Воздушное прикрытие с воздуха 4-й танковой группы вермахта обеспечивала 51-я истребительная эскадра люфтваффе, и несколько ее эскадрилий срочно перебазировались на захваченный полевой аэродром около Юхнова. Однако немецкие самолеты на земле быстро обнаружили летчики 120-го ИАП, и на рассвете следующего дня 1-я эскадрилья полка во главе с командиром полка майором А.С. Писанко нанесла неожиданный удар по немецкому аэродрому. Пара «мессершмиттов» была уничтожена прямо на взлете, а затем ставшие в круг советские истребители принялись методично расстреливать самолеты на стоянках. Потери в этом налете составили две «чайки», сбитые зенитным огнем. Следом за 120-м ИАП штурмовку этого аэродрома предпринял 562-й ИАП 6-го авиакорпуса, пилоты которого уже при подлете к цели отметили 15 горящих на земле немецких истребителей. Всего, по советским данным, на вражеских аэродромах в районе Юхнова, Глагольни и Медыни были выведены из строя 102 самолета люфтваффе, что позволило на неделю захватить локальное воздушное господство на этом направлении.
На Брянском фронте очень удачным оказался налет 7 октября на аэродром в Орле, где немцы сосредоточили большое количество бомбардировщиков. Причем из-за плохой погоды предварительная воздушная разведка аэродрома не производилась, и в этом был своеобразный плюс, поскольку немецкая система ПВО не была вовремя приведена в боевую готовность. Удар наносился силами всего 6 Ил-2, оставшихся в исправном состоянии в 74-м ШАП, и 12 истребителей МиГ-3, представлявших собой всю боевую технику 42-го ИАП. В воспоминаниях Г.В. Зимина этот налет описан следующим образом:
«Видимость плохая. Земля просматривается только под собой. По мере приближения к Орлу погода улучшается. На подходе к орловскому аэродрому высота облачности около 500 метров, видим — до четырех километров. На душе стало спокойней: выйдем точно на цель. Вот, наконец аэродром. Смотрю и глазам не верю: самолеты в три ряда по кругу! Стоят — крыло в крыло. В большинстве бомбардировщики. Нас не ждут, все спокойно, выстроились как на параде… В северной части аэродрома вижу 20–25 истребителей. Всего более 200 самолетов. Четыре Bf 109 начинают взлет. Поздновато! Звеном немедленно атакуем их, и я сбиваю ведущего. Легчаков поджег еще одного. Звено Морозова атакует следом за нами и вгоняет в землю двух остальных. Больше желающих взлететь, кажется, не видно.
Легким покачиванием с крыла на крыло подаю сигнал «внимание» и начинаю пикировать на северо-западную часть аэродрома, где стоят бомбардировщики. Штурмовики перестраиваются в растянутый правый пеленг, становятся в левый круг. На первом заходе каждый с индивидуальным прицеливанием сбрасывает бомбы, на втором заходе «илы» пускают «эрэсы», после чего методично начинают уничтожать самолеты пушечным огнем. Открывают огонь точки МЗА, но мы быстро их подавляем.
Штурмовики делают заход за заходом. Я осматриваюсь и вижу, что с юга к аэродрому подходит колонна транспортных самолетов Ju 52. Насчитываю пять штук. «Юнкерсы» уже находятся на высоте, не превышающей 200 метров. Явно заходят на посадку.
Даю команду своим летчикам, и мы атакуем эту группу с предельно малых дистанций. Каждый летчик звена выбирает себе «своего», и каждый из нас сбивает по одному самолету. Еще два Ju 52 поражают огнем летчики звена Морозова.
Штурмовики образовали левый круг над аэродромом на высоте метров 150–200. Каждый летчик Ил-2 сам выбирает себе цель. Звено Морозова — тоже в левом развороте — ходит по кругу над штурмовиками метров на 100–150 выше. Мое звено под самой кромкой облаков — метров 500 — в правом кругу: мы ходим над аэродромом в обратном направлении и хорошо просматриваем весь боевой порядок. Картина на аэродроме — впечатляющая. Горят и взрываются самолеты, огонь полыхает повсюду. Никогда не думал, что такими небольшими силами можно так эффективно поработать. Начинает мешать черный дым: он обволакивает аэродром со всех сторон».
По данным советской разведки, в результате налета на орловский аэродром были уничтожены и повреждены на земле 70 самолетов люфтваффе и подтверждены все девять немецких машин, сбитых в воздухе. Такой успех воодушевил советское командование, которое вопреки здравому смыслу приказало произвести повторный налет на аэродром. Но на этот раз немцы были готовы к отражению атаки. В завязавшемся воздушном бою на подходе к аэродрому штурмовики были рассеяны, а из числа истребителей три самолета получили тяжелые повреждения и совершили вынужденные посадки.
К 10 октября усилилась авиация Западного фронта, в состав которой включили 1, 34 и 459-й бомбардировочные авиаполки (по 20 самолетов СБ) и 39-ю эскадрилью (14 ТБ-3), заимствованные из ВВС Среднеазиатского военного округа. Для поддержки наземных войск на можайском направлении из авиационных частей Московского военного округа была создана особая группа под командованием полковника НА. Сбытова. В нее вошли 41, 120, 172-й истребительные авиаполки, 65-й и 502-й ШАП, 173-й СБАП и отдельная эскадрилья У-2. За восемь дней экипажи группы выполнили 508 самолето-вылетов на штурмовку наземных целей, а также разбомбили переправы у Калуги, задержав продвижение фантастов на Калугу и Медынь. Потери они несли в основном от зенитного огня, но и эти потери были немалые. Например, только 120-й ИАП лишился в течение недели 8 самолетов.
10 октября выпал первый снег, который вскоре растаял, а затем начался период дождей, значительно снизивший активность авиации обеих сторон. Особенно это касалось люфтваффе, поскольку немецкие летчики были плохо подготовлены к боевым действиям в таких условиях. Грунтовые аэродромы развезло, и взлет с них стал представлять проблему, в первую очередь для истребителей Bf 109, имеющих узкую колею шасси. Хотя немцы постоянно укрепляли и расчищали взлетно-посадочные полосы аэродромов, количество самолето-вылетов JG 51 резко упало и в середине октября составляло лишь около 50 в день. В некоторые дни самолеты вообще не летали из-за плохой погоды, и все это неизбежно сказывалось на темпах немецкого наступления. Тем не менее 14 октября фашисты захватили Калинин, а на центральном направлении рвались к Волоколамску.
Для уничтожения переправ через реку Волга в районе Калинина 15 октября впервые использовались бомбардировщики ТБ-3, переоборудованные в самолеты-снаряды. Они управлялись по радио с помощью системы ТМС (телемеханического самолета), включающей в себя радиоприемники, размещенные в пилотских кабинах ТБ-3 и сблокированные с системой рулевого управления. Все остальное оборудование тяжелых самолетов было демонтировано, чтобы максимально заполнить свободное пространство взрывчаткой. Радиопередатчики устанавливались на ведущих СБ и Ил-4 и позволяли управлять летающими бомбами с расстояния от 50 м до 30 км. Обычно самолеты сопровождения располагались впереди или сзади ТБ-3 с небольшим превышением и на дистанции 150–200 м. Первая попытка применения радиоуправляемых ТБ-3 оказалась удачной, и поэтому через несколько дней подобный воздушный налет был произведен на немецкий склад боеприпасов, расположенный между Вязьмой и Ярцевым. На этот раз точного попадания в цель достигнуть не удалось из-за облачности и плохой видимости.
17 октября для защиты Москвы с северо-запада из войск правого крыла Западного фронта (22, 29, 30 и 31-й армий) был образован Калининский фронт под командованием И.С. Конева. Он угрожал флангу немецкой группы армий «Центр», в результате чего гитлеровское руководство вынуждено было развернуть против него значительные силы, ослабив тем самым наступавшую на столицу основную группировку. ВВС Калининского фронта возглавил генерал-майор Н.К. Трифонов, в распоряжение которого передали 10-й ИАП (17 истребителей МиГ-3), 193-й ИАП (19 ЛаГГ-3) и 132-й ББАП (13 бомбардировщиков Пе-2). К боевым действиям вышеперечисленные полки приступили 27 октября, оттянув на себя около сотни самолетов люфтваффе.
В середине октября немцам удалось, наконец, разгромить окруженные под Вязьмой советские войска, и для наступления на Москву высвободились целых 28 дивизий — главные силы группы армий «Центр». 18 октября после четырехдневных ожесточенных боев пал Можайск, а 23 октября фашисты возобновили наступление на волоколамском направлении. Воспользовавшись временным улучшением погоды, самолеты 2-го воздушного флота люфтваффе почти постоянно находились над полем боя. Прорвав фронт на участке 16-й армии, немецкие войска 27 октября захватили Волоколамск, а в полосе Брянского фронта танки Гудериана 29 октября вышли к Туле. Однако попытка с ходу взять Тулу провалилась, и последующий штурм города также не увенчался успехом. Выигранное ценой больших потерь время позволило советскому командованию организовать эффективную оборону на подступах к Москве, а изрядно поредевшие соединения вермахта и люфтваффе, требование отдыха и пополнения, быстро теряли свой наступательный потенциал.
