кратеров, в отличии от Луны) тускло отражал сияние исконной звезды и делал ночную мглу на несколько тонов светлее.
Дождь закончился, шуршащий стук капель затих, остались завывание ветра и отдалённое эхо стрёкота инопланетных цикад. В такой относительной тишине, стал слышен каждый маленький шажок, каждого маленького или не очень существа.
«Ему страшно…» — думало главенствующие сознание — «Будь я человеком на его месте, я бы тоже испугался. Сначала увидеть кучу огромных плотоядных насекомых. А потом увидеть, как они расползаются в разных направлениях и растворяются во мгле. Настоящий кошмар наяву… Что же, воспользуюсь его замешательством.»
Одна прислужница неожиданно взмыла в воздух и помчала вверх над недостройкой. В основном она привлекла внимание даже не зрительным силуэтом, а громким звуком. Гуманоид повёл себя так, как было нужно Фёдору. В панике он быстро натянул тетиву и спустил стрелу, почти в слепую. Естественно, и близко не попал, но на мгновение стал практически безоружен. Следующий снаряд для выстрела лежал на полу и до него требовалось ещё дотянуться. Мужчина начал наклоняться и тут-то всё и произошло.
Жучий спец-отряд ворвался в пределы помещения из окон, из-за стен и просто вошел по полу. На спину сгорбившегося реконструктора сразу упало два имитатора. Осы атаковавшие сверху выставили вперёд жала, намереваясь с разгону пробить слой одежды. Летуньи набросившиеся по бокам, нацелились клешнями на тощие верхние конечности, дабы порвать мышцы и лишить противника функциональности. Уже получая промеж рёбер впрыски яда, плотник выхватил из упавшего колчана стрелу и с размаху влепил ею по осе надвигающейся из окна слева. Остриё попало не точно и скользнуло по хитину, оставляя глубокий порез.
Следующим движением мужчина со всей дури ахнул спиной о стену позади. Осиные крылышки неприятно смялись, зажатые лапки получили урон. Глинотелы мгновенно расплющились, гася и распределяя ударную энергию. Рука со стрелой пошла на второй замах. Мыслительный центр предугадал куда она направится и заранее приказал разведчице на правом плече соскочить. Выпад гуманоида снова прошёл не очень точно. Тогда плотник развернулся и принялся биться о стену всеми сторонами своего тела по очереди. Надо признать, это ему помогло не умереть в течении следующей минуты. Осы были вынуждены слететь с изжаленного туловища.
А вот глинотелы к тому моменту все впятером очутились в прямом контакте с оппонентом. Используя упор в широкий пояс на талии два притворщика создали колоссальное давление на поясницу гуманоида. Дублённая кожа затрещала, металлическая пряжка вдавилась в живот, реконструктор издал стон. Кровоточащие шишки в местах впрыска оттопыривали рваную одежду. Одному притворщику брошенному осой удалось приземлиться на крайнее предплечье. Цепляясь, как в последний раз, чтобы не сорваться, он добрался до кисти и выхватил палец. Раздался хруст, одна из фаланг вывернулась в обратную сторону. За это насекомыш получил стрелу прямо в спину. Прежде, чем следующий удар остриём нанёс ещё больший ущерб, вновь атаковали осы, не давая мелкого братца в обиду.
Над платформой зависшей над лесным морем раздался яростный крик. Гуманоидное существо неистово сопротивлялось нападению стаи бесстрашных всеядных тварей. Но вот четвёртому глинотелу удалось добраться до последней свободной от воздействия кисти, которая как раз сжимала в кулаке стрелу. Её притворщик сдавил с такой силой, что древко переломилось надвоё прямо в пятерне. Облепленный осами мужчина, громко визжа, сиганул на пол и покатился колбаской. Но даже это получалось у него с трудом из-за жуков под поясницей и раздутых до размеров спелых дынь шишек. Судорожно отбиваясь, член бандитской группировки ползком добрался до края помоста, туда где лежал топор. Рукой, на которой всё ещё двигались только два пальца из четырёх, он, как смог, ухватился за топорище.
Разбойник-инженер всадил по глинотелу прицепившемуся к кулаку. В последний момент, притворщик скрутился и отпрыгнул. Гуманоиду помимо болючего удара по собственной плоти, таки удалось отсечь краешек мышечного отростка насекомого.
Прямоходящий боец перехватил топорище освободившейся ладонью. Фёдор понял, что далнейший план гуманоида заключается в поочередном кромсании всех жуков, до которых можно дотянуться. Пришло неутешительное осознание, что потребуется снова отступить, чтобы не понести серьезные потери. Как вдруг, резкий порыв ветра налетел на лесную недостройку, почти срывая ос со спины распластавшегося мужчины. Это погодное явление принесло с собой не только заряд холодной свежести, но и хитрую идею в мозг королевы. Глинотелы все разом спрыгнули с измученного тела на платформу. Вместо укусов клешнями и уколов жалами, летуньи схватили реконструктора за штанины и рукава. Поднять его, пока он сопротивлялся они не могли, но это и не требовалось. Вчетвером разведчицы потянули свою жертву к краю. Измотанный сопротивлением плотник легко заскользил по мокрым доскам.
Тогда понимание намерений насекомых проникло и в голову строителя. Когда его ноги уже свесились над чёрной пропастью, мужчина отчаянно всадил топор в половицу. Держась за гладкую рукоять — последнее, что не давало ему соскользнуть вниз — разбойник вновь завопил во всё горло. Четыре биомотора жужжали над ним в унисон, генерируя воздушное давление и утягивая прочь.
Пятая оса присела напротив лысой головы с лицом искаженным гримасой ужаса. Мощные острые мандибулы сомкнулись на и без того раненной кисти, ломая кости и разрывая суставы. Щуп гуманоида утратил способность держаться и закономерно сорвался с топорища.
Глинотелы спокойно наблюдали за происходящим со стороны. Пряжка пояса шаркнула по дереву, ногти уцелевших пальцев прочертили неглубокие царапины, израненный торс в рваной рубахе шмыгнул с помоста в тёмную пустоту, а промеж распахнутых челюстей вырвались полные мучительной ненависти проклятия. Звуки хриплого затихающего вопля оборвались треском веток и гулким хлопком.
Не прошло и секунды с момента окончания битвы, а прагматичные жуки поползли осматривать строительный участок на предмет полезных для Роя вещиц.
Глава 56
Шепот и рык
Среди вещей плотника в палатке на высокой платформе жуки нашли какой-то камушек на верёвке, деревянную дощечку с мерной шкалой общей длинной чуть меньше метра, кусок угля заточенный в продолговатую форму, деревянный футляр с сушёной травой, скорее всего, курительной, примитивную продолговатую трубку с остатками сажи, набор промасленных фитилей, видимо, для более комфортного раскуривания, свёрток с жареным мясом, три яблока, бурдюк с кипяченой водой и деревянную флягу наполненную неимоверно кислым сидром. Всё съестное насекомые благополучно сожрали. Самое вкусное досталось раненным, в качестве премии за самоотверженность.
Осы с мелкашным десантом полетели вниз, наесться мяса скинутого гуманоида. Обглодать с трупа самые вкусные и питательные части представлялось более выгодным занятием, чем несколько часов давиться мокрыми листьями.
На крики собрата так и не явился ни один коллега по воровскому делу. Возможно они просто не услышали его вопли. Хотя эхо по округе разлетелось знатное.
Перекусив сочной плотью, насекомые начали разлетаться на важные наблюдательные посты. Две пары сели напротив землянки перед ручьём. Ещё две пары, около трёх помостов с домиками на деревьях. Одна пара разместилась напротив тайной пещеры. А тем, временем взгляд одного из глинотелов вновь заметил движение в клетке на «туалетной» платформе. Коллективный разум вспомнил об измождённом старике, запертом в плену у бандитов.
Исходя из мысли, что чем больше он напакостит отморозкам, тем лучше, Фёдор придумал, как ещё нанести ущерб вражеской группировке. Оса наблюдательница оставила своего притворщика на ветке, а сама полетела к опустевшей платформе на секвойе. Там она прихватила рабочую пилу, которой раньше пользовался ныне покойный строитель. С этим инструментом летунья вернулась к агломерации древесных жилищ и приземлилась на помост с клетками. Несмотря на темноту было заметно, что появление слуги Роя снова вызвало панику у старика. Он выровнялся и прижался спиной к стене, хоть пока и не кричал.
Прислужница медленно подползла к конструкции из брёвен и толстых канатов. Она просунула пилу через решётку, вслушиваясь в участившиеся дыхание тёмного силуэта. Оставив инструмент в распоряжении заточённого гуманоида, разведчица отлетела на ближайшее дерево, с которого открывался вид на все три платформы.
Минуты через три от клетки начали долетать тихие пилящие звуки. В то же время, в домике напротив раздавались бурные возгласы спорящих бандитов. Оборванцы ещё не спали. Они зажгли свет в обоих
