— Кто такие красные мундиры?
— Плохие парни. Это метафора, обозначающая зло. Судя по виду Клан-Финтана, я его не убедила. Мне пришлось переключиться на учительский тон:
— Красный цвет — это кровь. У слова «кровь» отрицательная коннотация, следовательно, красный мундир служит символической аллюзией злого человека или людей. Точно так утренний восход солнца на красном небе символизирует грядущее несчастье. А взгляд налитых кровью глаз — это плохой, злобный взгляд.
— Кто такой король Георг?
— Вымышленный персонаж.— Пальцы вновь сложились крестиком.
— А разбойник — это...— Он умолк, ожидая, что я дам правильный ответ.
— Грабитель, который выходит на дорогу и обирает путников.
Я не отводила взгляда, но все равно не очень преуспела в своих домыслах. Я и в самом деле никогда не умела врать. Преувеличивать — да, это у меня получалось, а вот врать — нет.
— Хм.
Я для себя решила, что у кентавров это означает «сколько же в тебе дерьма», но продолжала вести себя так, словно не наговорила кучу непонятных вещей.
— Ну и трудный же сегодня выдался денек.— Я зевнула и потянулась.— Пожалуй, пойду прикорнуть.
В первое мгновение он никак не отреагировал, просто продолжал на меня странно смотреть, словно пытался соединить отдельные кусочки головоломки. А я вдруг вспомнила, как настойчиво Аланна советовала мне никому не рассказывать, что я — это не я. Как бы ни сумбурно это звучало.
Она мне тогда показалась подавленной и дерганной даже больше, чем было нормой для Сюзанны, но волновалась не на шутку. Скажем прямо, девушка гораздо лучше меня разбиралась в том, что происходит в этом мире. Пришлось признать, что у ее паранойи весьма весомые причины. В то же время она сказала, что я могу доверять Клан-Финтану. Мне оставалось только помалкивать о моем происхождении, пока не появится шанс расспросить Аланну.
Поэтому теперь я смотрела невинным взглядом на своего чересчур любопытного симпатягу мужа и вовсю махала ресницами, потом покосилась на вход в амбар.
— Послушай, не мог бы ты зайти туда первым и удостовериться, что там ничего не ползает и не бегает, прежде чем я лягу спать?
Своей просьбой я вывела его из задумчивости. Он заулыбался.
— Конечно.
Клан-Финтан отыскал Дугала, успевшего перебраться ко второму костру. Видимо, парень хотел оставить нас наедине.
— Дугал, леди Рианнон нужно два одеяла. Тот действовал быстро, как хороший мальчик.
— Пойдем.— Клан-Финтан протянул мне руку, помогая подняться.— Я никому не позволю забежать или заползти на тебя.
Я приняла его руку, и мы вместе вошли в темный амбар. Небольшое строение было плотно завалено сеном. Охапки, перевязанные бечевкой, громоздились одна на другой. Клан-Финтан ловко расшвырял их по сторонам, освобождая место, потом развязал несколько охапок. К тому времени, как Дугал принес одеяла, он уже устроил удобное ложе возле входа. Одно одеяло кентавр постелил сверху и знаком пригласил меня подойти.
— Здесь ничто тебя не потревожит.
— Спасибо. Не выношу того, что ползает или прыгает. Я уселась в центре ложа и начала стягивать сапоги.
Клан-Финтан наклонился, отвел в сторону мои руки и занялся этим сам.
Вот что мне в нем действительно нравилось.
В амбаре было темно, уютно и пахло как на свежескошенном поле.
— А где ночуют остальные?
— Мы будем по очереди нести караул, а в перерывах отдыхать у костров.
— Так что, мне одной здесь спать?
— Да.
Он наклонил голову, и даже в темноте я рассмотрела, как сверкнула его белозубая улыбка.
— Выходит, это не будет неприлично, если я сниму штаны?
«Ненавижу спать в штанах!»
— Нет, думаю, это будет нормально.— В его голосе вновь зазвучали бархатные нотки.
Я сняла штаны, аккуратно их сложила, а потом изогнулась в поясе, изо всех сил подражая Мэрилин Монро, чтобы пристроить их на сене под рукой. Я все время чувствовала на себе его взгляд, и мне было приятно. Я опустилась на одеяло, откинулась на спину и улыбнулась.
Клан-Финтан укрыл меня вторым одеялом.
— Спокойной ночи. Приятных снов, Рианнон,— сказал он, но не повернулся, чтобы уйти.
— Когда твоя очередь нести караул? «Какого черта, он ведь мой муж».
— Намного позже восхода луны.
— Может, останешься со мной, пока я не усну?
— Если хочешь.
— Хочу.
Я отодвинулась в сторону, освобождая место для его огромного тела. Он шагнул на ложе и прилег. Со стороны выглядело, будто кентавр сидел за моей спиной. Его человеческий торс был велик, но не настолько, чтобы создать неудобство. Когда он устроился, я откинулась назад, так что верхняя половина моего тела удобно легла на его
Грудь и руки. Я чуть изменила положение и повернулась к нему лицом, по-прежнему не покидая кольца его рук.
Шевелюра, как всегда, вела себя по-дурацки. Высохну в у костра, она завилась тугими локонами, торчавшими во все стороны. Клан-Финтан убрал несколько кудряшек с моего лица.
— Прости. Они все время лезут куда не надо. Следовало бы постричь их покороче.
Я выплюнула тонкую прядь, попавшую в рот. Он удивленно заморгал.
— Женщины не стригут волос. «Ой-ой».
— Но с короткими волосами удобнее.
«Черт. Интересно, заметил ли он, что волосы у меня короче, чем у Рианнон?» Я поспешила добавить:
— Аланна на днях подравнивала мне волосы. Зря я не велела ей убрать побольше.
— Короткая стрижка, быть может, удобнее, но не столь привлекательна.
Он рассуждал как типичный парень. Все они любители длинных волос. Если честно, мне это даже нравится.
— Возможно, ты прав.
— Да.
Он погладил меня по голове, запутался в густой шеве-люре, потом приподнял руку, по-прежнему не выпуская из нее волос, наклонился и зарылся в них лицом. Я лишь крепче прижалась к его груди и скорее почувствовала, нежели услышала, как он тихо застонал.
Клан-Финтан поднял голову. Наши взгляды встретились, а лица оказались в опасной близости друг от друга.
— Значит, тебе нравятся мои волосы?
Он не отрывал взгляда от моих губ, пока я шептала вопрос.
— С каждым разом я все больше убеждаюсь, что мне многое в тебе нравится.
Я нежно улыбнулась.
— Похоже, ты удивлен.
Он снова посмотрел мне в глаза.
— Так и есть.
— Не удивляйся. Я именно такая, какой ты меня видишь.
Прежде чем он развил тему, которую Аланна явно не одобрила бы, я притянула его к себе и поцеловала.
Наверное, мне никогда не привыкнуть к его поцелуям. Он весь воспылал, исследуя мой рот своим языком, а я мысленно представляла, как он изучает и другие места. По спине пробежали мурашки, и я застонала.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
