— А Джуди мы ничего не сообщим? — был его единственный вопрос по дороге к гаражу.
Мистер Читтервик словно вынырнул из транса и поэтому ответил не сразу.
— Мы ничего не будем сообщать миссис Синклер, — решительно ответил он, но добавил: — а по дороге надо будет заехать за фотографиями.
И снова терпеливый «бентли» нацелился носом на Дорсетшир.
Но в фотомагазине мистера Читтервика ожидал сюрприз.
— Фотографии, сэр? — переспросил удивленно владелец магазина. — Но я их отдал, десяти минут не прошло, вашему посыльному.
— Моему посыльному? — переспросил мистер Читтервик, не очень, однако, удивившись, в то время как Маус, услышав ответ, разинул рот.
— Он потребовал их от вашего имени, — сказал, оправдываясь, владелец магазина, почувствовавший, что дело неладно.
— Вы можете его описать? — спросил мистер Читтервик.
— Ну, — неуверенно ответил владелец, — мне он показался человеком, заслуживающим доверия. Надеюсь, я не совершил какой-нибудь ошибки, сэр?
— Он вам никого не напомнил?
— Напомнил? Нет, сэр, вы не хотите же сказать?..
— Я к вам никого не посылал, — уныло отвечал мистер Читтервик, — и вы, наверное, отдали ему все? И пленку и все снимки, в том числе и увеличенные?
— Боюсь, что да, сэр. Извините, пожалуйста. У меня не было причин сомневаться, что этот посыльный от вас. «Фотографии для мистера Читтервика», — сказал он, и я, конечно, отдал их.
— Ну разумеется, — и мистер Читтервик отвернулся, — я прекрасно понимаю, что вы ни в чем не виноваты. Я должен был вас предупредить. Но я никогда… Да, с моей стороны это было неосторожно. До свиданья.
— Хотя подождите-ка минутку, сэр, — вдруг воскликнул, волнуясь, владелец фотомагазина. — Вы вчера сказали, что это очень важные снимки, и я специально сделал еще дубликаты двух увеличенных фотографий, подумав, что, может, они вам когда-нибудь и пригодятся.
— И вы их не отдали? — так же волнуясь, спросил мистер Читтервик.
— Они в комнате рядом, сейчас принесу, — сказал хозяин магазина, и мистер Читтервик едва удержался, чтобы не обнять его.
Фотограф пошел за дубликатами, а мистер Читтервик повернулся к Маусу.
— Вы… э… не заведете мотор? Теперь нам нельзя терять даром ни одной секунды.
— Да он заведется сразу, как только мы сядем в машину, — удивился Маус.
Вид у мистера Читтервика по-прежнему был и смущенный и таинственный. Смущенный, потому что он кое-что скрывал, таинственный — потому что хотел таким казаться.
— И все же я предпочел бы, чтобы машина была уже на ходу, когда я выйду из магазина.
— Господи милосердный, не хотите ли вы сказать, что может случиться что-нибудь скверное?
— Как знать, — туманно ответил мистер Читтервик.
Маус пошел к машине.
Мистер Читтервик подождал, пока не принесут фотографии, внимательно их рассмотрел, заплатил и поспешил выйти. Через полсекунды машина уже была в пути, а мистер Читтервик еще непрезентабельно корячился, переваливаясь через борт спортивного автомобиля. Возможно, Маус был не очень силен по части конструктивных идей, но исполнитель он был образцовый.
— В Дорсетшир? — спросил он лаконично.
Мистер Читтервик кивнул.
— И… э… жмите на газ, Маус, я правильно выразился?
— Дело, наверное, очень серьезное?
— Дело идет о жизни и смерти, — сухо ответил мистер Читтервик.
И Маус нажал.
Мистер Читтервик снова заговорил, когда Лондон остался позади.
— Хвала господу, что я не терял времени ни тогда, ни теперь, после получения этого подозрительного письма.
— Значит, вы уверены, что это фальшивка? — проворчал Маус, ловко подрезав грузовик.
Мистер Читтервик посмотрел невидящим взглядом на стрелку спидометра, лезущую вверх к отметке «70».
— Уверен, что именно так. Фотографии все расставили по местам.
— А ловко этот тип их увел, ничего не скажешь.
— Действительно ловко, — согласился печально мистер Читтервик, которому очень не нравилась подобная ловкость.
— Да как он, черт побери, догадался, куда мы их отдали печатать?
— Мы имеем дело с хорошими мозгами. Просто замечательными мозгами.
— Ну я бы никогда не подумал, глядя на этого ковбоя, что он настолько умен, — и в голосе Мауса прозвучала нотка искреннего восхищения.
Молча они проехали еще сорок миль. Маусу, который был на грани нового рекорда на скорость, разговаривать было некогда, а у мистера Читтервика горло перехватывало от встречного ветра.
У Басингстока, Маус сбавил скорость, и, воспользовавшись передышкой, мистер Читтервик сказал:
— Маус, подумайте как следует. Мне надо, чтобы вы перечислили все места в окрестностях Риверсмида, где можно было бы спрятать человека: пустые дома, заброшенные шахты, пещеры и тому подобное.
— Но их множество. Хотите знать, где можно спрятаться?
— Нет! Я хочу знать о местах, где можно кого-нибудь спрятать.
Маус присвистнул.
— Вы хотите сказать, что он захватил мисс Гуль и силой заставил ее написать то письмо?
— Ну что-то вроде этого. Пожалуйста, подумайте. Это жизненно необходимо.
Маус призадумался, а потом коротко рассмеялся:
— Да я могу вам сразу же назвать с десяток таких мест. В этой части страны полно пещер, нор и все такое прочее. Неделю надо потратить, чтобы их обыскать.
— В таком случае, — и добродушное лицо мистера Читтервика сильно омрачилось, — в таком случае мы вынуждены прибегнуть к суровым методам воздействия. Нужно пощекотать Бенсона.
— В эту игру я играю, — с энтузиазмом откликнулся Маус.
В промежутках, когда стрелка спидометра опускалась ниже отметки «60», они обсудили подробности. Так как разговор шел не о честном спортивном состязании, все препятствия вроде игры по правилам надо было позабыть. Цель была одна — заставить Бенсона выложить правду и выложить как можно скорее. Но Маус и мистер Читтервик были невысоки ростом, и решено было заручиться содействием младшего сторожа, человека физически крепкого, к которому Маус благоволил. Устоять против них троих Бенсон практически не имел шансов.
Весь путь до Риверсмида они молчали. Когда повернули к воротам, Маус взглянул на часы. Сто тридцать три мили от Лондона они покрыли точно за два часа сорок минут.
Младший сторож, Греггс, по счастью, стоял недалеко от дома и разговаривал с главным сторожем. Маус затормозил, подхватил его в машину и, пока они ехали по подъездной дорожке, вкратце объяснил ситуацию. Греггс, смышленый молодой человек, по-видимому хорошо понял, что от него требуется, и в предвкушении улыбался.
А далее события развивались следующим образом. Греггса и мистера Читтервика высадили в удобном месте около деревьев, окаймлявших подъездную дорогу, а Маус пошел в дом за Бенсоном и вскоре вернулся вместе с ним. Увидев двух мужчин, мрачно ожидавших под сенью деревьев, Бенсон почувствовал что-то неладное, остановился, а потом повернулся, чтобы убежать, но Маус, следовавший за ним почти по пятам, угрожающе завертел толстой палкой. Бенсон замешкался, но Греггс, воспользовавшись паузой, изо всей силы ударил его в ухо и сбил с ног.
Лежа на земле, Бенсон разразился негодующими криками, требуя, чтобы нападавшие объяснили свои поступки.
— Где мисс Гуль, негодяй? — гневно крикнул мистер Читтервик.
— Какая мисс Гуль? — фыркнул Бенсон. — Никогда в жизни о такой не слышал. Идите вы все к черту.
— Дайте ему как следует, Греггс, — почти в бешенстве выкрикнул мистер Читтервик, — и не жалейте сил.
Бенсон однако предпочитал молчать.
— Бейте его, бейте, — умолял мистер Читтервик, — сейчас не время для деликатного обращения.
Греггс подбежал к орешнику и выломал толстую ветку.
— У меня этот боров сейчас заговорит, — процедил сквозь зубы Греггс и начал охаживать Бенсона изо всех сил.
— Где мисс Гуль? — взвизгнул мистер Читтервик.
Полдюжины ударов оказалось достаточно.
— Хватит! Скажу. — Греггс остановился. — Она в леднике, — угрюмо сказал Бенсон.
— Она жива?
— Конечно жива.
— А как же ледник? — спросил Маус.
— Я вроде понимаю, что он имеет в виду, ваша светлость, — объяснил Греггс. — Ледником все еще называется подвальное помещение, где летом раньше держали лед, а теперь его не используют, но дверь там по-прежнему очень толстая и прочная. Может, поглядим, ваша светлость?
— Да, и надо будет прихватить с собой этого парня. Если ее там не окажется, мы позаимствуем одну идею, родившуюся в его отечестве, и устроим маленькое линчевание. Я бы его с удовольствием вздернул.
Но такие экстраординарные меры не потребовались. Мисс Гуль пребывала в леднике. Более того, ей совсем не понравилось, что ее спасли, и она повела себя в высшей степени неблагодарно, а мистера Читтервика обозвала пронырой, сующим нос не в свои дела.
