти все в Ордене), любовь к сложным загадкам являлась его отличительной особенностью, и именно на нее я делала ставку. А также надеялась на то, что этот правдолюб не сдаст меня сразу властям, а хотя бы выслушает.
За оградой был виден ухоженный сад – других на этой улице и быть не могло. Кричать: «Эй! Есть кто-нибудь?» – в тишине, стоящей среди дорогих домов, мне как-то неловко. Да и если я решилась обратиться к менару такой специфической профессии и репутации, то следует и заявить о себе соответственно. Чтобы заинтересовать, конечно.
И вот я стою перед коваными воротами. Пару секунд времени и немного магии – и вуаля! Я уже по ту сторону ограды. Должны же у пространственных магов быть свои преимущества. Решив, что наглость города берет, я дернула за ручку, но дверь не поддалась. Я подергала посильнее – безрезультатно. Тогда я вежливо постучала – тишина стала мне ответом. В теории, я могла перенестись внутрь, но это уже проникновение без взлома и в Дарстейне каралось примерно, как и у нас, а магия дополнительно отягчала обстоятельства. Так что я задумчиво стояла на крыльце, размышляя, что делать дальше. Вот в таком состоянии меня и застиг незнакомый голос:
– Поверните ручку вверх до упора и открывайте.
Я резко развернулась и оказалась буквально нос к носу с менаром в летах, как сказали бы на Земле. Морщинистый, сухой, с поседевшими и поредевшими волосами, выцветшими глазами и губами, он выжидающе смотрел на меня, но я прибывала совсем не в том настроении, чтобы смутиться и извиниться за визит без приглашения. Так что молча развернулась, повернула ручку и, не дожидаясь приглашения, уверенно вошла в дом. Мужчина зашел следом.
– Я обычно предлагаю чувствовать себя как дома, но, вижу, вы в подобных предложениях не нуждаетесь. Так что можете располагаться, где удобно, а я пока принесу что-нибудь выпить.
Менар удалился, а я осмотрелась. Дом не поражал роскошью в классическом ее понимании, но в том, что каждая вещь была дорогой и качественной, сомневаться не приходилось. Стильно даже по моим современным меркам, контрастное сочетание цветов и минималистический интерьер. Я устроилась на длинном диване и принялась ждать хозяина. Долго ждать не пришлось.
– Я так понимаю, что вы знали, к кому пришли в гости, и представляться мне не обязательно? – мужчина занес поднос, на котором стояла бутылка местного вина и закуски к нему.
– Если вы и есть Маис ир Аглер, то можете не представляться, – разрешила я. – Меня зовут Валерия ира Лисовская.
– Ну что ж, ира Лисовская, вот мы и познакомились. Я о вас тоже наслышан: единственный пространственный маг, надежда Дарстейна и всего Менардина, так вероломно предавший Владыку, – все это ир Аглер произнес с улыбкой, да только от этой улыбки меня пробрал озноб. Вот уж точно: жуткий тип.
– Я надеюсь, что вы дадите мне высказаться в свою защиту. Ведь будь я настолько виновна, то вряд ли решила бы с вами познакомиться.
– Высказывайтесь, ира, надеюсь, вы действительно заглянули ко мне не зря.
Менар (сама учтивость!) наполнил наши бокалы вином, протянул мне мой, а сам удобно устроился со своим в кресле с высокой спинкой. Вино я выпила быстро. Для храбрости.
Под тяжелым пронизывающим взглядом было неуютно, и рассказ свой, еще со знакомства с Вейном, я начала сбивчиво. Потом, уже с третьим бокалом, дело пошло лучше, повествование стало живее и образнее. В конце я уже не сдерживала эмоций и раскрашивала разными эпитетами свою и без того удивительную историю. И вот тут надо отдать должное профессионализму ир Аглера: главное по окончании моего повествования он вычленил сразу.
