В такой ситуации второй по величине Клан — Яно, ничего уже не мог противопоставить давлению Кацуры. Им пришлось подчиниться. Более того, после внезапной смерти Главы Клана Яно Акихиро в результате потери им головы в собственном додзё посреди Кланового Поместья, переполненного охраной и охранными системами, новый Глава — Яно Бенджиро — племянник Главы прежнего, обезглавленного, заняв это место в свои пятнадцать, решил судьбу не искушать, и выступить на стороне Кацуры, прибавив мощь своего Клана к объединённой силе Ишин с Харада.
Более мелкие Кланы против этой коалиции и пикнуть не посмели.
Тома и Шина неторопливо шли к воротам. Их занятия, в том числе и клубные, на сегодня были окончены. Да — Тома не бросил клуб Кендо. А Шина не бросила художественную гимнастику. Она ей нравилась. Шине вообще нравилось её тело. То, как оно работает, как оно может работать. После победы в Турнире, «мозги» девочки так и «не встали на место». Она всё так же, каждую свою минуту жила так, словно та — последняя. А список «пока ты ещё жива» продолжал, как пустеть, так и пополняться. Гимнастикой она наслаждалась. И у неё получалось.
Вскоре должны были состояться районные соревнования по этому виду спорта, и её тренер рекомендовал к участию именно её. В отличии от Хамады-Сенсея, который Томе даже близко запретил приближаться к любым состязаниям. Он и тренировочные спарринги ему запретил с кем бы то ни было. Теперь: только отработка, наработка и ОФП. Стойки, взмахи, связки и переходы. Отработка с партнёром только конкретных комбинаций и только под личным непосредственным наблюдением Харады.
Сегодня он, кстати, закончил занятие раньше обычного. Сказал, что ему надо кое-куда съездить. Именно поэтому, Тома, которому всё одно ждать Шину (по одному они домой не ходят. Есть такая маленькая проф-деформация у них. Рецидив укоренившейся паранойи — вдвоём они на порядок сильнее и эффективнее, чем поодиночке), пришёл в её клуб, где имел удовольствие наблюдать выступление… своей девушки? Тома до сих пор не знал, какие именно у него отношения с Шиной. Можно ли их называть парочкой, а ему называть Шину своей девушкой.
По логике, вроде бы так-то уже давно пора: общие смертельные переживания, постель, постоянное хождение везде и всюду вместе… Но это по логике. Логика же с Шиной пасует. А спросить… как-то было Томе неудобно. Да и… устраивало его всё нынче и так.
Это был «прокат» произвольной программы, которую Шина готовила к этим соревнованиям. И смотрелось это… впечатляюще. Грация, пластика, потрясающая растяжка, полное отсутствие страха перед сложными элементами, координация и чувство ритма…
Тома был заворожен её выступлением. Не поражён, но заворожен. Как завораживает обезьяну танец змеи. И уж Тома-то точно знал, насколько именно эта змея ядовита. Сколько уже трупов на её счету. И насколько она отморожена…
Возле ворот, но на достаточном расстоянии, чтобы не слишком нервировать военных, то есть, на противоположной стороне улицы стояли черные флаеры. Один — длинный «лимузин» Премиум класса и три шестидверных тяжёлых «броневика». Два сзади, один впереди «лимузина».
Однако, в этот раз, Клановых Гербов на дверях машин не было. Но человек, стоящий возле «лимузина» и кого-то выглядывающий в потоке выходящих школьников, Шине оказался знаком. Тома это легко считал по чуть изменившейся походке девушки. По ставшей слишком непринуждённой улыбке, что играла на её лице. Она была СЛИШКОМ непринуждённой. И это говорило Томе о серьёзном волнении и внутреннем напряжении Шины.
Говорить или спрашивать, впрочем, Тома ничего не стал. Просто продолжал идти рядом с ней. В конце концов, в одном черном «лимузине» он уже один раз покатался. Тот выглядел представительнее со своими гербами. Но этот был явно дороже…
В тот момент, когда Тома и Шина поравнялись с воротами, мальчик заметил чуть в стороне своего Сенсея из клуба. Тот открыл заднюю дверь своего флаера и теперь пристраивал за сиденья свой чехол с бокенами и синаями.
Одновременно с этим, их заметил мужчина, стоявший возле дверей «лимузина». И он явно узнал Шину. Узнал и вышколено, с поклоном и идеальной осанкой, открыл дверь машины. Это был не вызывающий иного толкования приглашающий жест.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Шина… Девочка так же, как и Тома до неё, заметила Хамаду-Сенсея возле его флаера. И, к удивлению Томы, внезапно подхватила его под локоть и потащила не к «лимузину», а к Хараде.
Мальчик сопротивляться или тормозить даже и не подумал — он в любой момент времени ждал совершенно чего угодно от своей спутницы. Мешать ей? Останавливать? Пф! Зачем? С непредсказуемой Шиной мир вокруг становился гораздо интереснее. А Тома… и сам был изрядно отмороженным… адреналиновым наркоманом. Хоть и достаточно удачно маскировал этот свой недуг за своим спокойным внешним видом и слегка флегматичным темпераментом.
— Хамада-сан! — радостно защебетала Шина. — Какая неожиданная встреча! А Нагору-кун сказал, что вы решили уйти пораньше. Вы куда-то спешите? — продолжила она спрашивать, уже плюхнувшись на заднее сиденье флаера Хамады, и плюхнув радом с собой Тому.
— Вообще-то, да — спешу, — ответил Сенсей, с недоумением глядя на эту парочку оккупантов в своей машине, рядом с которой он стоял.
Тома, кстати, только обратил внимание на несколько необычный внешний вид своего тренера: тот был черном костюме, в белой рубашке, при галстуке. Костюм был «выходным», но почему-то смотрелся мрачным.
— Куда, если не секрет? — продолжила щебетать Шина, делая самое невинное выражение лица.
— На похороны, — ответил он. — И уже начинаю опаздывать, — добавил Хамада, бросив взгляд на свои наручные часы. Жест был в достаточной мере демонстративным, чтобы его можно было истолковать иным способом, кроме как: «валите уже, не до вас сейчас».
— А можно нам с вами? — похлопала ресничками Шина.
Хамада вскинул брови. Потом глянул на черные флаеры по другую сторону дороги, пожал плечами, сел на водительское сиденье и захлопнул дверь. Его примеру последовал и Тома, прикрыв свою.
— Поехали, — сказал Хамада, запуская мотор своего флаера.
***
Глава 34
***
Ехали молча. Хамада не спешил влезать в разборки мелкого Демонёнка с… кем бы то там ни было. Особенно с тем, кто предпочитает и может себе позволить передвигаться по городу на черных тонированных люксовых флаерах в сопровождении многочисленной охраны, скорее всего, вооруженной. Теоретически, он мог бы с такими потягаться, чай Гербов на их дверях не наблюдалось.
Но это только теоретически и с привлечением всех своих знакомств и связей, благо их хватало — не первый год он в слое людей, активно практикующих владение мечом, варится. А среди них, кого только не встречается…
Мог бы. Да только не собирался. Демонёнок Тома в плане разборок, вполне себе и сам имеет острые зубы... Возможно, что его зубки даже и поболее, чем у самого Хамады: не зря ведь похожий черный «лимузин» к воротам их школы уже приезжал. И охрана у него тоже была внушительная. И Демонёнок со своей девчонкой на том лимузине спокойно уехали. А на следующий день так же спокойно пришли в школу. С небольшим опозданием, правда, да и пацан на ходу засыпал, на тренировке еле шевелился, рассказывал всякие ужасы. Но — факт: оба живые, целые. А «лимузин» больше не приезжал. Тот «лимузин». А на том «лимузине», между прочим, Герб имелся. Да ещё и какой непростой Герб. Третьего по величине Клана Киото Герб. И что? И ничего.
А раз Хамада влезать не собирался, то и спрашивать не имело смысла. Сами детишки не спешили подавать голоса — расположились себе поудобнее на задних креслах флаера да поблёскивали стёклами своих компьютерных гаджетов, прячущих от мира их глаза. Ками их знает, что там в их головах варится.
Путь не был длинным. Всего через пятнадцать минут, флаер Хамады приземлился и припарковался на удивительно знакомой ребятам улочке. Той самой, на которой располагалось поместье старого Мастера Кураи Ниши… голову которого, всего пару дней назад забрал из этого самого поместья Киотский Они.
