Мошарук, наплевав на все запреты и правила связи, открытым текстом вышел на резервной частоте и начал передавать целеуказания вскрытых огневых точек и батарей, надеясь, что его всё-таки услышат и гибель группы будет не напрасной. А радистом у белого партизанского вождя был юный чёрнокожий шаман какого-то местного племени, отличник боевой и политической подготовки учебки радистов в наших Советских Печёрах. Потомственный шаман, пропавший из племени еще пятилетним ребенком, внезапно объявился с самым началом войны, отрезал голову нынешнему шаману, предъявил вождю родовые шрамы на лице и несколько ящиков таинственной шаманской воды, после принятия которой вождь прозрел и выучил новое красивое и распевное шаманское заклинание ("нье сльышны в сааадууу дажье шьоооро-хиии"). Так вот этот самый шаман-радист прослушивал на своём любимом "Северке" короткие частоты и услышал клич Мошарука. Действия партизанских групп тотчас же были перепланированы и тщательно скоординированы ( "а ну-ка давайте ипанём прям щас и прям здесь, пока они по берегу лупят!"). Лихой партизанский наскок спас самого Иванова и остатки его группы. Буквально через день группу каптри на местных каноэ вывезли далеко-далеко в море и передали на вынырнувшую из глубин подводную лодку. Повезло тогда. Как бы не упирались рогом на том побережье - полегли бы все! Будем надеяться на то, что налёт на шахту будет внезапным и американцы не успеют еще очухаться от подрыва и уничтожения батарей. А потом глядишь, время подойдёт и баржа рванёт, и катера один за одним начнут носом к верху задираться.
Постепенно, с каждым гребком матросов, точка высадки приближалась. Иванов задрал голову, автоматически сверяя курс компаса со звездами. Небо чистое, звёзды светят подозрительно и неуёмно ярко, никакого намёка на изменения погоды. Где-то в вышине промелькнуло яркое пятно. "Звезда падает, желание
что ли загадать?" - мелькнула шальная мысль в голове каптри. Но звезда, абсолютно не желая падать, пронеслась к линии горизонта и скрылась из глаз. Моряк помотал головой, прогоняя наваждение.
- Эй, на баке, - тихонько окликнул каптри матроса Буцая, - время подхода до точки?
- Двадцать минут, тащ каптриранг, -откликнулся Гриша, - скорость в норме, по курсу чисто.
- В голове пусто, - тихо добавил Мошарук так, чтобы услышал Лосев, - слушай, Лосяра, опять минёр отмазался. То на фишке, то на курсе! а ведь мы с тобой по этому маршруту хаживали что на ластах, что по берегу.
- Гриша нам полбанки выставляет, если вернемся, - прошептал Лось, наваливаясь на весло,- а то, действительно, вечно он между переборок проскакивает.
- Гребите ударно, караси, - пробормотал Гриша, - полбанки вам, ничего там не слипнется.
Ровно через двадцать минут туго надутый резиновый нос плотика уткнулся в прибрежные скалы. Матросы ужами соскользнули в воду, вытаскивая судёнышко на берег.
Плот замаскировали на берегу, заминировали. Лосев занялся предходовой проверкой носителя, Мошарук проверял герметичность контейнеров радиостанций и батареи. На этот раз выходили на задачу с полной боевой загрузкой. Иванов вытащил из-за пазухи сигарету, покрутил её в пальцах, аккуратно размял и понюхал. Потом, махнув рукой, с наслаждением прикурил и выпустил клуб ароматного дыма:
- Время? - бросил он в сторону.
- Три малых, -тут же откликнулся Мошарук.
- Три минуты, - подтвердил Лосев.
Каптри аккуратно затушил выкуренную до фильтра сигарету, затер ее куда-то между камней и пошагал к носителю, уже качавшемуся на волнах между скал.
Водолазы разместились по штатным местам, каптри еще раз взглянул на небо, надеясь снова увидеть непонятное световое пятнышко. Звёзды затягивались мутной белесой дымкой, летающего светящегося объекта не наблюдалось. Каптри хмыкнул и повёл носитель малым ходом в полупогруженном состоянии. Над волнами торчали только головы в водолазных масках и пучках водорослей. Со стороны воды возле берега изредка наблюдались сгустки таинственно мерцающих водорослей. Полоса скального выступа, отделявшая остальное побережье острова от входа в бухту, постепенно приближалась и вырастала в темноте. Правой баржи еще не было видно, но на воде уже явственно мерцали блики судового освещения. Каптри вывел носитель к самой оконечности, сманеврировал рулями на погружение. Слышимость под водой отличнейшая. Если бы с барж метали гранаты, то водолазы бы давно услышали, а так - тихо, лишь неприятный и делёкий-далёкий скрежет металлических тросов противолодочной сети. "Торпеда", ведомая Ивановым, осторожно кралась над самым грунтом к днищу правой баржи. Через несколько минут водолазы прошли под килем и начали продвигаться вдоль противолодочной сети. По пути следования каптри проверил натяжные замыкатели подводных блоков крепления. Тут же Иванов установил на миниякорь контейнер с радиомаркером. При взрыве мин от гидроударов сработает маленький баллончик, который повысит давление в герметичном поплавке и тот рванёт на поверхность, выдернется натяжная шпилька и начнёт работать маркерный передатчик, обозначая проход в фарватере. Такой поплавок, выкрашенный в серо-зелёный цвет и качающийся на волнах, заякоренный тонкой металлической леской, визуально практически невозможно обнаружить с борта судна при осмотре акватории. Сигнал приёмника может обнаружить только судно, оснащенное поисковым приёмником. И то, если радист знает частотно-временной план. Иванов выставил маркер с таким расчётом, чтобы штурмана десантных судов сразу же сообразили, что дальше лучше сразу держать курс на центральный причал. Возле баржи возились недолго, командир тройки прошёл под килем уже по проторенной дорожке и, осторожно снимая маскировочную сетку, привёл замыкатели в действие. Теперь уже ничто не спасёт баржу от дырищи в борту. "Морской майор", работая ластами, даже представил картину подводного взрыва. Одновременно срабатывают три мины, борт вминается сразу в трёх местах, металл рвётся и огромными лоскутами вгибается вовнутрь. И тутже сотрясение воды, в котором гибнет придонная живность. Огромные пузыри воздуха, стремясь наружу, вытесняемые хлынувшей вовнутрь водой, вырываются на поверхность. Никакие пластыри здесь не помогут. Скорость поступающей воды будет такова, что времени на эвакуацию с гибнущего судна у экипажа будет минимум.
На свою "старую базу" в техническом зале основного причала заходили с максимумом предосторожностей. Носитель оставили на парапете. Первым через подводный тоннель на разведку пошёл Лосев. Осторожно всплыл под трапом ведущим наверх, сдёрнул капюшон, выпустил загубник и прислушался. Тихо. Медленно-медленно поднялся по трапу. Никого! Следов американцев нет. Все оставленные "секретки" на месте. Можно заходить. На охранении остались минёр и водолазный специалист. Каптри и Мошарук в одних гидрокостюмах без дыхательных аппаратов, держась за ручки контейнера с минами, шли вплавь на ластах вдоль пирса, готовясь к минированию ящиков с запчастями. Первым ужом выскользнул на берег Мошарук. Огляделся. На базе и на складах горючего ярко светит штатное освещение. На пропускном пункте лениво перекрикиваются морпехи. Осмотрелся в бинокль. На катерном пирсе обыкновенная рабочая суета. Однако по времени уже давно должны были закончить. Видно, что на завтрашнее патрулирование готовят в два раза больше катеров. Возле двух, отдельно стоящих, припаркованы грузовик и армейский джип. Бегает обслуга, занося какие-то ящики на борт. Подполз капитан третьего ранга, забрал у матроса бинокль и по его совету принялся рассматривать катерный причал.
- Далековато, но такое впечатление, что вон те два "Сториса" готовятся к водолазным работам. На корме одного устанавливают лебёдку для спуска тяжёловодолазов. Ох, чую! те гости-"тюлени", что прилетели, на работу завтра пойдут. Как бы они на нашу подлодку не вышли...
- Тащ каптриранг! вон они те штабели, прямо по курсу.
- Давай контейнер за спину и поползли.
Возле штабелей пара водолазов залегла и принялась за доразведку. Путём нехитрых умозаключений Иванов высчитал те ящики, которые сегодня с утра будут забирать на батареи. Осторожно сняли один из верхнего ряда, отволокли с открытого пространства и принялись осторожно вскрывать. В ящике ровными рядами, переложенные промасленной бумагой, лежали неснаряженные патронные ленты зенитных пулемётов.
- Ага, ясно! скорее всего, короба патронные переснаряжают полностью что в штатном боекомплекте, что на складах батарей. Ну-ка, посмотри в тех ящиках, которые по твоим словам разгружали, - толкнул Иванов матроса.
Мошарук прополз по рядам и вытыщил один из ящиков. Подтащил к каптри, вскрыли. Действительно, старые ленты.
- Морской воздух, туман, резкие перепады температур, - резюмировал командир тройки, - вот и приходиться постоянно переснаряжать, а старые ленты скорее всего здесь где-то в мастерской на базе обслуживают.
