его. Бессовестная! Чем он тебе не угодил? Разве мало подарков дарил? Ухаживал за тобой, как за богиней, говорил о тебе всегда с нежностью и любовью, а ты? Как поступила с ним ты?!
У меня от возмущения в горле слова застревают. И приходит неожиданное осознание того, какими же слепцами являются родители. Видят в своих чадах только все хорошее, а дерьмо не замечают.
— Я думаю, вам стоит уйти, — сдерживая гнев, указываю женщине на дверь.
— Что? Ты еще смеешь выгонять меня?! — она пыхтит от негодования.
Вся напыщенная светская вежливость Александры сдувается мгновенно, и женщина превращается в обычную тетку с замашками базарных баб.
— Мне больше нечем вам помочь, а ваши оскорбления в свой адрес я не потерплю. И да, попрошу вас больше не звонить и не приходить ко мне домой. А с Русланом разбирайтесь самостоятельно, мы больше не вместе, — чеканю каждое слово, чтобы до нее дошло с первого раза.
— Мерзавка, — щурит женщина глаза.
Я разворачиваясь, заезжаю в спальню, достаю кольцо Руслана и, вернувшись обратно, протягиваю его Александре.
— Вот, передайте ему, когда вернется.
— Все правильно. Да, — хрипит она. — Хорошо, что вы расстались. Пусть моему мальчику будет больно сейчас, нежели ты его обманешь потом. Не думала никогда, что смогу подобное произнести, но ты своим поведением тянешь на алчную, продажную потаскушку. Раз миллионы Андрея замаячили на горизонте, теперь всех можно пускать по боку?
— Уходите. Или я вызову полицию, — смотрю на нее исподлобья.
— Я уйду, но надеюсь, что тебе за это ой как аукнется, — шипит она, резко разворачивается и вылетает за дверь.
Я медленно выдыхаю весь воздух из легких. Боже, это какой-то кошмар!
Руки трясутся, сердце колотится, как ненормальное. И мне так страшно становится внутри, от чего на затылке даже волосы шевелятся. Нарастающая паника перерождается в страшное предчувствие, от которого душа замирает в середине солнечного сплетения и не дает мыслить трезво.
Я тут же хватаю телефон и звоню маме, которая не берет трубку.
— Черт! — бубню, сбрасываю вызов.
Андрею звонить утром совсем не входит в мои планы. Да и выливать на него свое безумие не хочется. Ведь он занят. Старается, делает все, чтобы завершить работу до отъезда. А если я его буду отвлекать по всякого рода пустякам, далеко мы с ним так не улетим.
Стоит об этом подумать, как телефон вдруг разрывает вибрация. Хватаю трубку в ожидании, что это перезванивает мама, но, прежде чем сразу принять вызов, смотрю на экран: Андрей. Сердце начинает быстро колотиться. Вот как? Он, как будто почувствовав, что мне плохо, сам набрал.
Все эти мысли-домыслы пролетают в голове мгновенно. И вызов я принимаю, когда проходит только один гудок.
— Да? — бросаю взволнованно.
— Привет. У тебя все в порядке?
— Угу, — киваю, а сама, стараясь успокоиться, постукиваю пальцами по подлокотнику.
— Что-то мне подсказывает, что ты врешь.
Настойчивый какой! Так уверенно говорит, как будто следит за мной.
— Это из-за мамы, — быстро отвечаю. Не хочу рассказать о приходе несостоявшейся свекрови, ведь ясно же как белый день: Андрей кинется с ней выяснять отношения.
— А что с ней не так? — задает парень ожидаемый вопрос.
Я с секунду раздумываю, рассказать ему или же не стоит.
— Она поехала в банк, чтобы снять деньги, — решаюсь сказать честно.
— Черт, Олеся, ну я же говорил, что все оплачу!
— Не обсуждается. Не хочу об этом говорить, — резко отрубаю.
Представляю недовольное лицо парня и тут, же смягчаясь, добавляю:
— У тебя сегодня получится заехать?
Секундная тишина.
— Да, только заеду не один. С партнером. Мы поедем в офис. Как раз получится заехать к тебе. Будешь ждать?
— Конечно, — отвечаю, и тут же в по телу разливается волной облегчение.
— Ничего не готовь. Я ненадолго. Просто соскучился. Хочу увидеть тебя, — говорит полушепотом Андрей, и я понимаю, что рядом с ним кто-то есть. Неожиданно во мне вспыхивает ревность.
Черт! Еле сдерживаю язык за зубами, чтобы не спросить, его партнер женского пола или мужского?
— И я соскучилась, — выдавливаю из себя.
— Тогда до встречи и будь осторожна. Обещаешь?
— Да что со мной может приключиться?! — нервно хихикаю.
— Олеся?!
— Обещаю, что буду сидеть на попе ровно и никуда не соваться, — клятвенно произношу.
— Умница, — довольно отзывается парень, я представляю, как он улыбается сейчас.
В этот момент слышу, как в дверном замке елозят ключом.
— Мама пришла. Пойду встречать, — с облегчением выдыхаю, сбрасывая вызов.
Я выезжаю в коридор. Замок щелкает, дверь распахивается, и на пороге бледная, будто мертвец, стоит мама.
— Мам?! Что с тобой?
Вот оно, дурное предчувствие, врезается в грудь, словно локомотив на полной скорости, меня аж откидывает назад.
— Привет, малышка! Нежданчиком решил нагрянуть. Можно? — слышу, а через секунду вижу Руслана.
Он с силой толкает маму в квартиру, и та, не удержавшись на ногах, летит вперед и падает прямо передо мной.
— Что ты делаешь?! — взвизгиваю.
У Руслана глаза сверкают ненавистью и лицо перекошено от гнева. Я вижу, как его рука вытаскивает из кармана и направляет мне в грудь пистолет.
— Лучше заткнуться бы тебе, сука! Задолбала уже меня вконец, — рычит Руслан и идет на меня. От дикого ужаса внутри кровь в жилах стынет, когда взглядом прослеживаю, как в квартиру заходят трое здоровых мужчин. Мою грудь окольцовывает страх, и тело покрывается липким холодным потом.
— Что тебе нужно? — хриплю.
— Ты и твои бабки. Собирайся. Выезжаем.
Руслан грубо хватает маму за шкирку и оттаскивает в сторону. Она цепляется ему в руку и тут же получает кулаком, в котором зажата рукоять пистолета, наотмашь, прямо в скулу.
— Мама! — нечеловеческим голосом кричу, когда ее голова неестественно выкручивается, а она сама валится без чувств на пол.
— Бабки где? — Руслан оказывается возле меня в один миг, впивается пальцами в подбородок, резко дергает голову вверх.
— Тварь! — огрызаюсь.
В глазах парня зарождается настоящая чернота.
— Дерьмо собачье! — выплевывает и отводит руку для удара, но ее неожиданно перехватывает один из троих мужчин.
— Девку не тронь. Шеф сказал, чтоб в целости привезли. Теперь она его вещь.
У меня в глазах темнеет, когда взглядом цепляюсь за человека, который появляется за спиной Руса. Устрашающего вида мужчина. С жестокими чертами лица и безжалостным равнодушием в глазах. Он отталкивает Руслана в сторону, окидывает меня оценивающим взглядом. Морщится.
— Редкостная гадость, — цедит и сплевывает на пол.
У меня все внутри закипает от злости. Это он же про меня только что сказал?!
Нижняя губа оттопыривается, начинает трястись.
— Что вы только что сказали? — пищу, хотя понимаю, что зря, но слова уже вылетели изо
