«И никто же убо да зазрит ми, — пишет Иосиф, — яко о таковых делех еретических написах. Тако бо и древнии святии отци наши творяху». Он поименовывает тех из них, которые описывали скверные дела, современных им еретиков.
Кроме отступничества и гнусных дел оскорбления святыни, Иосиф обвиняет еретиков в притворстве и нераскаянности. Тридцать три года прошло, говорит он, со времени появления ереси, и за все это время ни один из них не принес искреннего покаяния. Те, которых покаянию поверили, после первого собора усилили свое нечестие. Сверх того еретики привели в жидовство и прельстили бесчисленное множество православных.
Такими обвинениями Иосиф доказывает необходимость, в силу которой был созван второй собор на еретиков, состоявшийся, по его словам, «в лето 7013, егда благоверный великий князь Иван Васильевич всее Руси и сын его Василий Ивановичь всее Руси с нашим смирением и со всеми святители и со всем освященным собором повелеша испытание творити о еретицех».
Что Иосиф писал Послание это — несомненно, но он мог писать его не от себя, а от имени митрополита. Он везде употребляет «мы» и «наше», как то и следовало в соборном Послании.
Последняя часть Послания состоит из увещания старцев оказать повиновение соборному определению, не считать его погрешительным, причем есть ссылка на Никона Черногорца, так часто приводимого Иосифом в пример. В противном случае он угрожает старцам отлучением от причащения св. тайн, чем и оканчивается Послание.
Слова «Просветителя» Четырнадцатое, Пятнадцатое и Шестнадцатое, последнееНа тему этого Послания Иосиф составил три последние Слова «Просветителя», приписав в них мнения о пощаде еретиков самим же еретикам.
Содержание Четырнадцатого и Пятнадцатого слов Иосифа на еретиков новогородских то же самое, что и содержание Послания о повиновении соборному определению, но только с некоторыми добавлениями и с выпущением выражений, относящихся прямо к старцам и касающихся их «любопрепирательного Послания».
В Четырнадцатом слове доказывается необходимость делать розыск еретикам. Оно разнится от Послания менее, чем Пятнадцатое слово, где по поводу вопроса о допущении еретиков к причастию объяснена разница не только между еретиками и отступниками, но и между последователями различных ересей. При сведениях о нечестии новогородских еретиков рассказываются поступки Алексейки Костева, попа Наума, Макара дьякона и других, чего нет в Послании.
В Четырнадцатом слове пропущен рассказ о появлении еретиков в Новгороде, и вместо него Иосиф предлагает читателю прочесть Слово: «Еже в начале сее книги написано есть, ему же написание сице имать: сказание о новоявльшейся ереси и т. д., в том убо слове о сей ереси написано есть пространно даже до лет, в нихже бысть Зосима митрополит».
Доказывая нераскаянность еретиков, Иосиф говорит, что 34 лета отступники пребывали в отвержении. Мы видели, что он считает начало ереси от 6979. Таким образом, определяется время появления слова Пятнадцатого, а именно — 7013 год (1505).
Слово Шестнадцатое и последнее развивает мысль о том, что нельзя принимать вынужденное покаяние от еретиков, осужденных на казнь. В этом Слове изложены обязанности гражданских властителей по отношению к еретикам.
Главная мысль Слова в том, что не нашлось врачевства для еретиков, почему их и нужно искоренить; покаяние их не добровольное, а вынужденное; святые отцы заповедали царям и князьям — предавать еретиков «лютым казням и смертем». Если же кто скажет, что казнь дело гражданских законов, что об этом писано в гражданских законах, а не у святых отцов, тот пусть прочтет Тринадцатое слово, писанное в этой книге, и тогда узнает он о гражданских законах, «яко подобии суть пророческим и апостольским и святых отец писаниям». Затем Иосиф объясняет, что есть покаяние истинное, и противополагает его покаянию новгородских еретиков, которые, получив ослабу, снова возвратились к ереси. Объясняя истинное покаяние, автор приводит такого рода примеры: один пресвитер закопался в ров и обложил себя веригами железными; Мартин затворился в пещере и ногу приковал к стене веригой железной. В пример того, как надо поступать с еретиками, приводить царей греческих: Феодосия, Маркиана, Иустина, Константина, внука Ираклиева, как каждый из них поступал с еретиками (темницы, ссылка, проклятие). «И кто убо попечение имея о православней христианстей вере якоже великий равноапостольный царь Константин не точию в заточение и в темнице осужаше, но и мечем посещи повеле всех неверующих во святую единосущную Троицу». Пример царицы Феодоры и Андроника Палеолога, искоренивших еретиков заточением; но ослаба последнего снова воскресила ересь. Затем автор вспоминает наших стригольников, хотя в Сказании и говорил, что до «жидовствующих», до прихода Схарии не было на Руси еретиков. «Некто бо бысть Карп, художством стригольник, живый во Пскове. Сей убо окаянный ересть состави скверну же и мерзку, якоже и вси видят, и мнози от православных последоваша ереси той», пока архиепископ Суждальской не привез из Царьграда Послание от патриарха во Псков, к посадникам, чтобы они попеклись о искоренении ереси — «и всех стригольников в темницу ввергоша даже до конца живота их. И тако искоренися прелестная оная ересь». Так и державный великий князь повелел проклясть еретиков и по проклятии посадить в темницу: там они ужасно окончили жизнь свою и никого из православных не прельстили. Другие стали каяться, державный поверил их покаянию и дал им ослабу, и они «много неизреченна зла сотвориша и многи от православных христиан в жидовство отведоша и тщатся сотворите такоже, якоже древнии еретицы, иже погубиша многия страныи царства великая». Ясно, что, по мнению Иосифа, ересь «жидовствующих» угрожала гибелью всей русской земле. Мысль эту Иосиф развивает доказательно ниже. Он повествует о том, как еретики погубили царства: Арменьское и Ефиопское[15], и как великое царство Римское, девятьсот лет пребывавшее в православии, впало в ересь латынскую после того, как пришедшие «от западных стран люди» прельстили православных: «Во многая же лета великое царство римское и вси царства и страны, иже под римским царством, отступиша от соборные и апостольские церкви и от православный христианские веры». Также и великая Русская земля пять сотлет пребывала в православной вере, пока дьявол не привел скверного и помраченного еврея в великий Новгород, «якоже прежде речено бысть о сем». Затем Иосиф доказывает, что еретики его времени хуже всех других еретиков потому, что тайно распространяя свое учение, людям твердым в православии кажутся православными и для виду проклинают своих же единомышленников. «И такового ради пронырства же и диявольского лукавства, многие душа погубиша».
«Царства: армянское, ефиопское и римское великое царство погибли небрежения ради тогдашних православных царей и святителей, и тии убо царие и святители осуждени имут быти на страшнем судищи Христове». Такого рода положение ставит Иосифа в необходимость прочесть урок царям и пастырям, напомнив им их великую ответственность. В назидание царям он приводит то, что пишет равноапостольный царь Константин (?) об обязанностях царей и князей, где, между прочим, говорится так: «Бози бо есте и сынове Вышняго, блюдитеся же, да не будете сынове гневу и во пса место сведени будете во ад», и далее: «Вас бо Бог в себе место посади на престоле своем… царь убо естеством подобен есть всем человеком, властию же подобен есть вышнему Богу». Вслед за этим приводятся слова греческого царя Иустина из Номоканона[16] (главы 6-й) о том, как следует епархам поступать с еретиками. Строгим наставлением пастырям церкви оканчивается Шестнадцатое слово и с тем вместе и самый «Просветитель».
Отрывок из книги Иосифа Волоцкого «Просветитель»
Сказание о новой ереси новгородских еретиков: Алексея протопопа, Дениса попа, Федора Курицына и других, то же исповедующих
Должно знать, что в разные годы и в разные времена дьявол насадил множество ересей и рассеял по всей вселенной обильные плевелы богопротивных учений для искажения и разрушения истинной веры через служащих ему беззаконных ересиархов, которых святая божественная и апостольская Церковь предает проклятию. Об этих ересях много писали святые преподобные и богоносные отцы наши, и, научившись их божественными писаниями, все просвещаемые светом православия знают живших в древности еретиков и проклинают их. Я же посчитал за благо написать и о тех ересях, которые посеяны дьяволом через безбожных еретиков в наше время, — чтобы мы отвергли и святой ненавистью возненавидели их учения.
Сказание мое таково.
В древности великая Русская земля была покрыта тьмой неистового идолопоклонства и вся осквернилась в нечестивых и безбожных делах. Но Единородный Сын Божий, находящийся в недрах Отчих, не мог видеть, как Его творение порабощается грехом, и снизошел к нему в Своем милосердии; и ради нас явился Человеком, таким же как мы, но без греха, — чтобы мы взошли на небеса, восстав после древнего падения и освободившись от греха, как прежде усыновились Богу; и, не оставив Отчего престола, вселился в Деву, и облекся в плоть — такую же как у нас; и принял страдания на Кресте и смерть, таинственно соединив земное с небесным, и воскрес из мертвых, и со славою вознесся на небеса; и, сев по правую сторону Отчей Славы, послал, как обещал, Своим ученикам, свидетелям Его земной жизни, Духа Святого, Утешителя, в виде огненных языков; и разослал апостолов во все народы просвещать пребывающих во тьме неведения и крестить их во имя Отца и Сына и Святого Духа. Одних Он послал в восточные земли, других — в западные, северные и южные страны и повелел исполнять данные им заповеди.
