Читаем без скачивания Агломерат. Последний Оплот - Никита Костылев

— Больно рядовой? Извини, но все же необходимо идти. Места у тебя в первом ряду. Давай, — он крепко обхватил ее за талию своими сильными руками, облаченными в белые перчатки, и повел по длинному коридору корпуса. Марта спотыкалась и падала, но каждый раз крепкая рука первого помощника Императора крепко подхватывала ее, не давая упасть. Они подошли к началу винтовой лестницы, где стоял вооруженный отряд карателей, адъютант коротко кивнул им и стоящие бойцы расступились. Медленно поднимаясь вверх, лейтенант проговорил:

— А ты и не знала, что третий ангар это еще и Арена? Зря, ее еще до твоего появления использовали, все таки ты хорошо на бывшего Императора влияла, как никак отменил рубки между пленными охотниками и собирателями, — продолжал философствовать адъютант. — Забавно, ты смогла изменить целую историю великого развлечения. Я тебя даже уважаю, ты наверное, единственная, такая, правильная и хорошая. Марта? Ты что?

— Мне плохо… — проговорила девушка. — Просто плохо.

— Ничего ничего, — закивал Кирилл, вытаскивая девушку на верхний уровень. — Теперь ты одна из нас, значит должна терпеть.

В огромной ложе сидело только два человека — Император и Господарь. Адъютант подвел девушку к Императору и проговорил:

— Как вы велели. Она все сделала.

— Прекрасно, — кивнул Артемьев и махнул рукой, давая начало битве. Он повернулся и прошептал: — молодец, извини, не рассказал всей истории. Но снегоход действительно есть, победитель уедет на нем за стены оплота. Видишь вот ту черную машину с нарисованным на ней львом? Вот она и подъедет к шестым воротам, которые откроются и выпустят победителя, я там специально кордон там усилил, садись, — приветливо махнул рукой Император, когда бледная девушка села рядом на небольшое кресло, Артемьев жестко сказал: — вот она настоящая битва за жизнь. Ты какая то бледная, плохо питаешься? Ничего, я вели, что бы тебе увеличили паек. Смотри, битва уже началась.

Схватка

Древко Гуань-Дао в руке. Сначала страх. Потом холод. Необратимость. Круг. Теперь все решится. И Марк принял решение. Единственно правильное. Для него. Их выводили по отдельности. Каждого. И у каждого была своя история. Выдуманная. Не своя. Врач. Крест на древке. Арена. Началось.

Что — ж, лед и снег, это его лучшая стихия, в его руках его лучшее оружие, в противоположном конце его лучший друг. Арена представляла из себя круг, диаметром в метров триста, кроме ледяной корки на арене была сымитирована картина поля боя — остовы подбитых карательных снегоходов, разбросанное холодное оружие… наверное хотели создать эффект побоища. Будет вам побоище. Будет.

Белый охотник поднял на вытянутой руке древко с намалеванным красным крестом и молча двинулся в сторону людоеда. Правила просты — последнему Император бросит ключ. И все. Остается только победить, весь этот сброд вооруженный разным холодным оружием, задача не самая простая, кроме того, что он должен убить своего лучшего друга.

Два карателя держались вместе с самого начала, встав плечо к плечу и вытянув вперед короткие широкие мечи, они стали набрасываться на каждого участника по отдельности. Первым погиб собиратель, худощавый боец, с чудовищным ударом справа, оказался совершенно не готов к битве на холодном оружии. Он сначала попытался неумело бросить в сторону противника пару копий, разбросанных по всей арене, затем просто побежал. Когда каратели, вооруженные двумя мечами догнали его, он сначала попытался отбиваться от них длинным неудобным копьем, но уже через миг отчаянно закричал пронзенный двумя клинками. Один из карателей прошептал:

— Минус один!

Оставив корчащегося в агонии собирателя, оба воина побежали в поисках легкой добычи.

Пират важно оскалился и что то проговорил на своем языке, держа в руке изогнутый ятаган, пойманный Воронежский охотник только кивнул в ответ и сделал короткий выпад своим копьем. Пират даже не увидел это выпад, он просто упал на колени и уставился на растекающееся на животе алое пятно. Европеец дотронулся липкими руками до живота и выпучив глаза рухнул на бок. Воронежский охотник быстро осмотрелся среди остовов снегоходов и резко рванул в край арены, добежать ему не удалось, могучий воин вдруг за что то зацепился и упал на колени, когда он поднялся на ноги и выставив, копье, стал искать врага, из подбитого снегохода на него метнулась длинная веревка. Обвив шею воина в петлю, натянутая из темноты пассажирского отделения веревка рванула вперед, ломая шейные позвонки воина, затем неизвестный убийца словно паук потянул тело к себе. Когда ноги убитого воина уже коснулись убежища, натянутая веревка вдруг оборвалась, из темноты с громким визгом, сжимая короткий кинжал выполз людоед.

Марк словно призрак оказался за спиной людоеда и рыкнул:

— Я тебе обещал, тварь.

Голова людоеда покатилась по ледяной поверхности арены. Марк вышел из зоны разбитых остовов машин и посмотрел на своего друга. Два карателя обошли его с двух сторон и стали набрасываться на него с двух сторон, Эрик кружился словно дикий зверь и отчаянно рубился с опытными противниками, но потеряв рассудок он был намного менее опасен, если бы сохранил холодную голову. Допинг и наркотики, которыми его обкололи дали ему невиданную энергию и силу, но забрали более важное в бою свойство — умение думать и анализировать. Неправильно рассчитывая расстояние, бросаясь вперед, позабыв о защите, Эрик становился легкой добычей для синхронно действующих карателей. Несколько раз легко ранив, они рванулись на машущего своим грозным оружием белого охотника. Именно в этот момент в бой вмешался Марк, отбросив первого в сторону обезумевшего Эрика, он преградил дорогу второму. Через минуту все было кончено, когда врач голыми руками забил до смерти второго, а Эрик уже поднимал на рогатину первого. Теперь их осталось только двое.

Эрик повернул голову и уставился красными от ярости глазами в сторону стоящего в десяти метрах друга. Врач понял, что он его не узнает, все время своего заточения он искренне надеялся на то, что Эрик придет в себя. Но сейчас, глядя в обезумевшие глаза воина, Марк понял, что его надежды превратились в быль. Вместо одного из самых лучших воинов пустыни, самого зоркого стрелка Угодья, перед ним стоял комок злости, ярости и силы. Ничего не понимающий, сумасшедший смертоносец, готовый убивать все и вся. Когда он убьет Марка, он начнет крушить лед, трупы, остовы разбитых машин. А потом его сердце остановится, не выдержит постоянной нагрузки и убьет своего хозяина, который с бешеным взглядом будет бросаться на всех и вся. Подполковник, поставивший на Эрика, с довольным видом будет аплодировать своему протеже, а в мыслях он будет подсчитывать прибыль от победы.

В этот момент Император проговорил, сидящему рядом Гордееву:

— Господарь, он и вправду такой сумасшедший, или ты его обколол чем то?

— Вы бы видели его, когда мы его ловили, — хохотнул подполковник. — Сейчас он еще спокоен.

— Да? — невозмутимо спросил Артемьев. — Как странно, а мне кажется, что ты его обколол допингом. Он сейчас прыгает, как обезьяна, а потом копыта откинет. Так?

— Великий Император… — начал Гордеев.

— Мне уже все рассказали. Пошел вон, — отмахнулся Император. — Выводи карателей на первую линию обороны. Ты будешь встречать войско Белых охотников, и не смей больше меня обманывать, ублюдок.

— Я ничего не делал… — попытался оправдаться каратель.

Артемьев только повернулся к нему и прошипел:

— Пошел. Три ударных батальона на линию, два остальных на зачистку внутри.

— Есть, — козырнул тот и выскочил из ложи.

— Зачистку чего? — спросила Марта.

— Смотри бой, — улыбнулся Император. — Это самое интересное, поверь. Я потом все объясню.

В этот момент расстояние между последними двумя выжившими сократилось до трех метров. Эрик приближался медленно, он словно резко устал, тяжело двигая ногами, он остановился. Марк вытянул оружие вперед и стал ожидать атаки. Шумно дыша, Эрик вдруг резко сорвался с места и бросился на своего друга.

Атака была бешеной, словно забыв о защите и тактике, Эрик старался буквально сбить Марка с ног. Его длинная рогатина описывала в воздухе короткие круги и снова устремлялась в цель. Потеряв рассудок, он не мог поразить более слабого соперника, Марку даже не приходилось ничего делать, он отступал шаг за шагом, а Эрик выдыхался после каждого промаха. Врач знал, что больше всего сил забирает не попадание, а именно промах, когда со всей силы выбрасываешь оружие, активизировав все ресурсы и напрягая все мускулы, а вместо точного попадания лезвие рассекало только воздух. Злясь все больше и больше, потерявший человеческий образ охотник набрасывался на своего друга, но каждый раз лезвие рассекало пустоту. Марк экономил силы, пытаясь заставить выдохнуться похожего на дикого зверя Эрика, но в конце концов тот все таки смог сбить врача в ног. Марк успел отпрыгнуть в последний момент, прежде чем рогатина пронзила его. Выставив Гуань-Дао с красным крестом на древке, врач прошептал: