они уехали в ее паланкине весьма довольные друг другом. Я искренне порадовалась, наконец-то Фортуна улыбнулась и поэту. Лишь бы не прозевал вновь свое счастье, пусть только на сей раз оно продлиться подольше, если уж этой паре не суждено быть вместе до конца дней своих.
Я гуляла по своему дворику, замирая от восторга: «Мое, это все теперь мое, благодаря Гаю! Никто не выгонит нас с поэтом с чудесной древнеримской усадьбы, только вот, на что бы мы жили, не возьми нас под свою опеку консул Каррон и Оливия Котта…» Получается, без друзей и покровителей в любую эпоху не обойтись.
Если в мое современное время женщина могла получить образование и работу, сама себя худо-бедно обеспечивать, то здесь я могу только на благосклонность мужа рассчитывать, а непрактичный рассеянный Клодий волей – неволей зависит от настроения взбалмошной немолодой женщины, у которой находится на содержании.
Я чуточку загрустила от таких дум, но решила не уступать печали и помечтать, как украшу домик, разведу прелестный сад с розами, велю построить качели и… детскую площадку. У нас с Гаем обязательно будут дети, он сказал, что в обрадуется такой новости, потому как давно уже готов стать отцом. И я полностью разделяю его убеждения.
Так проходили дни…
* * *
За две недели я привыкла просыпаться рядом с Гаем, но сегодня пришедшая на мой зов Аннея сообщила, что консул рано уехал в город по важным делам. Я, конечно, понимала, что Гай не может взять отпуск надолго, но сбегать от меня вот так, даже не разбудив… Очень странно.
Я бы его проводила, правда, блинчики самой печь не обязательно, в доме хватает слуг, но просто поцеловать любимого мужчину перед уходом на работу мне хотелось.
До обеда я пыталась найти себе занятие в комнатах и во дворе, растормошила Артика на интервью и тщательно переписала парочку прошлых текстов. Гай не возвращался… Тогда я заскучала и решила отправиться в город, жаль, Кромиха консул забрал с собой, с чернокожим великаном всегда можно запросто перекинуться парой слов.
Несмотря на то, что Игар – распорядитель дома, предлагал мне лектику, то есть легкий портшез-паланкин, который должны были нести четверо дюжих сарматов, я решила прогуляться пешком. Взяла с собой Элиава за компанию и двух человек охраны, навязанных тем же Игаром. А еще при мне был мешочек с деньгами, и я весело расписывала молодому греку, что на сей раз ни в чем не буду себе отказывать.
Мы заглядывали во все лавочки по пути и теперь-то нас встречали, как дорогих гостей. Мой внешний вид и солидная охрана, гордо шагающая по пятам, свидетельствовали о том, что я вполне знатная и состоятельная матрона. У меня не хватило бы рук, чтобы нести все покупки, но к счастью, со мной были двое рослых мужчин, причем один бывший легионер Гая, «списанный из армии» после тяжелого ранения. Его имя было Кассий.
Я накупила всяческих индийских благовоний и ароматных смесей из Греции. Основой для их приготовления служило оливковое масло с добавлением растительных вытяжек: розы, шалфея, ириса, можжевельника и магнолии. Хочу продолжать эксперименты с массажем – очень уж они полюбились моему консулу.
Также я выбрала несколько кусков муслина и шелка благородных оттенков, из них мне сошьют новые паллы – домашние платья. Хорошо бы еще обновить выходной гардероб образцами моды двадцать первого века и в таком виде показаться у Оливии, вот удивится местный бомонд. А также я приобрела украшения для волос, зеркала и гребни, разнообразные дамские безделушки…
Потом мы отдыхали на Центральном Форуме, рассеянно прислушивались к разговорам в толпе, окружавшей эмоционального оратора. Люди все прибывали, их лица становились сердитыми и даже испуганными по мере того, как они обменивались репликами между собой.
– О чем они там спорят, Элиав? – лениво спросила я, любуясь рострумом ближайшей колонны.
Юноша возвратился с тревожными новостями:
– Восстание рабов охватило Сицилию и часть Кампаньи. Сенат негодует, ведь Плавту не удалось остановить мятежников, – две манипулы его легиона были позорно разбиты. Никто не ожидал, что беглые рабы так хорошо организованы и вооружены. Среди них множество прекрасно подготовленных бойцов. Они освободили пару гладиаторских школ и один за другим берут города Кампаньи, грозясь полностью захватить провинцию и пойти на Рим.
– Безумцы! – бывший легионер Кассий возмущенно сжал кулаки, продолжая свою гневную речь:
– Они хотят поставить на колени победителей Африки и Азии, властителей Срединного моря?! Клянусь волоском из бороды Марса, грязных рабов ждут кресты вдоль дорог и вороны будут клевать их мутные глаза под зубовный скрежет!
Я вздрогнула, живо представив себе такую жуткую картину. Кассий не унимался:
– Эх, если бы меня пощадил Громовержец, и я мог сражаться как прежде, под началом Каррона, мы бы за один день разгромили сборище отродья, даже не запачкав свои знамена.
Меня охватил озноб недоброго предчувствия:
– А вы думаете, Гая могут отправить подавлять это восстание?
От волнения я даже перешла на "вы". Кассий казался гораздо старше меня и не был рабом. Бывший солдат строго посмотрел в мою сторону единственным глазом:
– Конечно! А кто же еще? Тит Лукреций со своими легионами сейчас охраняет рубежи в Германии, там тоже неспокойно. Плавт разбит и ему не доверят командование, хоть он и рвется восстановить свое доброе имя. Всем известно, что усмирять рабов придется нашему Каррону.
Известно всем, кроме меня, его новоиспеченной невесты… Я закрыла лицо руками, чувствуя, что сейчас разревусь. Гай, вероятно, знал положение дел на юге страны, но даже словом не обмолвился, что может снова попасть на войну. А может, просто не хотел меня тревожить, нам было так хорошо и спокойно вместе.
– Госпожа, не печалься, – успокаивал меня молодой грек, – это не займет много времени, консул вернется с победой и вы сможете готовиться к свадьбе.
Как бы мне хотелось в это верить… Желание продолжать прогулку исчезло, мы и так долго отсутствовали, Гай может ждать нас в усадьбе. И мне еще влетит от него за то, что не сижу дома, ожидая жениха, как положено добродетельной Пенелопе.
И не важно, что мы еще не женаты, это простая формальность, тем более, что в Риме легко развестись, особенно мужчине, который хочет избавиться от надоевшей спутницы жизни, чтобы привести в дом новую подругу.
Вернувшись в дом консула, мне пришлось пережить новую неприятность. Оказывается, Гай Марий полчаса метался по своим комнатам, как разъяренный лев, поскольку вынужден был срочно покинуть город с ответственной миссией, а милая невеста бродит неизвестно где и достойно попрощаться
