Накануне войны Лебёф заверял: «Мы готовы, вполне готовы, у нас в армии все в порядке, вплоть до последней пуговицы на гетрах у последнего солдата»[98]. Действительность опровергла его опрометчивое заявление. К началу войны действующая армия не превышала 300 тыс. солдат и офицеров. Помимо действующих (постоянных) войск в составе сухопутных сил имелся резерв. В него входила Мобильная гвардия, которая комплектовалась отслужившими в регулярной армии резервистами и с началом войны предназначалась для обороны крепостей, несения караульной службы и поддержания порядка в крупных городах. Третьей составляющей армии являлась с теми же функциями Национальная гвардия. В ней 5-летний срок службы проходили все военнообязанные, освобожденные по разным причинам от службы в постоянной армии и резерве. В случае войны «мобили» и национальные гвардейцы не представляли существенной силы, поскольку их обучение ограничивалось 15 днями в году. Армия имела на вооружении лучшие на то время ружья системы Шаспо и митральезы — прообраз пулемета[99]. Однако артиллерия устарела, пушки заряжались с дульной части. Французский генеральный штаб не справился с планированием развертывания и боевых операций армии. Солдаты и офицеры были недостаточно обучены. Снабжение войск было плохим. Командование всех уровней плохо представляло реальную обстановку и намерения противника. К тому же Наполеон III принял командование на себя, хотя не имел для этого необходимых данных.
Несравненно лучше подготовились к войне германские государства. Объединенная немецкая армия насчитывала 1 млн солдат и офицеров против 300 тыс., которыми располагала Франция. Было обеспечено централизованное руководство войсками. Главнокомандующим номинально считался король Вильгельм, но фактически командовал генерал-фельдмаршал Г. фон Молыпке. Военный министр генерал-фельдмаршал А. фон Роон ведал подвозом провианта и боеприпасов. Комплектование на основе всеобщей воинской повинности повышало боеспособность частей. Высокой эффективностью отличалась разведка. Немецкие стальные пушки Альфреда Крупна, впервые примененные в боевых действиях, имели вдвое большую, чем бронзовые французские орудия, дальнобойность и не имели равных по меткости, кучности стрельбы и скорострельности. Особенностью стратегии Мольтке было быстрое сосредоточение больших армий на поле сражения благодаря максимальному использованию железных дорог.
Вследствие всех этих обстоятельств немцы диктовали условия борьбы. В ряде сражений, состоявшихся на протяжении 14–18 августа 1870 г., они разгромили французскую Рейнскую армию. Затем 170 тыс. солдат из ее состава по вине командующего маршала Ашиля Франсуа Базена оказались блокированными в крепости Мец. Шалонская армия, при которой находился император Наполеон III, вследствие бездарного командования маршала Мак-Магона[100] была отброшена к г. Седану. Здесь, зажатая в узком пространстве между рекой Маас и бельгийской границей, она 1 сентября вступила в бой, а уже на следующий день, не выдержав ураганного артиллерийского обстрела, по приказу Наполеона III сложила оружие. 3 тыс. убитых, 14 тыс. раненых, 83 тыс. пленных, включая самого императора[101], – такими оказались масштабы военной катастрофы, постигшей Вторую империю.
Революция 4 сентября 1870 г. и установление Третьей республики
Лишенная поддержки армии, империя тотчас рухнула. Интернирование императора и побег сразу после этого императрицы Евгении в Англию создали вакуум власти. 4 сентября толпы парижан захватили резиденцию Законодательного корпуса, но политическую инициативу перехватили буржуазные республиканцы. В городской ратуше Жюль Фавр провозгласил республику. К вечеру 4 сентября было сформировано «правительство национальной обороны». Его возглавил губернатор Парижа генерал Луи Трошю, пост министра иностранных дел получил Фавр, внутренних дел – Леон Гамбетта. Полномочия правительство должно было сохранять до избрания Учредительного собрания. После того как с 19 сентября 1870 г. немецкие войска установили блокаду Парижа, реальная власть кабинета распространялась только на территорию города, а управление провинцией осуществляла правительственная делегация с местопребыванием сначала в Туре, а затем в Бордо. 9 октября Турскую делегацию возглавил Гамбетта, перелетевший линию фронта на воздушном шаре.
Созданное в условиях продолжавшейся войны, правительство генерала Трошю взяло обязательство действовать под знаменем «национальной обороны», что отразилось в его названии. Чтобы компенсировать потерю кадровых армий и продолжить борьбу, правительство прежде всего поставило под ружье новобранцев. Гамбетта и его помощник Шарль де Фрейсине быстро создали новую Луарскую армию. Она насчитывала 238 артиллерийских батарей и 600 тыс. солдат и офицеров. 16-тысячную Вогезскую армию собрал Джузеппе Гарибальди. В самом осажденном Париже гарнизон составляли более полумиллиона вооруженных бойцов, в том числе 14 тыс. моряков, армейские полки, 90 батальонов мобилей, батальоны Национальной гвардии, 60 из которых правительство организовало после 4 сентября. Наконец, в Меце располагалась армия Базена.
Внешне Франция все еще располагала достаточными ресурсами для продолжения войны, но поспешно созданные формирования не могли заменить кадровую армию. Французский историк А. Шюке замечает в связи с этим: «И разве могли устоять против сметливого, ловкого в передвижениях, самоуверенного и выносливого врага, воодушевленного своими успехами, эти маршевые полки, эти батальоны мобилей, эти ополченцы – все новые, необученные, недисциплинированные войска, порывисто-отважные, но неспособные долго терпеть усталость, стойко переносить лишения и упорно добиваться решительных результатов, обескураженные, подавленные, недоверчивые и, вопреки ожиданию, не привыкшие к войне, хотя и воевавшие беспрерывно?» В объяснение плохой профессиональной выучки и низких морально-волевых качеств новых французских частей Шюке приводит мнение Бисмарка: «Как бы ни был велик патриотизм нации, она не в силах разом создавать армии, и если бы можно было, дав гражданину в руки ружье, превратить его тем самым в солдата, глупо было бы тратить наибольшую часть народного богатства на содержание постоянных армий»[102]. Нелестно характеризует Шюке боевые качества парижского гарнизона. По его оценке, лишь четвертая часть маршевых полков была до некоторой части обучена. Мобили были недисциплинированны, две трети батальонов Национальной гвардии не имели ни малейшей привычки к службе и ни малейшего желания сражаться [103].
К этому следует добавить, что первоначальные мотивы, побуждавшие воевать, исчезли: с падением империи сама собой отпала задача укрепления ее престижа, оказались неосуществимыми планы присоединения новых прирейнских территорий и предотвращения окончательного объединения Германии. Многие высшие руководители Франции потеряли веру в возможность закончить войну победой. Генерал Трошю, которого Наполеон III называл самым талантливым из своих генералов, не верил в успех, считал оборону героическим безумием, сопротивлялся лишь во имя чести и долга. Маршал Базен, не признавший Третью республику, и вообще совершил акт государственной измены: 27 октября 1870 г. капитулировал, сдав немцам крепость Мец с огромными боевыми запасами и всю свою 200-тысячную армию. Еще до этих событий, 28 сентября 1870 г., после шести недель обороны сдалась крепость Страсбург. За Страсбургом и Мецем пало большинство остальных крепостей. Некоторые почти не сопротивлялись – они не располагали для защиты достаточными укреплениями, а гарнизоны были лишены моральной стойкости. Другие сложили оружие, исчерпав все возможности устоять. Верден первый приступ отбил 23 августа и капитулировал лишь 8 ноября, когда на окружающих холмах немцы развернули более сотни артиллерийских орудий. Фальсбург, атакованный 10 августа, сдался 12 декабря, после того как не стало хлеба и треть города была разрушена артиллерийским огнем. И лишь одна только крепость Бельфор, выдержав 73-дневную бомбардировку, продержалась до перемирия.
При названных объективных и субъективных обстоятельствах предпосылок к успеху не было. Луарская армия под командованием д’Орелля де Паладина 9 ноября 1870 г. выиграла сражение при Кульмье, овладела Орлеаном и начала продвигаться к Парижу с целью его деблокировать, но вскоре в ряде сражений потерпела поражение и вновь оставила Орлеан. Из остатков Луарской армии создали две новые: Вторую луарскую и Восточную, однако и их преследовали неудачи. Командующий Второй луарской армией генерал Антуан Шанзи, не терявший надежды освободить Париж от блокады, 6—15 января 1871 г. был разбит в ожесточенном сражении при Мансе. Восточная армия генерала Шарля Бурбаки, проиграв ряд боев, укрылась на территории Швейцарии, где и была интернирована. Оказались безуспешными предпринятые Трошю попытки бросить на прорыв часть сил парижского гарнизона, которым предписывалось соединиться с Луарской армией, а затем совместно разблокировать Париж.
