Затем свел торчащие из панели провода и завел машину. Я ошарашенно проследила за его действиями.
— Твою мать, Ян! Ты угнал эту машину?! — встревоженно спросила я, когда мы тронулись с места.
— Малыш, не трогай мою мать. Никогда. Даже ради сравнения. И нет, я ее не угонял, — и с лихой улыбкой и азартом в глазах повернулся ко мне и добавил, — Ее угнал Кот! А Кабан подогнал к тебе под дом.
— Шикарно! Цыган, ворованная тачка и твои друзья — Кот и Кабан…Они что, беглые животные из зоопарка? Имен у них нет? — обреченно подвела я итоги.
— Имен? Может и есть, но их никто уже не помнит. Нормальные кенты. Я тебя обязательно познакомлю с ними, мой Ангелочек.
— Скажешь, куда меня везешь на этой машине? В патрульную службу или прямиком в КПЗ вместо папочки?! — продолжала я, раздраженно.
Ладонь Яна накрыла мое колено, вызывая мурашки на коже. Хитрый цыган придумал правильную тактику поведения, чтоб отвлечь меня от нервных размышлений.
— Расслабься, малыш. Я ведь сказал, это сюрприз!
* * *
Белоснежные шапки, вязанные мелкими цветами — звездочками, создавали непроходимые джунгли. Ян уверенно пробирался по узкой тропе и тащил меня следом за собой, крепко сжимая ладошку своей грубой лапой.
Я вдыхала насыщенный запах сирени и следовала за широкой спиной цыгана. В белых цветках сирени он, весь в черном и со смуглой кожей, выглядел, как демон, заблудившийся в раю. А я его трофей. Украденный Ангел. Чувствуя, что он теперь не выпустит меня из своих цепких лап, я невольно улыбалась.
— Смотри, Ангелина, — Ян подтолкнул меня к краю обрыва.
Я восторженно ахнула, увидев панораму всего города у наших ног.
Пока я разглядывала крыши домов, купол церкви, небоскребы, которые казались игрушечными, Ян подошел сзади и обнял меня под грудь. Притянул в свое тело, обволакивая, словно заключая в уютный кокон.
Его дыхание коснулось затылка. Он прихватил губами шею и поцелуями пробрался до самого ушка. Шумно выдохнув, он втянул мочку в рот и прикусил, вызывая во мне бурлящий трепет и возбуждение.
— Я приготовил нам романтик. Свидание, для тебя, Ангелочек. Что предпочтешь, сначала, чтоб я тебя трахнул или покушаем… Покушаем или трахнул… — хрипло повторял он. Из всех его романтических излияний и слов в висках пульсировало только одно слово. Безотчетно, я повторила его со стоном:
— Трахнул!
Ян сильнее прикусил мое плечико и довольно зарычал:
— Верное решение. Потому что я бы тебя все равно сначала трахнул, — с этими словами он притерся каменным стояком к моей попе. Его руки незамедлительно и четко подхватили подол сарафана и потянули легкую ткань наверх.
Баро повел меня пару шагов к плюшевому клетчатому пледу, что он заранее расстелил. Он явно позаботился о нашем пикнике, чтоб все было идеально. Как и он сам!
Жаркие голодные поцелуи Яна жалили каждый сантиметр моего тела. Мы раздевались спешно, будто обезумевшие от страсти звери. Рвали одежду без разбора. Стягивали белье. Я с наслаждением водила по телу своего любимого цыгана. Твердые мускулы, что бугрились под смуглой кожей, ощущались под пальцами каленным металлом. Также, как торчащий к поджарому животу член.
— Попробуй, — Ян надавил мне на плечо, заставляя опуститься перед ним на колени.
— Я не умею, — призналась я с дрожью в голосе, когда огромный орган оказался перед моим лицом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ничего сложного, Ангелочек. Облизываешь, как мороженное. А сосешь, как карамель, — усмехнулся он сверху.
Ян собрал мои волосы в кулак и нетерпеливо притянул лицо к своему подрагивающему члену.
Слюна собралась во рту словно под действием древних инстинктов. Не анализируя происходящее, я поддалась своей тяге. Коснулась языком головки и обрисовала ее по кругу.
— Смелее. Член тебя не укусит. Только ты его, разве что. Но лучше не экспериментировать с зубами. Он нам целый еще пригодится, — подкалывал мою нерешительность дерзкий цыган.
Я распахнула шире губы и обняла его стальной орган. Втянула во влажную глубину рта.
Между ног покалывало от возбуждения. Откровенные греховные ласки будоражили во мне скрытые желания. Будили вожделение и слабость перед мужской мощью. Член Яна, увитый выпуклыми венами, отпечатывался в моем ротике. Упирался в горло крупной головкой. Скользил взад-вперед без остановки.
Его вкус, запах, налитая свинцом мощь будоражила рецепторы. Я захлебывалась от сумасшествия происходящего.
Ян прихватил меня под ребра и вздернул вверх. С рычащим стоном лизнул мои припухшие губы. Проникая юрким языком мимо зубов вглубь рта, он с остервенением нацеловывал и всасывал мой язык.
Мягкость пледа обволокла мою спину, как облако. Я очутилась на седьмом небе от счастья и переполнявшей меня эйфории. Тяжесть мужского тела, давление тупой головки члена на промежность и чистый запах сирени опьяняли. Я прогнулась навстречу Яну, с влажной готовностью, принимая его до основания.
— Мой Ангел. Любимая, — шептал Ян нежности, чередуя их с пошлыми грубыми словечками, — Тесная сучка. Такая сладкая!
И он продолжал толкаться бедрами, пронизывая меня своим тараном. С каждым его движением я стонала громче. Он рычал сквозь зубы. Наша плоть гулко и порочно билась друг о друга. А теплый, ласковый ветер разносил над городом безумные звуки нашего секса.
* * *
— Будешь со мной встречаться. Я отреставрирую фамильный дом и переедешь ко мне. Когда закончишь обучение — распишемся. Потом дети, — уверено говорил Ян, сжимая меня в объятиях.
После секса, такого острого и восхитительного, мы сидели в обнимку и кушали фрукты, которые Ян заблаговременно принес.
Он кормил меня сочным персиком. Специально сдавливал в руках фрукт. Я смеялась, когда сладкий сок стекал с губ по подбородку и капал на обнаженную грудь. Ян тут же вел по каплям языком, собирая их. Слизывал, как нектар с моей кожи. Будто случайно прикусывал соски. Затем повторял все сначала. Такими развратными действиями он меня дразнил и снова возбуждал. Мне хотелось одеться, но он не позволял. Признался, что сейчас поиграется со мной и еще раз по взрослому "распечатает".
Его слова про свадьбу и детей я воспринимала несерьезно. Мы ведь только начали встречаться. Но мне было приятно, что он строит дальновидные планы с моим участием.
— А что если мы поругаемся? Ты не думал, что так далеко заглядывать пока рано, — поддела я его в ответ.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Ян покачал головой и шлепнул меня по бедру.
— Я буду учить тебя не ругаться, — произнес он многозначительно.
— Ага. Интересно как, — кокетливо улыбнулась я.
— Все самые правильные мысли и воспитание вбиваются через жопу. Ты ведь, Ангелочек уже моя девушка. Между ног и во рту я тебя уже начал тренировать. Скоро приступим к экзаменам через задницу, — он говорил хитро и коварно. У меня невольно пробежали мурашки по коже. Видимо мои глаза стали пятикопеечными монетами. Потому что Ян рассмеялся, ослепляя меня рядом ровных белых зубов. Мне почудилось, что его клыки угрожающе блеснули.
