Читаем без скачивания Три краски - Олег Рой

Василий Андреевич Кириллом недоволен и вынес ему предупреждение, грозящее в дальнейшем увольнением. Еще Лариса слышала, что Кобра пыталась вернуться в студию, но ее не взяли. А на должность зама главреда, которую раньше занимала она, назначили Аньку – у директора с ней особенные отношения с тех пор, как они оба запалились на встрече друзей из Интернета. На этой встрече выяснилось, что тот самый Васька, с которым Аня переписывалась, – это Василий Андреевич, человек, которого в студии все считают примерным семьянином и мужчиной строгих правил, замеченным ранее разве что в невинном увлечении шахматами.

Анька рассказывала, как поначалу, узнав об этом, растерялась и даже думала убежать, но Василий Андреевич повел ее в кафе, напоил чаем и попросил никому о том не рассказывать. Анька, разумеется, тут же разболтала всем подругам, но с директором с тех пор стала дружить – по-приятельски и пост замглавреда взяла. Правда, жалуется, что тяжело, и хочет отказаться. Но это она говорит, а не думает. Известно, что скрипучее дерево долго скрипит.

На другой стороне улицы Лара увидела большую нарядную елку, украшенную синими и красными шарами. Ничего лишнего, строгий минимализм, но смотрелось так восхитительно!.. Какой-то фотограф уже делал снимки, обходя елку и подбирая ракурсы. Искушение запечатлеть нарядную красавицу овладело и Ларой.

Девушка перешла дорогу, достала из кармана мыльницу. Теперь, когда Лариса работала журналистом в редакции местной газеты, ей не раз приходилось лично снимать кадры для статей этим самым фотиком. Девушка щелкнула елку несколько раз и замерла, пытаясь сохранить в памяти волшебное, праздничное ощущение. Жизнь состоит из вот таких кадров, и чем больше их в твоей собственной копилке, тем разнообразнее, тем ярче эта жизнь кажется.

Надо бережно хранить хорошие моменты, чтобы потом было интересно вспоминать. Настоящее всегда лучше искусственного. Теперь Лара знала это точно. Те фотографии, что делал Пашка, она пересматривала по многу раз, и не надоедало. А снимки с фотосессии закинула подальше – пошлые они, безвкусные и неинтересные. И Лариса там словно не настоящая. Может быть, дело в том, что в них нет самого главного – нет души.

– Молодой человек, а вы меня не сфотографируете на фоне этой елки? – обратилась Лара к парню с фотоаппаратом и ахнула: перед ней был Пашка!

– А я все думаю, когда ты меня узнаешь, – улыбнулся он.

– А ты давно меня узнал?

Девушка растерялась, не зная, как реагировать на эту случайную встречу.

– Когда дорогу еще переходила, – Павел улыбнулся.

– Я всегда невнимательная была. Ты же знаешь, – Лара пожала плечами.

– Ты к девчонкам? – спросил Пашка и, видя вопросительный взгляд Лары, выдохнул и признался: – Я тоже приглашен и про твой приезд знаю. Я к этому приглашению даже руку приложил… И встретил тебя инкогнито. От самого вокзала иду за тобой…

– Обманщик! – Лара надула губы и, легонько ударив парня пакетом с подарками, засмеялась: – Сразу бы показался, я бы пакеты тебе дала понести.

– Зачем? Я такое удовольствие получил, наблюдая за тобой. Целое потрфолио нащелкал, – Пашка кивнул на фотоаппарат. – И, кстати, ты тоже обманщица! Говорила, что не любишь Москву, а сама влюбленного взгляда с нее не спускаешь.

Наступила маленькая заминка. Ларе надо было задать так много вопросов, что она не знала, с чего начать.

– А ты разве не в Америке живешь? Разве не женат? – начала она сразу с самого главного.

– Нет, – засмеялся Павел. – Упаси бог! А в Америке мне пришлось пару месяцев перекантоваться, так просила Кристин, вернее, Варя… Я помогал ей там, в том числе с одним американским чудаком-ученым. Пришлось встретить его, остальных он знал в лицо. Кстати, Крис хорошая девушка, она тоже хочет с тобой повидаться. Ну а я вернулся сразу, как только смог. А что касается женитьбы… Это родители мои слух пустили, чтобы никто с расспросами не лез… Ну что, давай свои пакеты! А этот, кстати, тебе. Подарок, потом раскроешь!

– Что это? – спросила Лара, заглядывая в пакет.

Там обнаружился большой бумажный конверт.

– Там мои записи – ценные. Между прочим, сделанные в трудный период жизни. Только не смейся над текстом. Ты же знаешь, у меня маловато практики. Ну и еще фотографии – тоже интересные, детективные. Потом, в общем, почитаешь. Это все тебя касается.

Лара засмеялась и схватилась за Пашкин локоть.

– Ты, кстати, сейчас какого цвета? Не красишься больше? – спросил он девушку, бережно ведя ее по скользкой улице.

– Нет, я постриглась коротко. И снова с естественным цветом, – отвечала Лара. То, что Пашка не женат и, видимо, все еще ее любит, превратило просто хорошее настроение в настоящую эйфорию.

– Ну и правильно! Мне так гораздо больше нравится! Какие планы на каникулы? Предлагаю клевую программу. А потом посмотришь, захочешь ли ты уезжать отсюда – а то, может, снова переберешься…

Они шли по улице, и город задорно подмигивал им веселыми огнями, словно сама Москва соединяла их и обещала, что теперь все обязательно будет хорошо!

Из записей Джона Хемистри

Дата: не важна, ведь счастливые часов не наблюдают. И дней, как оказалось, тоже.

Я снова свободен! Счастье переполняет меня, поэтому мысли путаются, и боюсь, буду писать немного сумбурно.

Однако я ученый, а потому постараюсь все же взять себя в руки и описать все по порядку.

Итак, я во второй раз оказался в плену и уже потерял надежду выбраться. В оставленной для меня пище не содержалось ни яда, ни каких-либо психотропных веществ, поэтому я поел досыта. Потом помылся, переоделся в свою одежду (кстати, она оказалась постирана и даже выглажена). А затем принялся ждать.

Вскоре послышались шаги. Я ожидал, что в комнату ворвется банда киллеров, но вошла Крис. При виде ее я все равно испугался. Я сказал, что она обманщица и что я не поверю ни единому ее слову. Но Крис ничего не стала объяснять, она положила передо мной записи и ушла.

Несколько часов я сидел над ними – записи делала сама Крис. Из них я узнал всю историю, связанную с красками. Оказывается, в нашем холдинге появился шпион, который воровал разработки. Это был тот самый плюгавый Томас Меркенсон. Он наткнулся на мои изобретения, заинтересовался ими, а потому со своими ребятами ворвался в мою лабораторию и захватил меня.

Несмотря на многочисленную охрану, наши люди были застигнуты врасплох: Меркенсон прошел по пропуску, и тревогу подняли не сразу. Однако было тут замешано еще одно лицо – сама Крис.

Меркенсон пытался ее завербовать, а Крис, посовещавшись с директором, решила, что это будет лучший способ выйти на банду воров. Она втерлась в доверие Меркенсона и даже помогала ему поймать меня (в записях она упоминала, что у меня не было возможности сбежать от них, даже без ее помощи).

Они захватили меня, и что же: краски у них не было, а свои эликсиры я успел спрятать.

Тогда эти шпионы дали возможность Крис посетить меня, чтобы выведать у меня секреты. Она изображала, будто пытается дознаться, но сама просила меня не выдавать секреты фатума. Плохо было одно – в этот момент вошли люди Меркенсона и догадались, что она играет не на их стороне.

Так Крис потеряла доверие. Она не помнила себя от бешенства – надо было хватать мерзавцев раньше, но тогда ушел бы их глава – тот, кто стоял за Меркенсоном. Она хотела разоблачить того паука, что сидел в центре всей шпионской сети, и решила поймать его на живца.

Узнав, что мои составы в России, Крис поехала туда. Ее мама была русской, а поэтому девушка в совершенстве владела русским языком. В ее задачу входило отследить тех самых людей Меркенсона – рано или поздно они должны были появиться в России – и установить главаря… А также взять образцы краски. Крис справилась с задачей – человека Меркенсона зовут Говард, сейчас он рассказывает о банде, в которой состоит. Образцы красок тоже изъяты.

Что же касается меня – сначала я находился у людей Меркенсона. Судя по всему, они не знали, что со мной делать, и потому не особо искали меня, когда мне удалось сбежать.

Вторично меня похитили люди самого мистера N, директора холдинга. Они сделали это по нескольким причинам: во-первых, я пропадал на долгое время и меня необходимо было проверить. Ну а во-вторых, я был слишком эмоционален и мог провалить всю операцию… Все это я узнал из записей Крис.

Я долго обдумывал прочитанное и теперь ждал, когда придет Крис. Но она не приходила. Я подошел к двери, ведущей из моей комнаты, и выяснил, что она не заперта. Выйдя из комнаты, я понял, что нахожусь в удивительном особняке, большом и просторном. А там, за окном, было море.

– Ты будешь завтракать? Я тебя уже заждалась! – сказала Крис, которая хлопотала на кухне.

– Где мы? – растерянно оглядывая белую мебель, прозрачные стены, спросил я.