учила ее… быть тобой.
Я слушала его в полной растерянности. А он с болью, на которую щемящим чувством отозвалась моя собственная душа, продолжил:
— Я потерял тебя, как последний дурак. Выгнал, поступив, как мерзавец. А потом… годами пытался отыскать тебя в других. Обмануть себя самого…
Я негромко рассмеялась, и в этом смехе была и горечь от стольких тяжелых лет, и радость от того, что в итоге все встало на свои места…
— Но как ты спасся? — задала я вопрос, который не давал мне покоя.
— Ты, наверно, не знала, но у тебя под полом есть выход в подвал, соединяющийся с погребом в сарае… Когда балка рухнула, я вспомнил, как ремонтировал пол и под одной из досок обнаружил проход…
— Слава Богу, — всхлипнула я от облегчения. — Но что теперь будет?
Арс пожал плечами.
— Ну, Настя и Ольга понесут наказание за все это. А мы… Ты еще не передумала насчет того, что я тебе нужен?
Я с улыбкой покачала головой.
— Значит, все просто. Мы будем счастливы. Я ведь выполняю свои обещания, Аврора. Ты мне веришь?
Вместо ответа я уткнулась лицом ему в грудь, вслушиваясь в то, как мощно и надежно бьется его сердце.
Сердце, которое принадлежало мне. Теперь я в это действительно верила.
А зря или нет — это могла показать только дальнейшая жизнь…
Эпилог
Шесть лет спустя
— Меньше всего бы подумал, что все кончится этим, — сокрушенно покачал головой Арсений, но в его глазах притаилась улыбка.
Я с теплым чувством осознала, что это — гордость. За нашу девочку, за то, кем она уже стала и кем только еще стремилась быть…
— Почему же? — спросила, не тая, в свою очередь, улыбки.
— Ну, после увлечения Леси сначала танцами, особенно балетом, потом конным спортом… я был не слишком готов к тому, что в итоге она станет бегать с винтовкой на перевес…
Я рассмеялась. В этот самый момент дочь промчалась мимо нас на лыжах по направлению к стрельбищу и послала мимолетный взгляд, в котором я успела разглядеть радость.
От того, что мы были с ней. От того, что верили в нее. И от того, что за нее болели мы оба, потому что когда-то я приняла рискованное, но единственно верное решение — простить былое и шагать дальше.
И ни разу за прошедшие годы о нем не пожалела.
Арс постепенно вернулся к своей работе в фирме — надобность доказывать мне, что не претендует ни на что, кроме меня самой, попросту отпала. И как бы он ни был хорош по части хозяйственных работ, но его место все же было рядом со мной — во главе компании. Ведь если бы не он… я бы никогда в жизни, возможно, не решилась взять на себя ответственность за такую огромную фирму.
А еще Арс придумал объединить папино наследие с моим цветочным бизнесом, который я выстроила с нуля и который мне было жаль оставлять. Две компании слились воедино и это было решение, которое обернулось к лучшему для всех.
Так же, как и наше с мужем воссоединение. Жизнь чертовски коротка, чтобы тратить ее на обиды, особенно тогда, когда все уже простил. Пожар научил меня главному — нужно быть искренним с близкими людьми именно здесь и сейчас. Потому что в любой момент может стать поздно…
И хотя я любила свой прежний дом, который самолично купила, в том, что он сгорел, мне виделась некая символичность — одинокое прошлое пора было оставить позади. Пришло время вернуться в особняк, который принадлежал мне по праву и который так много для меня значил. Туда, где все началось и туда, где продолжилось много лет спустя, только теперь уже для нас троих.
Я вынырнула из своих мыслей и с улыбкой заметила:
— Да, Леся многое перепробовала… но зато теперь она твердо знает, чего хочет.
— А ты?
Я обернулась к мужу и вопросительно приподняла брови.
— Причем тут я?
— Просто подумал… а все ли сложилось так, как ты хотела?
Я покачала головой и по глазам Арсения пробежала тень беспокойства.
— Все сложилось куда лучше, чем я когда-либо мечтала…
Он порывисто прижал меня к себе и мы оба в унисон дрогнули, когда неподалеку раздалась стрельба — Леся уверенно закрывала мишени одну за другой…
— Она до того точно палит из винтовки, что даже страшно, — усмехнулся муж, продолжая обнимать меня так, словно боялся выпустить из рук.
— Ну, зато если вдруг на нас нападет полк разгневанных медведей — можно не волноваться, Леся нас всех спасет, — отшутилась я в ответ.
Арс хмыкнул мне на ухо и несколько мгновений мы молчали, наслаждаясь близостью друг друга. Пока я наконец не спросила:
— Как думаешь, а чем бы мог увлечься наш сын?
Муж замер, даже перестав дышать. Чуть отстранившись, заглянул мне в лицо, словно что-то безошибочно почувствовал, и сказал:
— А почему ты спрашиваешь?
— Ну… — замялась я, не зная, как преподнести ему такую новость — мне никогда прежде не доводилось этого делать…
— Боже мой, Ава! Это правда?
Он смотрел на меня с затаенной надеждой, с зарождавшейся на глубине глаз радостью, которой боялся дать свободу и ошибиться…
— Да, — выдохнула в ответ, больше не сомневаясь. — Я беременна.
— Господи, спасибо!
Он подхватил меня на руки и закружил. Все эти годы мы не планировали второго ребенка нарочно, но и не пытались этого избегать — просто как-то ничего не получалось. И уже стало казаться, что и не получится, когда я наконец увидела на тесте заветные две полоски…
И, видя теперь, как радуется этому муж, испытывала и сама сумасшедшее, ничем незамутненное счастье. Будучи беременной Лесей, я осталась совсем одна… теперь же верила и знала: все будет совсем иначе.
— Я люблю тебя… так люблю тебя, — шепнул мне на ухо Арс и от его губ, коснувшихся уха, по телу полетели мурашки.
— И я тебя люблю, — ответила просто.
И нисколько при этом не сомневалась — все лучшее у нас еще впереди.
Конец!
