Мы обыкновенно любим осуждать ближних и любим хвалиться собою. Согрешил при нас человек в чем-нибудь, мы сейчас и начинаем кричать: как-то он будет отвечать пред Богом? Горе ему! Худо ему! А если сами сделали что-нибудь доброе, то тотчас же и мысль фарисейская в нас является: несмь, якоже прочии человецы! Говорим себе мысленно мы сами.
Так, братие, поступать нам не следует. А как нужно поступать, тому поучимся у святых отцов. Один из святых мужей, говорит слово церковное, увидев некоторого человека, впадшего на глазах его в грех, горько заплакал и сказал: "он согрешил сегодня, а я завтра". Поэтому, христианин, никогда не осуждай согрешившего, даже, если бы он был и неверным, и никогда не поноси его за содеянный им грех; а внимай самому себе и смотри, сам-то ты право ли ходишь и не падаешь ли? Молись Богу, чтобы отогнал от тебя помысл осуждения… И если хочешь спастись, остерегайся хвалящих и возвышающих тебя, и не укоряй согрешившего. Не забывай, что благоразумный разбойник на кресте одним словом оправдался пред Господом, а фарисей за одно слово осужден был. И Иуда, причтенный к лику Апостолов, за одну ночь погубил весь труд свой и низринут во ад. И никогда не хвались собою, ибо все хвалившиеся собою пали. И если кого увидишь впадшим в грех, то не его осуждай, не его обвиняй, а победившего его дьявола. Про себя же говори так: вот согрешивший, которого я осуждаю, не своей волей согрешил, а был вовлечен в оный дьяволом; а я волею и ведением согрешаю". При этом и плачь о своих грехах и борись с самим собою и помни, что никто, живущие в лености и небрежении, не одолеет дьявола, и никто из таковых не получит благ от Господа. И все мы тем или иным, живя в мире сем, прельщаемся. И поэтому, если будем радоваться о падении ближнего или осуждать его, то сами будем побеждены дьяволом. Если же крепко будем бороться с искушениями, то Бог будет помощником нашим.
Так вот, братие, как учат нас поступать в отношении к согрешающим, да пожалуй, и в отношении к нам самим святые отцы. Согрешающих велят они не осуждать, а плакать о них. Самих же себя смирять пред Богом, считать себя грешниками, достойными всякого осуждения и наказания и изгнания из дома отеческого. И так и должно быть непременно. Какие мы судьи других, когда сами грешим на каждом шагу! Какие мы обличители, когда сами совершенно безответны пред Богом! Какие мы укорители, когда, оглянувшись назад, видим за самими собою лишь неоплаченный грех, не прощенное зло!
Нет, братие, судить мы должны не других, а самих себя и чаще просить Господа, чтобы Он даровал нам зрети наши собственные прегрешения, а не ближних наших. Даруй же, Господи, зрети ми моя прегрешения и не осуждати брата моего. Аминь.
17.12. Нарушителям постов
(Святого пророка Даниила и святых трех отроков Анании, Азарии и Мисаила)
Нынешние миролюбцы и плотоугодники ни против одного из постановлений Церкви так не восстают, как против постановления о постах. "К чему посты?" кричат они. "Без питательной пищи и здоровье теряется, и разум помрачается, и молиться мы не можем, и раздражаемся от них и т. п" — Кричат так они, и выходит, по их мнению, как будто пост действительно есть зло, и нарушать его нисколько не предосудительно и даже должно. Но на самом деле, они жестоко ошибаются; ибо пост не только не вредит здоровью, но поправляет его; не только не помрачает разум, но просветляет его.
Когда Навуходоносор, царь Вавилонский, отводил Иудеев в плен в Вавилон, то вздумал взять для воспитания при своем дворе несколько детей из лучших семейств еврейских. Между этими детьми были двенадцатилетний отрок Даниил и три его товарища: Анания, Азария и Мисаил. Получая обильную, но запрещенную законом Моисеевым пищу, с царского стола, они не захотели оскверняться ею и просили поставленного над ними приставника, чтобы он давал им в пищу только овощи и воду. Приставник сначала в просьбе им отказал, сказав: "боюсь царя: если он увидит вас изнуренными, тогда лишит меня жизни". На это Даниил отвечал: "сделай над нами опыт в продолжение десяти дней; и если после сего времени отроки, вкушающие царскую пищу, окажутся полнее нас, то откажи нам в нашей просьбе, в противном же случай исполни ее". Приставник согласился, и что же? По окончании срока явишася лица их блага и крепка плотью паче отроков, ядущих от трапезы царской (Дан. 1, 15) Это было до Р. Христова. Обратимся к временам новозаветным. Макарий Александрийский в св. Четыредесятницу вкушал однажды в неделю и прожил сто лет. Св. Симеон столпник в св. Четыредесятницу ничего не вкушал и прожил сто три года. Преподобный Анфим тоже Великий пост проводил без пищи и прожил сто десять лет. А некоторые жили и еще дольше, например Павел Фивейский сто тринадцать, а Алипий столпник сто восемнадцать лет. Ясно, значит, что пост не только не вредить здоровью, но и укрепляете его.
Что же касается мнения, будто от поста разум помрачается, то оно еще неосновательнее первого. Упомянутые Даниил и его товарищи держали пост три года и в это время учились. Умалился ли же разум их. Напротив, даде им Бог, сказано, смысл и мудрость во всяцей книжной премудрости (Дан. 1, 17). И когда по окончании срока воспитания они приведены были к царю, то беседова с ними царь: и не обретошася от всех их подобни Даниилу и Анании и Азарии и Мисаилу; и сташа пред царем, и во всяком глаголе премудрости и умения, о нихже вопрошаше от них царь, обрете я десятирицею паче всех обаятелей и волхвов, сущих во всем царстве его (19–20). Перейдем теперь, опять к временам новозаветным. Макарий Египетский, великий постник, совсем не был учен; между тем сочинения его отличаются глубоким познанием богословия, души человеческой и природы видимой. Антоний Великий учился только по книге природы и посрамил надменных, своею ученостью философов. Апостолы, тоже люди не ученые, но имевшие обыкновение налагать на себя пост пред выходом на проповедь, не раз также посрамляли мудрых мира сего и покорили Христу целые народы и царства. А Сам Он, наконец? И Он также, вступая в общественное служение, постился дней четыредесять и ночей четыредесять. Нечего после сего распространяться в доказательствах о пользе поста и в опровержениях доводов касательно вреда его. Сластолюбцев, которые стали плотью и кровью, пожалуй не убедишь ничем. Истинные же последователи Христовы, выну распинающие плоть свою со страстями и похотями, останутся, должно думать, верными уставам Церкви и без доказательств, и в каких бы то ни было представлениях пользы поста не нуждаются.
Будем, братие, подражать последним и бегать суемудрия первых. Пусть и на самом деле тело наше от поста ослабеет. Что за дело? Христианин не о полноте и красоте тела должен заботиться, а об обновлении и украшении души; а она и обновляется, и укрепляется только тогда, когда тело подчиним ей. Аще внешний ваш человек тлеет, обаче внутренний обновляется (2 Кор. 4, 16). Аминь.
18.12. Не всякий может быть учителем христианским
(Слово от Пандока о благоречии… Пролог декабрь 18)
Особенно в последнее время весьма многие, частью из-за корысти, частью по невежеству, частью по духовной гордости берутся за учительство церковное, и плоды отсюда получаются весьма горькие. Таковые, непризванные учители, большею частью догматы веры искажают, слово Божие толкуют бессмысленно, жития святых извращают до неузнаваемости и чрез это, смертно согрешая сами, вовлекают в смертные грехи и других. Что сказать таковым? Вот что: прежде чем учить других, пусть они послушают о том, всякий ли из нас может быть учителем и всякий ли своим учением может приносить пользу другим.
Слово церковное говорит: добрые слова от доброго сердца исходят; а у кого сердце нечисто, тот и учить право не может, и от слов его должно бегать, ибо они вредны, как не имеющие благодати Св. Духа… Кто не принял от Бога дара учительного, тот пусть молчит и не изрыгает слов праздных, чтобы не получить осуждения от Бога. Грешнику сказал Бог: "всякую ты поведавши оправдания Моя и восприемлеши завет Мой усты твоими? Ты возненавидел наказание и отвергл еси слова Мои вспять".
