Пистолет – другое дело. И использовать не грех, и достать нетрудно. Любой милиционер отдаст, только в глаза ему загляни и дар Ящера подключи. Электрошокер тоже может оказаться полезным, если вдруг у Чужих какой-нибудь аналог пуленепробиваемого жилета имеется. Или магическая защита, не пропускающая пуль.
Никита вздохнул. Слишком много в уравнении "охота на Чужого" неизвестных. Непонятно, возьмет ли пуля гуманоида, какой яд для него опасен, подействует ли удар током, возможно ли его оглушить. Есть ли у него броня, где уязвимые точки, насколько он силен и ловок. Почти ничего неизвестно. Селин не знает даже, принадлежат ли две виденные им тени к одному виду или это абсолютно разные существа. И сколько их. И еще… много чего.
Не "охота", а прыжок в неведомое.
При таких раскладах все сгодится: нож, пистолет, наручники, веревка, шокер, лопата, отравляющие вещества и старый добрый кулак. И сложного ничего не придумать, алгоритм действий примитивен: выследить, напасть, попробовать обезвредить, то бишь обездвижить. Если Никита почувствует, что обезвредить "балахона" не сумеет, то попытаться убить. Ежели и убить не удастся, то сбежать. В том, что уж сбежать-то у него получится, Селин не сомневался. А детали плана можно обдумать, как говорится, по ходу пьесы.
Никита поймал себя на том, что размышляет об отлове Чужого, словно о деле решенном, хотя узнал о существовании пятипалых гуманоидов считанные часы назад. И ни метаний, ни терзаний, что для него в принципе не характерно. Как правило, чтобы на что-то решиться Селин часами, днями или даже неделями мог изводить себя размышлениями и сомнениями, а тут ему хватило считанных минут. То ли изменившийся после пещерной галлюцинации характер виноват, то ли симпатичная брюнетка Виктория. Наверное, все же Виктория…
Какая девушка!
И почему-то, думается, что такая девушка не может играть на стороне злодеев, значит она за хороших парней. Или относительно хороших, немного подправил вывод Селина-романтика Селин-циник.
* * *
На подготовку к "охоте" ушло три дня. Все на свете предусмотреть было невозможно, но Никита затарился по максимуму. Обошел оружейные магазины, где приобрел элетрошокер, травматический пистолет и пару газовых баллончиков. Не преминул посетить химическую лабораторию при фармацевтической фабрике, в которой разжился концентрированной серной кислотой и "царской водкой" – авось пригодятся. И отобрал у двух милиционеров служебные пистолеты и наручники. Хотя, отобрал – слишком громко сказано. Это у ребенка конфету отнимают, а милиционеры оружие и спецсредства сами отдали. Почти добровольно. Селин просто подошел и поспросил ласковым голосом, заглядывая в глаза. Против гипнотического дара Никиты сотрудники милиции оказались бессильны. Так же как работники фармацевтической фабрики вкупе с продавцами оружейных магазинов. Против лома нет приема.
Судя по ощущениям, способности Селина в области гипноза существенно возросли. Теперь он мог внушить что угодно кому угодно и не бояться разоблачения. И сила воздействия с каждым разом увеличивалась. По крайней мере, заставив милиционеров отдать оружие и "убедив" их, что пистолеты и наручники они потеряли, Никита хребтом (или чем пониже) почувствовал – ни один гипнотизер не сумеет снять внушение. До конца жизни бедные милиционеры будут "помнить" внушенную им картинку.
"Пестровидение" тоже развивалось не по дням, а по часам. Ныне Никита легко переключался с обычного зрения на "пестровидение" и даже стал разбираться в том, что обозначает тот или иной цветной завиток в ауре (энергетической оболочке или как ее еще обозвать) человека. Или не совсем человека. Или совсем не человека. Месяц-другой такими темпами, и Никита не только читать ауры сподобится, но и сумеет воздействовать на них, меняя цвет и конфигурацию завитков. Ауры (Селин все же решил назвать это привычно и незамысловато) людей. В отношении магов и прочих гуманоидов имелись серьезные сомнения в обоснованности смелого предположения. Как менять ауру ашера, если она у него периодически "вспыхивает". У Никиты до сих пор в глазах рябит при одном воспоминании о полыхнувшем пестром облачке вокруг фигуры славной девушки Виктории за мгновение до того, как Селина обуяло странное желание нагнуться и поднять с земли некую вещицу. А про товарищей в балахонах и говорить нечего; у них и ауры нет. За всех гуманоидов Никита бы не поручился, но единственный до сегодняшнего дня виденный – пусть будет сказано громко – представитель отряда черноглазых и пятипалых, аурой не обладал. Если не считать за таковую пульсирующее вокруг него пятно, не имеющее постоянного объема. Подобное безобразие не то, что менять, "прочитать" невозможно. А вот с homo Sapiens должно получиться. Со временем. И сверхинтуиция не возражает.
Вот это будет действительно дар. Вернее – ДАР. Способность на грани всемогущества. Однако об этом пока оставалось лишь мечтать. Ведь ашеры пугали непонятностью аур, а второй встреченный (или тот же самый – кто их разберет) гуманоид даже в "пестром" спектре колыхался мутным размазанным пятном. И никакой арсенал не помогал. Почти не помогал. Все-таки ранее приобретенные средства прослушки и просмотра существенно облегчали слежку. А вот пистолеты, наручники, пузырьки с кислотой и прочий инструментарий пока пылились без дела. Пока…
Ашеры обнаружились на удивление легко. Второй носок в комоде в пару к первому найти, право слово, гораздо сложнее. Никита тупо и примитивно тормознул первый же попавшийся экипаж ДПС, сунул под нос лейтенанту сложенную вдвое визитку магазина детской одежды, которую ему накануне подсунули уличные распространители, и вежливо "попросил" пробить по базам государственные номера нескольких автомобилей. Попутно, по сложившейся с недавних пор традиции, аккуратно надавив на психику гаишников. Спустя пятнадцать минут доблестные рыцари жезла и протокола были отпущены восвояси, а у Селина в нагрудном кармане рубашки появилась бумажка с фамилией и адресом проживания владельца искомых транспортных средств. Хозяином обоих автомобилей оказался некий гражданин Оспешинский Виктор Евгеньевич, одна тысяча девятьсот семьдесят пятого года рождения, проживающий по адресу: ул. Судостроителей, дом девятнадцать, квартира двадцать восемь. Селину хотелось надеяться, что означенный гражданин не окажется подставным лицом, а-ля Вася Пупкин, который используется втемную, и ни сном, ни духом не осведомлен о разнообразных магических делах.
Надежды оправдались. Владелец машин к категории "Вася Пупкин" относиться не мог, поскольку в нем Селин опознал того самого лохматого очкарика, который суетился вместе с остальными ашерами возле дома Кацмана. Вернее, не опознал, а выяснил в результате "оперативно-следственных мероприятий": наблюдения за домом и прослушивания разговоров в подъезде и на улице. Никита бы с удовольствием послушал бы также и разговоры в квартире Оспешинского, но проникать непосредственно в помещение и ставить там "жучок" поостерегся. А аппаратурой, "считывающей" звуки с оконных стекол, он, к сожалению, не обзавелся – в разоренных Селиным магазинах микрофоны подобного рода попросту отсутствовали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
