«У наших отношений бывают разные периоды, в том числе и периоды, напоминающие наши пылкие дни и ночи в первое время» — констатирует Сименон. Под влиянием спиртного, Дениз стремиться к покаянию и близости, а протрезвев не на долго, обливает мужа холодом и презрением. Вечером, когда он заходит в ее кабинет, Ди вдруг бросает ненавидящий взгляд:
— Что тебе еще надо?
— Поцеловать тебя.
— Только поскорее.
Все это заканчивается бурными, отчаянными объятиями.
В растерянности, он начинает заносить свои наблюдения и мысли в тетрадь.
Ничего в доме не запирается, кроме кабинета Дениз и секретарши. Разумеется, Дениз нашла дневники мужа.
— Почему ты пишешь тайком? Обещай давать мне читать все, я ведь никогда не забываю прочесть твои романы.
Она знает, что Тижи читала все, написанное мужем, и не хочет отставать. Кроме того, жадно прочитывая новые тексты мужа, она ищет своего отражения в тех или иных образах.
Теперь необходимость давать на прочтение Дениз свой дневник, толкает Сименона к искажению фактов — он настолько преувеличивал свои чувства к жене, что они стали неузнаваемыми.
Через несколько лет эти тетради прочтет знакомый литератор.
— Вы непременно должны напечатать свои дневники! Это же документ первостепенной важности! — советует он.
Сименон позволил уговорить себя, назвав рукопись «Когда я был старым». Во времена написания дневника ему было 57 лет, и он считал себя стариком. Когда книга вышла в свет, 65-летний Сименон, много потерявший и нашедший, наконец, покой, чувствовал себя обновленным. Ему немного стыдно за свою сладкую ложь, он признается: «За книгу ухватились биографы, не подозревая, что она написана, чтобы удержать жену от сползания в пропасть»
Супруги едут в Лондон, где должны заключить контракт с «Би- Би- Си» на экранизацию пятидесяти двух романов о Мегрэ. Обсуждения контракта в течении двух дней превращается в сплошные дискуссии. В результате и Сименон, и Дениз проглядели один пункт, о котором Сименон узнал много лет спустя. Этот пункт предусматривал, что по истечении контракта, все копии и негативы будут уничтожены в присутствии судебного исполнителя. Что и было осуществлено.
Дома после небольшого затишья, все продолжалось по старому. Не хорошее место, этот старинный замок.
ЧАСТЬ ВОСЬМАЯ. ДОМ ЕГО МЕЧТЫ, ЕГО НАДЕЖД, ЕГО ПЕЧАЛЕЙ
1
Возле замка Эшандан началось строительство самой большой сортировочной железнодорожной станции Швейцарии. Могучая техника сотрясала землю. Шум и пыль заставили Сименонов подумать о перемене места жительства.
Впервые в жизни Сименону приходит мысль построить дом по собственному проекту. Он отыскал в окрестностях Эшандана участок земли, с которого открывался чудесный вид на луга, Альпы, Женевское озеро с высоко бьющим фонтаном. Он приобретает его и два участка рядом с правом покупки впоследствии соседних фермерских хозяйств. Приглашенному для строительства архитектору Сименон предоставил собственный подробно разработанный план дома с обозначением размещения комнат и размеров всех помещений.
Летом семейство едет в Венецию с нянями и детьми. Останавливаются в главном отеле Лидо — на острове с обширными пляжами. Добраться с острова до города можно на катере за пятнадцать минут. Отличная погода, прогулки, подарки, загар — все способствует прекрасному настроению.
Мари — Джо делает важное открытие: каждый день к вечеру на террасе отеля в Лидо
играет оркестр, и в свете разноцветных фонариков танцуют пары. Она устраивалась поближе к музыкантам и быстро с ними подружилась. Девочка любит музыку, ей известно многое из репертуара оркестра. Прежде всего — восторг и задыхание — «Вальс Теннеси» — ностальгический вальс юга США, завороживший ее с раннего детства. Мари — Джо с завистью смотрела на танцующих, среди которых кружили «девушки- колокольчики», приглашаемые отелем для участия в танцах.
— Не хочешь потанцевать, Дэд? — робко спросила девочка.
— С радостью, Моя принцесса!
И вот они вместе вальсируют под любимую музыку. Высокому Жоржу приходится наклоняться, что бы держать десятилетнюю дочь за талию. Временами на самых крутых поворотах он поднимает ее высоко вверх и сине–белое воздушное платьице порхает вокруг ее тоненького тела.
— Еще! — просит Мари — Джо, ее глаза сияют восторгом и нежностью.
Теперь каждый вечер у них чуть ли не тайное свидание за первым столиком возле оркестра. Заметив девочку, музыканты сразу начинали играть вальс. Жорж приглашал свою даму на тур вальса и они летели по площадке в головокружительном хороводе цветущих кустов, пальм, розового закатного неба, глади моря, серебрившегося зеркальной гладью. На трогательную пару все обращали внимание, любовались малышкой и ее не молодым, но таким обворожительным отцом.
Эти танцы в лучах заходящего солнца, окрашивающих разгоряченное личико Мари — Джо, останутся лучшими воспоминанием долгой жизни Сименона.
«Мари — Джо необычно умная, наблюдательная девочка, умеющая размышлять и чувствовать. С раннего детства крайне чувствительная, она легко печалилась, и любая малость была способна привести ее в восторг или в отчаяние. Любой пустяк, неловкость пронзают ее сердечко, но она не плачет и никогда не просит утешения…»
2
Вернувшись в Эшандан, Сименон написал «Мегрэ и старики» и роман «Бетти», в котором рассказывал о погибающей от пьянства женщине. Прочитав рукопись, Дениз решила, что именно ее имел в виду муж, описывая поведение алкоголички.
— Хорошенький «портрет» любимой жены у тебя получился!
— Бетти не имеет ничего общего с тобой.
— Но она пьет и скандалит.
— К несчастью, этим грешат многие.
— А я, к тому же, работаю как вол. Эткен в отпуске и я завалена лавиной скопившейся почты.
— Что делает вторая секретарша?
— Я выгнала ее. Пришлось взять другую. Она еще не приступила к работе, этакая простушка.
— Зачем тебе бестолковая секретарша?
— «Простушка» — не означает отсутствие сообразительности и эрудиции. Напротив — это идеал женственности, обладающий всеми достоинствами. Так меня учит мой мудрый супруг.
— Изящное подтрунивание над моими слабостями.
— Не только подтрунивание, но и ублажение слабостей. Она как раз в твоем вкусе. Я назвала ее «Блины». Краснощекая коровница — совершенно русский тип. А блины -
— излюбленная пища русских.
Вопрос о флиртах Сименона со служанками остается спорным. Дениз настаивает, что обширный женский персонал был набран из «гаремных» соображений. Сам же Сименон категорически отрицает связи с прислугой, делая исключение лишь для одной, которая появится в его жизни позже.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
