не позволяя им осуществлять епархиальное руководство (например, поездка в столицу империи при отсутствии железных дорог была затруднена для Экзарха Грузии), некоторые (митрополит Московский Филарет) – из-за конфликта с обер-прокурором, некоторые – в связи с болезнью и преклонным возрастом. Обо всем этом будет отдельный разговор; сейчас же следует отметить иное: назначение в Св. Синод в тот период означало присутствие (или номинальное присутствие) на весь календарный год (только с 1888 г. архиереев стали вызывать на зимнюю или весеннюю сессии).
Всего за период с 1825 по 1855 гг. членами и присутствующими Св. Синода состояло 38 человек, среди которых были выдающиеся церковные иерархи и иереи XIX века: митрополиты Филарет (Дроздов), Филарет (Амфитеатров), Евгений (Болховитинов), Серафим (Глаголевский), Григорий (Постников), Иосиф (Семашко), архиепископы Иннокентий (Борисов), Исидор (Никольский), протопресвитеры В. И. Кутневич, Н. В. Музовский, В. Б. Бажанов и многие другие. Уже одно перечисление этих имен говорит о том, что в работе Св. Синода принимали участие не только крупные церковные администраторы, но и выдающиеся богословы того времени. За тридцать лет Русская Церковь организационно укрепилась, ее влияние на все стороны духовно-нравственной жизни усилилось, существенно выросло и качество богословского, прежде всего академического, образования. Было бы неверно не связывать эти позитивные изменения с деятельностью Св. Синода.
На 1826 г. среди его членов было 10 человек, причем 4 иерарха, числясь в Св. Синоде, оставались на своих кафедрах, не приезжая в Санкт-Петербург. В столице присутствовали: первенствующий член Св. Синода митрополит Новгородский, Санкт-Петербургский, Эстляндский и Финляндский Серафим (Глаголевский), митрополит Киевский и Галицкий Евгений (Болховитинов), архиепископ Тверской и Кашинский Иона (Павинский), архиепископ Ярославский и Ростовский Авраам[ий] (Шумилин), протопресвитер, духовник матери Николая I императрицы Марии Федоровны Павел Васильевич Криницкий и обер-священник армий и флота протоиерей Иоанн Семенович Державин, скончавшийся в начале марта. Среди отсутствующих были: архиепископ Московский и Коломенский Филарет (Дроздов), Экзарх Грузии архиепископ Карталинский и Кахетинский Иона (Василевский), а также два бывших грузинских иерарха – бывший Католикос-Патриарх царевич Антоний (Багратиони), проживавший в Нижнем Новгороде на покое, и бывший митрополит Мцхетский («Грузинский») князь Варлаам (Эристави), являвшийся настоятелем Московского Данилова монастыря. Присутствие в Св. Синоде бывших руководителей Грузинской Церкви следует понимать лишь как знак формального почтения к иерархам некогда самостоятельной православной конфессии, но не более того (не забудем, что с Антония (Багратиони) сан Патриарха-Католикоса был снят еще в 1811 г.). Они оставались членами Св. Синода вплоть до своей кончины (соответственно – первый до конца 1827 г., второй – до декабря 1830 г.), так и не посещая его заседания. Архиепископы Антоний и Варлаам не могли рассчитывать на реальное участие в церковном управлении, ибо представляли иерархов Церкви, по политическим соображениям российской «симфонической» власти лишенной автокефалии и присоединенной к Церкви государственной. Удивлять данное обстоятельство, полагаю, не должно: в единой православной империи существование двух православных Церквей выглядело бы странно, тем более, что институт патриаршества, до 1811 г. существовавший в Грузии, был ликвидирован в России еще при Петре Великом.
Наиболее влиятельным синодалом в 1820-х – начале 1840-х гг. был митрополит Серафим (Глаголевский) – архипастырь столичной кафедры, состоявший в церковном «правительстве» с 1814 г. Он пользовался уважением как Александра I, так и его венценосного брата, вступление которого на престол в декабре 1825 г. владыка поддержал своим архиерейским авторитетом. Большой авторитет имел и митрополит Киевский Евгений (Болховитинов) – выдающийся церковный ученый, действительный член Академии наук. Два других синодальных члена – архи-епископы Иона (Павинский) и Авраамий (Шумилин) – не имели большого влияния, были вызваны только «на чреду» и только в 1826 г. Первый пробыл там вплоть до 1828 г., когда скончался, а второй – лишь в течение одного 1826 г.
Другое дело – протопресвитер П. В. Криницкий. Человек, близко соприкасавшийся с царской семьей, он, не будучи иерархом, имел значительное влияние на церковные дела (в том числе и потому, что постоянно пребывал в столице и имел непосредственный доступ во дворец). Он состоял членом Св. Синода 27 лет – с 1808 по 1835 гг. Понятно, что он лучше многих знал и синодальные традиции, и правила «политического поведения», без которых оставаться на вершине церковной власти было немыслимо.
Традиции назначения в Св. Синод белых священников – царских духовников и духовных руководителей армии, в эпоху императора Николая I останутся незыблемыми, более того, окажутся востребованными его сыном и наследником. Их сможет поколебать в конце XIX века только К. П. Победоносцев, но это уже иная история. В нашем случае следует отметить, что в течение 1826–1855 гг. среди синодалов в разное время было шесть представителей белого духовенства. Помимо упомянутого П. В. Криницкого, в состав Св. Синода входили: митрофорный протоиерей И. С. Державин (обер-священник армий и флота; 1826), протопресвитеры – П. А. Маджугинский (обер-священник армии и флота; 1827), Н. В. Музовский (обер-священник Гвардейского Корпуса; 1827–1848), В. И. Кутневич (главный священник армии и флота; 1834–1866), В. Б. Бажанов (обер-священник Главного штаба, гвардейского и гренадерского корпусов, царский духовник; 1849–1883). Лишь один протопресвитер – П. А. Маджугинский, о котором известно крайне мало, за предосудительное поведение (связь с женщиной, находившейся у него в услужении) вскоре после назначения был снят с должности и удален в монастырь[487]. Остальные протопресвитеры оставались на своих должностях (в том числе и членами Св. Синода) вплоть до кончины. Это были образованные клирики: протопресвитер В. Б. Бажанов был даже доктором богословия. Но важно отметить иное: все они были влиятельными синодалами.
По установившейся традиции, первоприсутствующими членами Св. Синода были митрополиты Новгородские и Санкт-Петербургские: Серафим (Глаголевский; в 1821–1843), Антоний (Рафальский; в 1843–1848) и Никанор (Клементьевский; 1843–1856). Дольше всего в качестве первоприсутствующего в эпоху Николая I в Св. Синоде пребывал митрополит Серафим, выходец из духовного сословия, получивший образование в Московской Славяно-греко-латинской академии. Без преувеличения можно сказать, что он сформировался в эпоху «золотого века» Екатерины II: получил образование, постригся в монахи, сделал первые шаги по церковно-административной лестнице. Архиереем он стал в 1799 г., до назначения в Санкт-Петербург сменив шесть кафедр (викарную Дмитровскую и самостоятельные: Вятскую, Смоленскую, Минскую, Тверскую и Московскую). В первой половине XIX в. он был одним из немногих архиереев, последовательно занимавших две из трех главных кафедр Православной Российской Церкви. Стоит отметить, что его преемником по двум последним кафедрам был владыка Филарет (Дроздов), возглавивший после владыки Серафима Тверскую архиепископию, а затем (в 1821 г.) – Московскую. Назначение в Тверь следовало рассматривать как безусловное поощрение архиерея, поскольку эта кафедра считалась одной из наиболее важных в русской церковной иерархии.
Митрополит Антоний (Рафальский), сменивший владыку Серафима (Глаголевского) на столичной кафедре, был нетипичным для России православным архиереем: сын униатского священника, выпускник Волынской духовной семинарии, до принятия монашеского пострига имевший семью и служивший священником в Западном крае, он только в 1834 г. был хиротонисан в епископский сан и назначен архиереем в Варшаву. С 1840 г. он – архиепископ Варшавский и Новогеоргиевский, а уже через три года – митрополит и первоприсутствующий
