– самый простой способ «спрятать» дверь. Иногда его пытались обмануть и делали в стене специальное отверстие, которое позже замуровывали[108].
Мертвецы проявляли хитрость: если их подводило зрение, они ориентировались на обоняние. Не нашли дверь – так придут на запах. Чтобы этого не случилось, после выноса покойного дом полагалось тщательно подмести. В Сконе для удаления «родного» запаха и отпугивания нечисти у дома клали мешочек асафетиды – отвратительно пахнущего высушенного молочного сока ферулы. Любой призрак тут же понимал: здесь ему не рады.
Под порогом оставляли железный или стальной предмет. Это самый лучший способ не пустить в дом нечисть, к коей приравнивались мертвецы. В дело шло все: ножницы, иголки, топоры и подковы. Иногда для большего эффекта порог натирали чесноком, читая при этом задом наперед «Отче наш».
У дверей или на придомовой территории разбрасывали еловые ветки, да так, чтобы иголки смотрели в сторону улицы. Захочет мертвец зайти во двор – уколется и уйдет восвояси. Еще один отвлекающий маневр – рассыпанные семена льна, которые усопший обязательно захочет пересчитать, прежде чем зайти. Дело это непростое, требующее много времени. Глядишь, он и передумает наведываться в гости.
Позаботиться следовало и о хозяйственных постройках. На время выноса гроба со двора уводили весь скот, а в дверях хлева вставал «дежурный», преграждавший вход мертвецу. Чтобы усопший не забрал пчел, ульи присыпали землей, приподнимали или временно уносили. В последний путь покойнику давали хмель, а в гроб бросали горсть земли с поля, чтобы умершему не вздумалось лишить село урожая.
На перекрестке по пути к кладбищу выливали воду (духи ее не выносили), а также оставляли что-то из вещей покойного. Для него это служило сигналом, что дальше идти нельзя.
Самоубийцы, роженицы, жертвы преступлений и страндваскаре
Особый ужас вызывали четыре категории покойников:
• самоубийцы;
• жертвы преступлений;
• утопленники;
• женщины, скончавшиеся при родах.
Все они считались потенциальными призраками и требовали особого с собой обращения – прежде всего, захоронения после захода солнца, что считалось постыдным.
Самоубийство – самый большой грех, который только мог совершить человек. Решившие свести счеты с жизнью шли наперекор и Богу, и судьбе. Предполагалось, что каждому отведен определенный отрезок времени, и нарушать этот закон нельзя. Решил поступить иначе (либо оказался жертвой преступления или несчастного случая) – станешь привидением.
Прикоснуться к самоубийце не могли даже палачи, поэтому их погребением занимались помощники заплечных дел мастера. У покончившего с собой ничего нельзя было изымать: веревка, на которой он повесился, нож, которым он себя заколол, и любое другое орудие отправлялись в мир иной вместе с покойником.
В гробы самоубийц не вбивали гвозди: их обвязывали ивовыми ветвями, что считалось страшным позором. Только в середине XIX века правила несколько смягчили: расставшихся с жизнью стали хоронить при церкви – правда, исключительно на северной («неосвященной») стороне погоста.
По ночам страндваскаре иногда заходили в воду и кричали, предупреждая о непогоде
Неоднозначно относились и к телам, выброшенным водой на берег. Трудно было определить, кто этот несчастный. Благочестивый рыбак или моряк, погибший при крушении? Или же обыкновенный самоубийца? Хуже того, незнакомец мог исповедовать другую религию, а значит, его нельзя было хоронить согласно христианским обычаям.
По этой причине утонувшим много веков не предоставляли мест на погосте. Их хоронили прямо на берегу, прикрывая могилу камнями. Считалось, что тяжесть валунов не позволит покойному покинуть последнее пристанище.
И все же многие утопленники становились так называемыми прибрежными призраками страндваскаре (strandvaskare)[109]. По ночам они заходили в воду и кричали, предупреждая о непогоде. Иногда залезали на спину припозднившегося прохожего в надежде, что тот отнесет его на кладбище.
В провинции Халланд спасу не было от страндваскаре. То и дело бродили они по берегу и кричали: «Помогите добраться до освященной земли!»
Как-то вечером заметил батрак, как такой призрак прицепился к дверям избы.
– Отнеси меня в христианскую землю, – взмолился страндваскаре. – За это я расскажу, где зарыл шкатулку с драгоценностями.
Сжалился над ним крестьянин, посадил его на спину, отнес к кладбищу да перекинул через окружавшую погост стену.
Поблагодарил его призрак и поведал, где шкатулку искать. И точно: нашел батрак зарытый клад в том самом месте, на которое указал страндваскаре.
Ну а на тот берег отправили священников, и благословили они его, и не появлялись с тех пор там привидения.
Сродни страндваскаре были жертвы преступлений и несчастных случаев. Зачастую трудно было определить причину гибели. А вдруг человек расстался с жизнью по собственной воле или спровоцировал каким-то образом свою смерть? Если так – с ним следовало поступать как с самоубийцей. Ну а если умерший и впрямь был убит, то похоронить его надлежало по всем христианским обычаям.
На всякий случай в месте обнаружения тела оставляли ветки и камни. Каждый прохожий вносил свою лепту, что помогало «удерживать» мертвеца в могиле, а заодно и напоминало о случившемся. В народе говорили: если не бросишь камень, то заболеешь или встретишь душу умершего.
Наряду с самоубийцами и жертвами преступлений или несчастных случаев проблему представляли женщины, умершие при родах. Формально роженица несколько недель не допускалась в церковь и потому приравнивалась к язычнице, а значит, при ее похоронах также следовало придерживаться особых ритуалов. Так, похоронная процессия останавливалась у церковных ворот, в храм заходила родственница усопшей, читала молитву за ее душу и оставляла дар на алтаре. После этого скончавшаяся считалась «очищенной» и могла быть погребена в соответствии с христианскими правилами.
Гасты
Под гастом (gast) обычно понимают некую невидимую субстанцию, чье присутствие ощущается или слышится. Звенящие цепи, крики, скрип по ночам – все это проделки гастов. Если они решают показаться, то появляются в виде скелета или груды костей (особенно часты такие эпизоды в Бохуслене), иногда – в белом или без головы. Кроме того, они обладают способностью обращаться (или вселяться) в собак, кошек, свиней или птиц. В Халланде они притворяются мешком, в Дальсланде и Вармланде – летающей шкурой, а в Сконе – едва заметно тлеющим огоньком. Встретить гастов можно в самых неожиданных местах, но основной ареал их обитания в Швеции – за пределами дома.
Как правило, гастами становятся преждевременно скончавшиеся люди и те, кто не был похоронен при церкви. Испытывая внутреннюю борьбу, гасты злобны и недружелюбны. Их цель – напугать или напакостить, порой даже друг другу. Они от души раздавали пощечины и тумаки, не говоря уже о попытках
