Эту цитату мы с тобой, мой памятливый читатель, встречаем уже второй раз. Я ее приводил по случаю при чтении записок ибн Фадлана для сравнения верований и обрядов фадлановских русов с константиновскими росами. Они действительно похожи. Ну и что? Максимум, что из чего следует, это возможная идентичность русов арабов с росами византийцев, в чем и так вряд ли кто сомневается. Важнее было бы извлечь какую-нибудь существенную информацию о самих росах, а это непросто. Жертвенная еда тривиальна, поскольку каждый жертвует часть пищи, которую ест сам. Неоправданно много уделялось внимания петушиному жребию как якобы характерному обычаю россов. На самом деле этот обычай был весьма распространен среди разных народов, в частности европейских. Наиболее ранние известные его проявления связаны, пожалуй, с кельтами. Возможно именно благодаря потомкам кельтов в своеобразной форме этот обычай дожил вплоть до наших дней в Соединенных Штатах, где каждый год в День Благодарения режутся и съедаются миллионы индеек, но одна-единственная отпускается живой и невредимой лично президентом.
Единственным не подлежащим сомнению выводом может быть лишь один: в середине X века росы Багрянородного были язычниками. Но этот вывод оборачивается еще одной, уже шестой загадкой императора. По более раннему свидетельству другого константинопольского иерарха, патриарха Фотия, русь была крещена еще в конце второй трети IX века, почти сразу после знаменитого нападения на Константинополь 860 года. Язычество руси Константина может мирно ужиться с христианством руси Фотия, пожалуй, только при одном единственном условии, а именно если речь в этих двух случаях идет о разной руси. Например, о «внутренней», черноморской, ближней к Византии и потому давно крещеной, и «внешней», днепровской, от Византии удаленной и потому все еще пребывающей в язычестве. Ну что ж, пожалуй, мы имеем еще одно доказательство, что вся Киевская Русь, как мы с тобой, мой проницательный читатель, догадались несколько раньше, — Русь «внешняя».
«Зимний же и суровый образ жизни тех самых росов таков. Когда наступит ноябрь месяц, тотчас их архонты выходят со всеми росами из Киава и отправляются в полюдия, что именуется „кружением“, а именно — в Славинии вервианов, другувитов, кривичей, севериев и прочих славян, которые являются пактиотами россов. Кормясь там в течение всей зимы, они снова, начиная с апреля, когда растает лед на реке Днепр, возвращаются в Киав. Потом так же, как было рассказано, взяв свои моноксилы, они оснащают их и отправляются в Романию».
А вот и второе место, где раскрываются некоторые подробности образа жизни россов и их взаимоотношений со славянами, выражаемых прижившимся в исторической науке термином полюдье. Этот термин на самом деле является глоссой, вошедшей в научный оборот именно из приведенной только что цитаты. Ах, да, тебе, мой читатель-дилетант, незнакомо слово глосса. Что ж, БСЭ по-прежнему под рукой: «Глосса (от греч. glossa — язык, наречие, диалектное слово или выражение) перевод или толкование непонятного слова или выражения преимущественно в древних памятниках письменности… Т. н. Мальбергова Г., состоящая из отдельных франкских слов и выражений, присоединённых к латинскому тексту Салической правды, является самым древним памятником германского языка, а Рейхенауские Г., присоединённые к латинской Библии, — первым памятником французского языка. С 17 в. Г. начинают изучать как ценный материал для языковедения…»
То есть, простыми словами, Константин пишет в тексте πολύδια как звуковое воспроизведение иностранного слова греческими буквами, поясняя его переводом γυρα — «кружение». Таким образом, византийский император первым донес до нас звучание древнего славянского слова и дал краткую характеристику существа полюдья. По Багрянородному, полюдье сводилось к «кормлению» россов в течение всей зимы в землях их пактиотов славян. Можно также догадываться, хотя прямо это не сказано, что кормлением как таковым дело не ограничивалось, иначе непонятно, откуда у росов по весне берутся товары, которые они везут торговать в Византию.
Более конкретно занятия росов в землях их пактиотов раскрывают арабские историки. Хотя они не используют термин полюдье, вряд ли стоит сомневаться, что именно его они имеют в виду, когда согласно пишут: «Всегда сто-двести из них [руси] ходят к славянам и насильно берут с них на свое содержание, пока там находятся» (Гардизи); «русь не имеет пашен, а питается лишь тем, что привозит из земли славян» (Ибн Русте); «страна руси граничит с землей славян, первые нападают на вторых, расхищают их добро и захватывают их в плен» (аль-Мукадасси). То есть, кормление кормлением, на зиму россы в спячку не впадали и зубы на полку не клали, но, отправляясь на полюдье, видать, брали с собой большие сани, которые по возвращении в Киав наверняка оказывались не пустыми. Возможно именно такие сани княгини Ольги, сломавшиеся от переизбытка награбленного и потому брошенные в дороге, удостоились упоминания в «Повести».
Однако полюдью мы с тобой, мой заинтересовавшийся читатель, посвятим отдельный раздел наших «Развлечений», перейти к которым настало самое время.
Для меня рыться в энциклопедиях всегда было хорошим развлечением. Поскольку читать Константина Багрянородного мы перестали, с твоего разрешения, мой уступчивый читатель, теперь мы будем читать энциклопедии, и все наши совместные развлечения будут начинаться с энциклопедических цитат.
РАЗВЛЕЧЕНИЯ
Развлечение днепровскими порогами
«Днепрогэс (им. В. И. Ленина) — гидроэлектростанция на р. Днепре, у г. Запорожья, ниже днепровских порогов. Построена по плану ГОЭЛРО. Установленная мощность ГЭС 650 мВт… Строительство Д. начато в 1927, первый агрегат пущен в мае 1932, торжественное открытие состоялось 10 октября 1932…. Напорный фронт общей длиной 1200 м образует Днепровское водохранилище…»
Вот так через тысячу лет после царствования Константина Львовича Багрянородного напорный фронт длиной в 1200 м, порожденный ударным фронтом первого плана развития народного хозяйства СССР длительностью в пять лет, похерил под водой знаменитые днепровские пороги, и теперь даже старики на берегах Славутича не вспомнят их названий. Страна Советов писала свою новую историю с чистого листа, высарав вместе с прошлым только что свергнутой русской монархии инсинуации византийского монарха, правившего аж тысячу лет назад. Но эти «инсинуации» вновь и вновь всплывают в бесконечном споре норманистов с антинорманистами в качестве неубиенного аргумента первых, от которого вторым оставалось только отмахиваться, стараясь сохранить хорошую мину.
— Джон, как ты относишься к театру?
— Давненько не бывал я в театрах. Помнится, как раз после завершения последнего дела Холмса смотрел «Пигмалион» Шоу108. Там два старых идиота учили родному английскому языку бестолковую девицу. Умора!
— Весьма актуально. А не обучили ли они ее заодно и языку росов?
— Право, не помню. Я как-то больше в буфете… Кстати, пиво-то еще есть?
Не могу не побаловать тебя, мой в отличие от Ватсона обожающий театр читатель, примером такой талантливой антинорманнистской отмашки в исполнении Н. Васильевой. В своей книге «Русь и варяги» она пишет: «…„Гиляндри и Варуфорос“. Именно так, по свидетельству Константина Багрянородного, интеллигентного византийского императора, написавшего трактат „Об управлении империей“, назывались днепровские пороги по-русски. Константин приводит двойную систему названий, „по-русски“ и „по-славянски“, из чего делали вывод (все те же Байер-Шлецер…), что русские названия — это скандинавские. Между тем название первого порога — „Не спи“ звучит на „обоих языках“ одинаково… Уж не напутал ли чего образованный византиец? Лучше бы этот император вместо теории занимался практикой управления империей, а то, говорят, был он отравлен собственным сыном по наущению невестки — красотки Феофано, дочери трактирщика…».
Кажется, это проняло даже нашего сдержанного англичанина:
— Но это же… форменные сплетни! Так спорить неспортивно!
Разумеется, неспортивно. Зато очень типично:
— Чего там? Гиляндри и Варуфорос? Дурацкие названия! Ах, да, была там какая-то неприличная, пардон, история с отравлением и трактирщицей…
— Что вы говорите? Любопытно, любопытно, шарман! А что, эта Феофано действительно была красоткой? И дочь трактирщика? Да отстаньте вы со своими порогами! Так, о чем это мы? Ну, да, как же они его отравили?
В итоге из семи названий порогов два только упомянуты и тут же забыты, а выдернуто третье, самое удобное, чтобы тут же увести разговор в совершенно другую плоскость, подальше от порогов (хотя, возможно, и поближе к интересам автора?).
