«Будь с нами!» – набатом прокатилось у нее в голове.
Но тут же голос старой Маулы произнес, вторя голосу чудовища:
– Ты нужна ему… Заполучит тебя – станет сильнее… Но ты можешь его одолеть…
Анна всхлипнула от набежавших слез, перевела луч фонарика на огромное каменное лицо, зависшее над черным адским озером, как отрезанная голова над лужей черной крови.
– Я согласна! – крикнула она. – Я останусь здесь, как остались все они! Но пусть Илья будет жив! Ты забираешь, но ты и возвращаешь! Я знаю, ты это можешь!
– МОЖЕШЬ! МОЖЕШЬ! МОЖЕШЬ! – прокатилось громкое эхо по туннелям, выработкам, штольням и выемочным камерам.
– Верни Илью, как вернуло меня десять лет тому назад! – крикнула Анна. – А я… Я останусь здесь! Ты ведь любишь, когда тебе приносят жертвы? Я стану этой жертвой!
– ЖЕРТВОЙ! ЖЕРТВОЙ! ЖЕРТВОЙ! – прокатилось эхо по мрачному подземелью.
– Аня! – услышала она голос Вити Кима.
Она обернулась. Мертвецы исчезли, у входа в туннель стоял только Виктор. Бинт у него на голове почернел от грязи и крови, на лице багровели ссадины, рукав куртки был разорван.
– Виктор, ты должен уйти! – крикнула Анна.
Он покачал головой:
– Нет.
Затем снял сумку с плеча и опустил на мокрые камни. Присел рядом, расстегнул молнию и принялся вынимать из сумки динамитные шашки и раскладывать на полу.
– Что ты делаешь? – забеспокоилась Анна.
Выложив все шашки, Виктор достал из сумки небольшой прямоугольный предмет, присоединил его проводками к динамиту и нажал на кнопку. На черном дисплее вспыхнули красные цифры. Пошел обратный отсчет. Ким посмотрел на Анну.
– Останови это! – крикнула она.
Он покачал головой:
– Нет. Даже если захочу – не смогу. У нас всего несколько минут. И сразу предупреждаю: я не уйду отсюда без тебя.
Глаза Ани расширились.
– Ты не можешь мне приказывать! – сказала она. – Это мое решение!
– А это – мое!
Он опустился на каменный пол, сел и вытянул ноги.
– Что ты делаешь? – закричала Анна.
– То же, что и ты. Остаюсь.
– Ты умрешь!
– Да.
Она обернулась и посмотрела в каменное лицо идола. Потом перевела взгляд на Кима. Несколько секунд ушло на мучительное размышление, затем Анна разжала губы и сказала:
– Ладно. Я пойду с тобой.
Ким поднялся, бросил взгляд на табло с отщелкивающимися красными цифрами и сказал:
– Нам надо поторопиться!
Анна нерешительно двинулась к туннелю. Ким шагнул навстречу, взял ее за руку и потянул за собой. Они вошли в туннель и двинулись к выходу. Фонарик в руке Кима светил тускло, каждые несколько секунд потрескивал и мигал, угрожая оставить их в полной темноте.
Когда они прошли примерно половину пути, за спиной послышался шум.
– Не оборачивайся! – сказал Ким.
Шум повторился, он был похож на громкий вздох огромного живого существа. Потом что-то загрохотало, ритмично, все ближе и ближе, и шахта стала сотрясаться, словно от могучей поступи гигантского зверя. За ними что-то шло. Что-то огромное.
– Аня, быстрее! – торопил Ким, помогая ей идти.
Шаги чудовища неотвратимо приближались. Анна и Виктор выскочили из туннеля в штольню с дубовой крепью. И тут Анна оглянулась. В серой пылевой взвеси, подобной густому туману, метрах в трех над землей появилось что-то черное. Оно не имело четких очертаний, но Анна поняла, что оно живое. Пыль взвилась клубами и закружилась в воздухе, увлеченная тяжелым, могучим дыханием чудовища. На секунду ей почудилось, что в этом облаке вспыхнули рыжие огоньки, похожие на глаза.
И тогда Анна, почти не осознавая, что делает, вскинула руку и, направив ее ладонью к чудовищу, как бы преграждая ему путь, забормотала одно их тех ведовских заклинаний, которым научила ее в детстве старая Маула. Неизвестно, сколько это продолжалось, Анна потеряла счет времени, слова сплетались в фразы, но вдруг что-то произошло. Огромное темное пятно качнулось в пылевой взвеси и стало растворяться. Чудовище ретировалось, отступило в черную глубину туннеля.
Кто-то положил Анне руку на плечо, она вздрогнула, но тут же поняла, что это Ким.
– Быстрее! – сказал он, схватил ее за руку и потащил к выходу из шахты.
Выбираться из шахты было труднее, чем спускаться внутрь, но они справились и с этим. Только оказавшись в лесу, Анна поняла, каким спертым был воздух внизу.
– Сколько осталось? – спросила она у Кима.
– Минута или даже меньше, – ответил он. – Надо уходить. Скорее!
И он снова потащил ее – прочь от шахты, и она бежала за ним, вскрикивая и завывая от боли в бедре, все дальше и дальше от гигантской каменной норы древнего, как мир, чудовища.
Они успели отбежать метров на сто, когда лес содрогнулся от взрыва. Земля дрогнула у Анны и Виктора под ногами, взрывная волна предсмертным вздохом прокатилась по кронам деревьев, срывая с них сухие листья. Анна споткнулась, но Ким не дал ей упасть.
– Держись! – крикнул он, улыбнулся распухшими, грязными губами и хрипло добавил: – Мы выбрались.
21Когда они вернулись в поселок, уже почти рассвело. Воздух был серым и холодным, но Анна не чувствовала холода. Не глядя по сторонам, они направились прямо к больнице. На улочках поселка было пустынно. Лишь на автобусной остановке одиноко сидел человек в рваной одежде. На красивом молодом лице его застыла глупая счастливая улыбка, а исцарапанные руки прижимали к груди помятый алюминиевый кейс.
Поднявшись по ступенькам больницы, они постучали в закрытую дверь. Через некоторое время дверь распахнулась. На пороге появился доктор Гузлов, изможденный, невыспавшийся, желтый.
– Аня? – изумленно произнес он. – Что случилось?
– Яков Степанович… – она сделала над собой усилие, чтобы голос не дрожал. – К вам вчера вечером поступил парень с ножевым ранением. Он жив?
– С ножевым?.. – доктор рассеянно моргнул. – Вы про Илью Ставинского?
– Да.
– Пару часов назад его увезли в область. Странное дело. Я думал, что с таким ранением ему не выкарабкаться, но вдруг наступило улучшение. Никакого сепсиса, показатели начали восстанавливаться… А почему ты спрашиваешь? И – Господи, что с твоим лицом?
Она улыбнулась:
– Все в порядке.
Ноги у Анны подкосились, и она бы упала, но Ким и доктор подхватили ее.
– Боже, да она ранена! – воскликнул Яков Степанович. – Помогите мне отнести ее в процедурную! Нужно осмотреть и обработать раны!
Голос доктора звучал все глуше, постепенно затихая. Перед глазами у Анны появилось лицо бабушки Маулы. Бабушка улыбнулась и сказала:
– Ты справилась. Теперь все будет хорошо.
