Российские бизнесмены уже начали приобретать предприятия на Западе. И покупать они будут прибыльные предприятия с хорошей деловой репутацией, накопившие серьезный опыт и обладающие передовыми технологиями. Таким образом, как управленческий, так и профессиональный опыт может в будущем переместиться на Восток. Я легко могу себе представить, как средства массовой информации, руководители корпораций и различные общественные деятели будут участвовать в дискуссиях, в попытках остановить выкуп европейских активов российскими предпринимателями. Поначалу директора наших корпораций будут отвергать подобные предложения и, возможно, даже смотреть на них свысока. Но затем россияне предложат большую цену и, в конце концов, акционеры не смогут отказаться. Слабеющий рост мировой экономики и периоды ее спада будут только способствовать этому.
Запад неверно видит будущее России. Мы должны изменить наши взаимоотношения и научиться друг друга понимать и уважать.
Если вам кажется, что я предлагаю заискивать перед Россией, вы ошибаетесь. Делать этого категорически не следует, если хочешь добиться уважения и дружбы с россиянами.
Я всего лишь пытаюсь сказать, что Западу следует поторопиться и предпринять встречные шаги, направленные на улучшение отношений с Россией. Возможно, это поможет нам лучше понять нашего восточного соседа и открыть для себя новые возможности, которых мы до сих пор не замечали.
ПОИСК ПРЕЕМНИКА
Всю свою сознательную жизнь я учился планировать свое рабочее время, но в России с этой утопией пришлось окончательно расстаться. Отправляясь утром на работу, я никогда не мог сказать наверняка, что готовит мне грядущий день. Наверное, поэтому в России я совершенно разучился удивляться.
Иногда я казался себе героем какого-то фантастического романа, в котором время течет быстрее, чем обычно. Приезжаешь на работу утром в понедельник, потом смотришь на часы – а уже четверг. Здесь никогда не бывает скучно – ты просто летишь, подхваченный вихрем времени. Бывали моменты, когда я вдруг чувствовал себя выжатым как лимон и хотел только одного – как можно скорее уехать из Москвы. Но как только уезжал, я начинал рваться обратно – как можно скорее. Хотя я убеждал себя, что необходимости в этом нет, на душе все равно кошки скребли, и я не мог думать ни о чем другом, кроме скорейшего возвращения. Может, это зависимость?
Когда мне пришло время уходить, я передал управление ИКЕА в России тому, кому хотел и кому полностью доверял, – Перу Кауфману, с которым я познакомился в 1980-е годы, когда мы вместе работали в Бельгии. Потом он на время ушел из ИКЕА, чтобы получить дополнительное образование. Проработав еще несколько лет, он снова покинул компанию в поисках новых возможностей для карьерного роста. Но даже после его ухода мы поддерживали связь.
Поначалу Пер не особо заинтересовался, когда я стал осторожно выспрашивать у него, не хочет ли он сменить меня. Но мне неожиданно помог случай. Его старший сын Александр, который с детства учит русский (его мать – дочь эмигрантов из России), должен был ехать в Москву по университетской программе обмена студентами на целый учебный год. Саша приехал в Москву на несколько дней, чтобы осмотреться и решить какие-то административные вопросы перед началом учебного года, и отец, естественно, поехал вместе с ним. Москва неожиданно очень понравилась Перу. И, конечно же, он был приятно удивлен тем, чего добилась ИКЕА в России.
Я решил, что пришло время вновь поговорить с ним о переезде в Москву. На этот раз, хоть и не без помощи Ингвара, я уговорил его. И тогда я понял, что могу наконец вздохнуть с облегчением: я передавал дорогое мне дело в надежные руки. Я вернулся домой, в Швецию, но первое время регулярно приезжал в Москву, чтобы сгладить процесс смены руководства и постепенно передать Перу все дела.
Все сложности, с которыми нам довелось столкнуться в России, могли оказаться непреодолимыми, если бы мы не видели за ними новые возможности. Мы построили тринадцать гигантских торговых моллов в десяти городах, огромный дистрибуторский центр, оснащенный самыми современными технологиями, запустили три производственных комплекса и наняли более шести тысяч сотрудников – и все это меньше чем за десять лет. Где еще можно добиться таких впечатляющих результатов за столь короткий срок?
Надеюсь, среди моих европейских читателей будут такие, кто, прочитав эту книгу, хотя бы немного заинтересуется Россией. Расклад сил на мировой арене постоянно меняется, и в будущем нам предстоит гораздо теснее контактировать с нашим восточным соседом. Мы склонны принимать сложившиеся стереотипы о России за реальность. У нас есть устаревшая форма, с помощью которой мы пытаемся отлить образ России из бронзы, тогда как на самом деле он складывается из мозаики и постоянно меняется.
ЭПИЛОГ
Когда Маргарета Кампрад в очередной раз приезжала в Москву, мы отправились с ней на мюзикл. Это была Mamma Mia, по мотивам песен группы АВВА. Очень качественное шоу, российские артисты пели выше всяких похвал, и публика тепло их принимала – зал подпевал практически все время. Спектакль закончился, но люди стояли в проходах, аплодировали, пели и пританцовывали. И мы вместе с ними.
По дороге домой сияющая от счастья Маргарета поделилась с нами своими впечатлениями: «Только представьте, что несколько ребят из Швеции создали песни, так любимые во всем мире, – и благодаря им все знают и любят Швецию».
Да, Маргарета Кампрад такие шведы есть – и это замечательно.
ПРИЛОЖЕНИЕ
НЕСКОЛЬКО СЛОВ ОБ ИКЕА
КАК ВСЕ НАЧИНАЛОСЬ
Ко мне подходит девушка из отдела света в первом российском магазине ИКЕА. Она, как всегда улыбаясь, спрашивает: «Леннарт, можно я поздороваюсь с Ингваром?» Мы с ней подходим к Ингвару Кампраду, который в окружении команды менеджеров как раз совершает один из своих традиционных обходов магазина. Девушка, смущаясь, протягивает руку для рукопожатия, но Ингвар вдруг сгребает ее в охапку и заключает в объятия. Совершенно растерявшаяся сотрудница неожиданно выпаливает: «Ингвар Кампрад Эльмтарюд Агуннарюд». Ингвар покатывается со смеху.
Да, она выучила самые главные слова по-шведски. Ингвар Кампрад – так зовут основателя компании, он родился на хуторе Эльмтарюд в деревне Агуннарюд. Из первых букв этих слов складывается название ИКЕА.
Компания была основана в 1943 году тогда еще несовершеннолетним Ингваром Кампрадом, который начинал свой бизнес с продажи спичек и прочих мелочей в окрестных деревнях. Дела шли хорошо, ассортимент расширялся, шариковые ручки расходились как горячие пирожки, появилась возможность заказывать товары по каталогу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
