— Но я же…
— И не трясись. У твоего бывшего босса сфера бизнеса специфическая, далеко не все с ним пересекались, так что не так страшен чёрт, как его малюют. Пройдёт ещё пару лет, и сплетни поутихнут. Ты главное найди себе нормальное дело по душе, чтобы ни у кого мысли не возникало вспоминать о том, что было когда-то давно.
— Но разве от такого можно отмыться?
— Трудно сказать. Ты попробуй — надеюсь, у тебя получится.
Я не верила своим ушам. Неужели Стас и правда в меня верил? Неужели всё что он говорил, было сказано искренне?
У меня словно крылья выросли.
Глава 37
Александр
Оставив Настю перед похоронами её матери, я не находил себе места. Понимал, что должен был прожить эту чёрную полосу с ней рядом, подставив своё плечо, став её опорой и жилеткой. Но не прожил и не подставил. Чувствовал себя мерзавцем, но привык за последние годы, что бизнес — превыше всего. “Первым делом, первым делом самолёты, ну а девушки, а девушки потом”.
Окунулся с головой в свои рабочие проблемы, отодвинув Настю с сыном на второй план. Вынужден был констатировать, что стал чёрствым сухарём, бездушным эгоистом. Второй развод вытянул из меня всю душу, все эмоции и веру во что-то светлое.
Самое противное, что побочным эффектом наших отношений с Алёной стало то, что я теперь постоянно ожидал подвоха от Насти. В какой-то момент, вспоминая наши такие несвоевременные признания в любви, я испугался, что она меня не простит и назло мне выкинет какую-то гадость. Алёна бы точно именно так и сделала.
Но Настя, если и обиделась, то не подала виду. Наоборот, умудрялась благодарить меня за какие-то сущие мелочи и ждала моего возвращения. Она настолько отличалась от моей бывшей жены, что предугадывать её поведение у меня зачастую не получалось. Я окончательно понял, что ничего не смыслю в женщинах.
Настя никогда ни на что не жаловалась, не просила помощи. Я чувствовал ответственность за неё с сыном и вину, что не мог быть рядом с ними. Понимал, что после смерти мамы ей будет тяжело, потому и просил Стаса, чтобы они с женой присматривали за Настей и по возможности страховали.
Я давал ей достаточно денег, чтобы она могла покупать продукты на рынке, но Настя упрямо копошилась в огороде, перегружая спину. Меня это нервировало, я бы предпочёл, чтобы моя женщина больше заботилась о себе. Но на расстоянии повлиять на неё у меня не получалось.
Из разговоров с другом я знал, что они с Олесей много времени проводили вместе.
— Алекс, ты в курсе, что Настя — крутая училка? Я бы даже сказал, что она — волшебница.
— Вообще-то она педагогический закончила.
— Да, я теперь это тоже знаю. Просто делюсь с тобой своим восторгом. Мы Мирону наняли Павлову — все, с кем она работала, в один голос твердят, что она шикарно готовит детей к школе. Но с Мироном — никак. Она даже намекать нам стала, что он слабоват, математику не усваивает, что надо бы его ещё год подержать в саду, иначе не потянет учёбу. А как его оставить в саду, если он категорически настроен на школу? Так представляешь, Настя с ним немного позанималась — и он теперь щёлкает математику, как семечки. И даже намного усидчивее стал. Павлова в шоке от метаморфоз с ребёнком. Ну и я, соответственно, тоже.
— Честно говоря, я не помню, чтобы она говорила, что работала учителем. Аниматором была до аварии — я знаю.
— О, а с этим тоже прикольно. Шевчук узнал её у меня на днюхе. Настя вся напряглась сначала — наверняка нехорошее нафантазировала. А он говорит, что нанимал её развлекать малышню на Влада день рождения. Им понравилось тогда, хотел ещё и на следующий год пригласить, но она уже уволилась. Так я ему её прорекламировал как учителя, и Настя теперь с Владом тоже занимается. Шевчук очень доволен.
— Зачем ей это? Неужели я мало денег даю?
— Нормально ты даёшь. Но ты бы видел, как она преобразилась. Каждому важно знать, что он на что-то способен и его ценят.
— Думаешь? Тогда ты прав. С этой точки зрения я даже и не подумал.
— Я ещё отцу твоему при случае капну — пусть не думает о ней невесть что. Вообще не понимаю, кто и на кой чёрт так её затюкал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— А кто с Витей в это время? Может, няню нанять?
— Она его к нам привозит. Всё равно потом у неё с Мироном урок. Кстати, я деньги ей предложил за занятия, но она ни в какую.
— Нда, это всё для меня немного неожиданно. Но, помнится, когда я услышал, как она по-немецки шпарит, тоже удивился. Так что подозреваю, она вовсе не так проста, как кажется. Надеюсь, тут ей будет комфортнее, призраки прошлого отпустят.
Как же я скучал по Насте! Иногда казалось, что готов был всё бросить и махнуть к ней хотя бы на выходные. Но так складывалось, что за всё это время не было ни одной недели, когда я мог позволить себе на два дня отключиться от работы.
Мы часто общались по видеосвязи. Но невозможность прикоснуться к ней сводила меня с ума. И чем дольше я был вдали от Насти, тем невыносимее по ней скучал. К середине лета мне показалось, что больше не смогу. Просто поставил Вальтера перед фактом, что уезжаю к семье. Взял пять дней, после которых меня снова ждали важные встречи. За это время решить все вопросы с документами и перевезти Настю с Витей было невозможно. Но стоило начать с главного, а потом запустить процесс подготовки документов.
— Настя, я тут выгрыз себе отпуск на пять дней. Послезавтра утром прилетаю. Встретишь меня в аэропорту?
— Конечно, — её глаза загорелись счастьем. Я видел, что она искренне меня ждала и обрадовалась моему приезду.
— Я хочу забронировать нам отель где-то возле моря. Всего на четыре дня, но вряд ли этим летом я смогу куда-то свозить вас на более долгий срок. Так что, пожалуйста, к моему приезду собери вещи. Сходи завтра докупи, что там вам может понадобиться.
Она радостно кивала. И я сходил с ума от её улыбки. Как же круто было осознавать, что любимая женщина меня ждала и так же, как и я, считала дни до нашей встречи! Не мог избавиться от попыток сравнения её с Алёной. Настя однозначно выигрывала. Мне так не хватало в том браке ощущения своей нужности и исключительности! Стас верно подметил: “Каждому важно знать, что его ценят”. И особенно необходимо, чтобы ценили в семье.
Даже на расстоянии я чувствовал, что дорог, любим и необходим. Как я раньше мог в этом сомневаться? Наверное, был слепым глупцом.
Я бежал по зданию аэропорта, издали заметив самых дорогих мне людей — Настю и сына. Не видел их два с половиной месяца. Для Витюши это огромный срок. Ему на днях исполнилось полтора года, и большую часть этого времени меня с ним рядом не было.
Бросил сумку на пол, одной рукой подхватил малыша на руки, другой обнял Настю.
— Любимые мои, как же я по вам соскучился!
Витя засмеялся, обвил мою шею ручками.
— Папа!
— Маленький мой, ты меня узнал?
— Ну конечно, он тебя всё время вспоминал, очень скучал по тебе.
Не сразу мне удалось оторваться от них.
— Так, времени у нас в обрез. Настя, паспорт с собой?
— Да, как ты просил, я всё взяла и всё приготовила.
— Тогда мы сейчас берём такси и едем в ЗАГС, — Настя удивлённо посмотрела на меня. — Что ты на меня так смотришь? Любимая, ты выйдешь за меня замуж?
— Ты мне предложение делаешь?
— Не совсем предложение, получается скорее констатация факта. Так что, едем?
— И даже не спросишь, согласна ли я?
— Окей, спрашиваю. Согласна? Насть, времени совсем в обрез. Давай романтику, кольца и прочее оставим на потом, когда заявление подадим.
— Да.
— Отлично, побежали.
Я поднял сумку, не отпуская Витю, и мы поспешили на выход. Чёрт, надо было, конечно, как-то с ней поговорить заранее. Но ведь не отказала? Значит, вечером исправлюсь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мы воспользовались возможностью ускоренной регистрации, и нам назначили роспись на следующий день.
Дальше всё было как в ускоренной перемотке. Бегом в ювелирный за кольцами. Настя категорически отказалась от чего-то вычурного, поэтому мы остановились на самых стандартных ободках из белого золота. Она была убедительной:
