против невестки своей, и невестка против свекрови своей (Лк. 12:51–53).
К этому совсем не лишним будет добавить слова Иисуса из Евангелия от Фомы:
Иисус сказал: Может быть, люди думают, что я пришел бросить мир (эйрене) в мир (космос), и они не знают, что я пришел бросить на землю разделения: огонь, меч, войну. Ибо пятеро будут в доме: трое будут против двоих и двое против троих. Отец против сына и сын против отца; и они будут стоять как единственные (монахос, правильнее по смыслу «единые», — Г.Б.) (Фома 17/16, перевод М.К.Трофимовой).
К Евангелию от Фомы мы обратимся позже, а сейчас посмотрим, что означают эти слова Христа. Но ведь тут и думать особенно нечего, все предельно ясно. Но для того, чтобы читатель все правильно понял, постараемся придать его мыслям нужное направление. Все евангельские речи Христа, за исключением непосредственного разговора с женщиной, обращены исключительно к мужчине. И слово «человек» в его речах — это только мужчина, но не женщина. Возможно, по той причине, что греческое хо антʰропос — это существительное мужского рода.
Помните его слова? — «Из-за этого оставит человек отца и мать и будет приклеен (именно так, а не «приклеится» сам, что противоречит грамматике греческого языка. Кем же он «будет приклеен»? — Богом Элохимом, — Г.Б.) к женщине своей и будут двое в плоть одну. Так что уже не есть двое, но плоть одна. Итак, что Бог вместе запряг, человек пусть не разделяет (букв. «не ставит отдельно») (Мф. 19:5,6). Здесь «человек» — это мужчина, хо антʰропос. И пусть читатель припомнит себе то «иго/ярмо», которое Иисус предлагает этому человеку «взять на себя». В приведенном отрывке из Матфея мы видим то же самое греческое слово — «запряг». И слова «будет приклеен» вовсе не означают, что этот человек теперь станет ходить по улицам города со своей женой слипшись воедино, как «сиамские близнецы», а то, что будут склеены воедино их духовные тела ка.
Иисус — это первый проповедник земли, который поднял статус женщины на ту высоту, которая никогда прежде не была ей предложена, а значит, достижима. Именно по этой причине его сопровождали многие женщины, а какая-то часть из них принадлежала к его любимым ученикам. Это отношение и конкретные примеры по-прежнему можно увидеть в Евангелиях от Фомы и Филиппа, но искать их в канонических Евангелиях было бы бессмысленно, потому что официальная Церковь с самого своего рождения выбрала приоритетом жизнь монаха, а следовательно, все «смущающие» места были из Евангелий удалены. В том, что Евангелия и послания Павла были отредактированы Церковью, документально свидетельствует дело Маркиона в Риме. Следует также иметь в виду, что Евангелия писали мужчины, а в то время статус женщины в обществе был незавидным.
В патриархальном иудейском обществе в семье существовала жесткая иерархия. Отец мужа — главный, ему беспрекословно подчиняется сын. Мать — всегда вместе с отцом, и никогда ему не противоречит. Невестка сына — «никто и звать ее никак». Она подчиняется не только отцу сына, но и свекрови, и своей матери. То есть молодые полностью лишены всяких прав в этой патриархальной семье и не могут иметь своей собственной воли. Ведь сын, как правило, зависел от отца и в материальном отношении.
И как, при таких условиях, «слепить» в единого человека мужа и жену? И ведь такое «слепление» должно происходить и налаживаться именно в начальный период жизни молодых, когда все ярко и впервые. И кто из нас не знаком с такими случаями, даже сегодня, когда свекровь откровенно разрушает молодую семью, если ей не понравилась невестка и если все они живут в одном доме? А что делать в этом случае сыну? Он, как мячик или теннисный шарик, прыгает от одной любимой женщины к другой, стараясь их примирить. Но часто бывает так, что женщина-мать оказывается слепой, и всеми силами старается оставить сына «при себе», чтобы он слушался именно ее, а свои дела и просьбы жены исполнял в последнюю очередь. И отец сына, если он не мудр, чаще всего встает на сторону матери.
А невестка, молодая женщина, — ей тоже хочется быть хозяйкой в своей семье, и она по-своему права, но еще, как правило, наивна и неопытна. И это — довольно обычная картина, поэтому молодым необходимо делать все для того, чтобы жить отдельно от родителей. Очень редко бывает так, чтобы мать, уже взрослая женщина, проявляла бы мудрость и сглаживала невестины «выкрутасы», стараясь уступить и все вопросы решить миром и любовью. Ей следует урезонить свою ревность и отдать своего любимого сына его молодой жене. И понять, что сейчас — именно жена, а не она для него «свет в окошке». В Советском Союзе была хорошая поучительная песенка на эту тему, с правильным поведением матери:
Помнишь, мама моя, как девчонку чужую
Я привел к тебе в дочки, тебя не спросив,
Строго глянула ты на жену молодую,
И заплакала вдруг, нас поздравить забыв…
Сегодня таких песен уже нет. Вот об этом и говорит Иисус: двое — это молодые, а трое, которые против них, — это мать и отец сына и мать невестки. Разве не были они самыми близкими и родными людьми для молодых до образования новой семьи? Разве не обливается кровью сердце сына, когда он видит свирепую или потайную подлую вражду между двумя любимыми существами? Иисус именно ему говорит: возьми меч и разруби свою прежнюю связь с родителями, если они сеют вражду между тобой и твоей женой. У тебя единственный выбор, если ты хочешь жить в соответствии с повелениями Бога (Элохима, а не Яхве, заметь, читатель!), — остаться со своей женой и именно ее поддерживать. Объясняя ей отдельно, в чем она не права, если это действительно так.
А далее следует очень знаковое продолжение: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня…». Перечисляются все наиболее близкие и любимые для человека люди. Но при этом среди них всех нет еще одного любимого человека — нет жены. Почему? Неужели упустил из виду? Какая глупость! Из этого высказывания однозначно следует, что молодому мужу можно любить жену больше Иисуса Христа и при этом остаться «достойным Его».
Почему так? Иисус обращает речь к молодой аудитории. Он прекрасно знает, по собственному опыту, что такое молодая жена для мужа. Ведь фактически, это не просто любовь, — это та самая агапа, которую человек испытывает к Богу. На этом семейном опыте муж учится той же самой агапе, которую он,
