— Вот это я понимаю — настоящий журналист! — тут же сообщила Яблонская Серовой. — Не то что наши бездари…
* * *
Для Яблонской начались страшные дни. Абстрагироваться от ситуации по совету Серовой она не смогла, запретить себе ходить на форум — тоже. Теперь Яна не имела ни одной спокойной минуты. Что бы она ни делала, с кем бы ни говорила — ее мозг буквально насиловала одна мысль: скорее зайти на форум и посмотреть, не появилось ли там что-то еще.
Работа, которую раньше она выполняла за час, теперь могла занять у нее весь рабочий день. Мысль ускользала, а усидчивости едва хватало на то, чтобы прочитать один абзац — тревога настойчиво гнала ее на форум. У Серовой и Кудряшова ощутимо прибавилось работы.
Яна перестала ходить на обед — боялась опоздать к «новым поступлениям». Собираясь домой, она долго не решалась выключить компьютер — ей все казалось, что именно сейчас на ветке появится важное сообщение. Дошло до того, что она стала просыпаться среди ночи. Пару раз некто оставил сообщение ближе к утру, и Яна стала бояться пропустить этот момент.
Таинственные злопыхатели оживили в ее памяти многие эпизоды, которым она и тогда не придала значения, а сейчас и подавно о них забыла. Так, ей напомнили об изорванных в клочья рукописях, о разбитых в приступах гнева чашках, о многих десятках запальчивых заявлений на грани приличия…
«С ней нереально тяжело работать, — писал Onanim. — Только возьмешься за одно дело, как Яна требует бросить его и взяться за другое. Берешься за него — тебя переключают на третье, четвертое… Задания она меняет каждые полчаса. В итоге мы имеем кучу недоработанных текстов и истерики по поводу того, что нечем закрывать номер!»
«Меня больше всего гнетет тотальный контроль, который она пытается над всеми установить, — делился Smart. — Она требует, чтобы ей отчитывались за каждую минуту, проведенную вне редакции. Ей почему-то кажется, что все ее обманывают, и вместо заданий мы занимаемся личными делами. Если тебя больше часа нет в редакции, она начинает названивать на сотовый. Вот и представьте, каково работать в таких условиях. Ты только-только „разговорил“ героя, как начинается трезвон. Возьмешь трубку, а там ор. То Яна требует немедленно мчаться в редакцию, то перебрасывает на новое задание. Все, собеседник замыкается, нервничает, и ты уезжаешь от человека с весьма скудной информацией. Как будто она сама не была журналисткой, и не знает, как это трудно — раскрутить собеседника на эксклюзивные подробности».
«Может, она когда-то и была журналисткой, но сейчас у нее одна пламенная страсть — торчать на Одноклассниках, — свидетельствовал Govnjuk. — До обеда она оттуда вообще не вылезает. А потом, когда понимает, что ничего не успевает, такой шухер в редакции начинается! Тут уж все под раздачу попадают. Но к себе, любимой у нее претензий никогда не возникает!»
«Ой, с Одноклассниками — это вообще трындец полный, — припоминал Alkash. — Эта дура накатала гендиру докладную, чтобы он у всех отрубил и Одноклассников, и Вконтакте. А потом сама поняла, какую дурь сделала. Теперь, если для газеты надо чью-то фотку достать, все к ней на комп ломятся!»
«О да, о да, господа! — вставляла свои пять копеек и Mademoiselle. — Свет еще не видывал столь ограниченного, невежественного и безвкусного редактора, как Яна Яковлевна! Узость кругозора, бедность лексикона, приземленность мышления… И эта монструозная фурия вершит судьбы по-настоящему одаренных людей, коими являются ее несчастные подчиненные!»
«Как-то утром спешу в редакцию. На часах 9.27, а тут, как назло, светофор на красный переключился, — вспоминала Black Orchid. — Ну, ничего не попишешь, стою — курю. Тут слышу визг тормозов! Вижу: какая-то „бэха“ чуть Корикову на капот не подняла. Представляете, как Яблонская всех застроила! Люди готовы жизнью рисковать, лишь бы не опоздать на работу!»
Так прошло ужасных четыре дня. Ветка «Главред „Девиантных“ — фашистка» по посещаемости побила все рекорды — число постов зашкалило за 250! Яна несколько раз писала администратору сайта с просьбой закрыть тему, но тот отвечал отказом. Он ссылался на то, что высказываемые мнения находятся в рамках приличия, и ради какого-то одного капризного субъекта он не может обламывать кайф, по меньшей мере, пятидесяти форумчанам. Однако же, три или четыре раза модератор все же поработал метлой — когда Ubegan оставил очень уж циничные комментарии по поводу давнего романа Яны со Стражнецким.
Слава Богу, в эти дни Яблонской было кому излить душу — верному, надежному как скала Кудряшову и рассудительной, преданной Серовой. В отличие от Светы, Олег не предлагал Яне взглянуть на себя со стороны и извлечь рациональное зерно из потока форумской брани. Он считал, что надо подать в суд на тех участников форума, чьи заявления Яна считает клеветническими и наносящими ущерб ее деловой репутации.
— Но на кого конкретно мы подадим, Олег? Они же все трусы и подлецы, спрятались под никами и гадят втихушку! — горячилась Яблонская.
— В милиции разберутся. У них там такие компьютерные спецы работают — быстренько по айпишникам всех пробьют.
— Олег, а если нам самим этим заняться? На фиг менты, когда у нас есть свой хакер. Я про Славика из «Сетей» говорю.
— Ты уверена, что тебе нужно знать фамилии этих людей? Я вот не уверен. Не удивлюсь, если большинство из них — твои знакомые. А то и друзья. По мне, лучше не стремиться знать больше, чем тебе дано на данном этапе. А то окончательно веру в человечество потеряешь, — мрачно шутил Олег.
— Да я уже давно эту веру потеряла! — твердила Яна. — Раз все ненавидят меня, то и я буду ненавидеть всех!
В последние дни Яблонская почти не показывалась из своего кабинета, чему многие в корреспондентской были очень рады. Зато Яна завела традицию вечерами подолгу чаевничать с Серовой.
— Свет, как ты думаешь, наши в этом тоже участвуют? — Яна прекрасно знала ответ, но хотела хотя бы от Серовой услышать облегчительную полуправду.
— Кто-то — да, кто-то — нет, — уклончиво отвечала Света.
— Я их никого видеть не могу, — злобствовала Яна. — Колчину только что встретила в коридоре, идет навстречу со своей сладкой улыбочкой — я еле вытерпела. Корикова какие-то творческие идеи рвется со мной обсудить — а меня от нее воротит. Ага, я с ней буду сейчас идеи обсуждать, а она выйдет от меня и тут же гадость настрочит!
— Не распаляй в себе ненависти, Ян, — отвечала на эту тираду Серова. — Если такое случилось в твоей жизни — сделай выводы, пересмотри что-то, поменяй…
— Я от тебя поддержки жду, а ты мне опять талдычишь о пересмотре жизненной позиции! — недовольно отвернулась Яблонская. — Все у меня давно пересмотрено, а если я с чем-то в себе справиться не могу — значит, это выше меня. И неужели, Свет, я на самом деле такая плохая, как они там пишут? Почему никто не сказал обо мне ни одного хорошего слова? Где они, мои так называемые друзья? Почему молчат? Почему не защитят меня, а?
* * *
В понедельник днем к Яне в кабинет постучался Антон Кузьмин.
— Яна Яковлевна, можно узнать, вы уже придумали, что пойдет в «толстушку» на первую?
— А тебе-то что за дело? — огрызнулась Яблонская.
— Да так, хотел свой текст предложить. Архиинтересную историю удалось нарыть. Представляете, семьдесят лет назад житель Эмска женился на сибирской красавице…
— У тебя просто дар какой-то, Антон, — усмехнулась Яблонская. — Находить самые скучные и банальные истории и пытаться втюхать их редактору под видом сенсаций. Впрочем, история про влюбленных старичков может заинтересовать «Мир маразма». Снеси свою сенсацию им. Я не обижусь.
Антон стоял как оплеванный, но пока все еще держал себя в руках.
— Яна Яковлевна, это вовсе не история про влюбленных старичков. Там совсем в другом дело. Вы даже не дали мне договорить! Так вот, у сибирской красавицы была младшая сестра…
— И она прислала ей на рождение первенца собственноручно связанные пинетки? Угадала? — продолжала иронизировать Яна.
— Возможно, так оно и было, но в моем тексте об этом не упоминается. А у эмского дядьки был брат…
— Знаете что, Антон? Идите сначала приведите свои мысли в порядок, а потом уж ломитесь в кабинет главного редактора. Если бы я весь ваш бред выслушивала, то газета бы вообще, наверно, перестала выходить!
— Ну, как знаете, как знаете, — вздохнул Антон и ернически шаркнул ножкой. — Простите великодушно, что отвлек вас от посещения сайта «Одноклассники».
— А, так это тебе покоя не дает, что я раз в неделю на пять минут захожу на «Одноклассники», чтобы перекинуться парой новостей с друзьями? Ну, теперь мне понятно, кто начал на форуме кампанию против меня! Видать, никак не простишь мне, что я зарубила твой мутный текст!
