– Значит, ты нашел себе подружку в нашем дивном городе, не так ли, дядюшка Рене?
– Что ты здесь делаешь? – спросил Рене холодным, почти враждебным тоном.
– Погоди, дорогой дядя, – ответил Франсуа, переходя на французский. – Разве ты не собираешься представить меня своей американской девице?
Элина выпрямилась, напрягшись всем телом.
– Меня зовут… – начала она на превосходном французском, но Бонанж не дал ей договорить.
– Мадемуазель Уоллес, – закончил Рене за нее. – Но тебя это совершенно не касается.
Франсуа пристально рассматривал девушку.
– Уоллес? – переспросил он. – Знакомое имя. Оно звучит не по-французски. Ты здешняя?
– Я из Миссури, – с вызовом заявила она, несмотря на предостережение, и осторожно добавила: – А здесь у меня родственники.
– В самом деле? – небрежным тоном произнес Франсуа, прищурившись. – А также друзья, как я вижу.
Элина расправила плечи, приготовившись дать своему наглому сводному братцу достойный отпор, но Рене быстро сказал:
– Франсуа, отправляйся-ка ты прямо в дом. Я скоро вернусь, и мы спокойно обсудим твои дела.
Выражение, мгновенно промелькнувшее на лице Франсуа, привело Элину в замешательство: словно внезапно его осенила какая-то мысль. Переведя взгляд с Рене на Элину, он снова сально ухмыльнулся.
– Мое дело к тебе не займет много времени, – сказал Франсуа. – Я только хотел спросить, что мне следует говорить маман о твоей дуэли с этим подонком, карточным шулером, две недели назад. Маман очень обеспокоена.
Сердце Элины бешено забилось. Дуэль… Конечно же, это Рене убил ее брата. Но он заверил ее, что это ложные слухи, и она почти перестала сомневаться в его невиновности.
Как она могла оказаться такой легковерной? Конечно же, он лгал. У нее нет оснований думать иначе.
– Я не дрался на дуэли, – вымученно произнес Рене, напрягшись всем телом.
– Конечно, нет, – сказал Франсуа, подмигивая дяде. – Никто из нас никогда не дрался, не правда ли? Как бы то ни было, до маман дошли слухи, и она без конца задает мне вопросы. Должен ли я сказать ей правду, или лучше вообще ничего не говорить?
Пальцы Рене прямо-таки вонзились в тонкую талию Элины, когда она отстранилась от него.
– Скажи Джулии правду, Франсуа. Объясни, что слухи – это всего лишь слухи. Я действительно ни с кем не дрался на дуэли, так что нет оснований для тревоги.
Франсуа пожал плечами:
– Ее не слишком-то волнует, что ты убил человека, так что нет необходимости скрывать это от нее. Но она беспокоится, что ты можешь попасть в тюрьму.
– Я хочу вернуться домой, – вмешалась Элина, прежде чем Рене успел ответить, и попыталась разомкнуть железное кольцо рук, удерживающих ее. – Пожалуйста, не беспокойтесь, не надо возвращаться со мной. Я просто прогуляюсь. Вам с вашим племянником необходимо о многом поговорить, и свидетели вам не нужны.
Ей следует бежать прочь от обоих. Она не может больше оставаться здесь и слушать, каким небрежным тоном они говорят о ее брате. Не рассказать ли ей Франсуа свою историю, мелькнула мысль. Но она не доверяла ему. Тем более что имела право получить часть наследства, которое Франсуа считал своим.
– Я отвезу тебя домой, – настаивал Рене.
– Нет! – в отчаянии воскликнула Элина и уже спокойнее сказала: – В этом нет необходимости.
– Да ну, дядюшка, – вмешался Франсуа, – можно подумать, ты держишь бедную девочку в заточении. Не настолько же ты увлечен ею, что боишься отпустить ее от себя ненадолго?
Элина почувствовала, как напряглось бедро Рене, касающееся ее ноги.
– Увы, дорогой племянничек, но ты точно подметил. Она так сильно меня очаровала, что я просто обязан выполнять любое ее желание. Встретимся в доме.
Затем Рене одним быстрым движением выхватил у Элины поводья, повернул коня и галопом помчался к дому. Элина изо всех сил цеплялась за луку седла.
Никогда больше она не поверит ему! Подлец! Пусть только тронет ее хотя бы пальцем, она ему покажет. Ни за что больше не поддастся его чарам. Ведь он убил ее брата!
Когда Рене осадил коня возле дома, Элина оглянулась и увидела, что ее сводный брат неторопливо следует за ними. Рене спешился, затем снял Элину с седла и поставил рядом. Его лицо пылало от еле сдерживаемого гнева, и, взглянув на него, девушка содрогнулась. Она попыталась вырваться из его рук, удерживающих ее запястья, но он не отпускал ее.
– Оставь меня! – крикнула она. – Я не верю ни единому твоему слову. Мой сводный брат утверждает, что это ты убил Алекса. Это невыносимо! Пойми же, наконец!
– Франсуа – круглый дурак… – начал Рене, стараясь удержать ее. В тщетной попытке освободиться она стала колотить его кулаками в грудь.
– Нет! Это я круглая дура! – Слезы струились по ее лицу. – Я думала… О, невозможно вообразить! Мне следовало знать, что твои слова ничего не стоят, как и слова моего отца!
Подъехал Франсуа. Рене метнул на племянника яростный взгляд. В этот момент Элина изо всех сил пнула Бонанжа в голень.
– Отпусти меня! Пожалуйста!
Не говоря ни слова, Рене отпустил ее, и она вбежала в дом. Рене смотрел ей вслед, ощущая страшную тяжесть на сердце. Затем пристально взглянул на племянника.
– С какой целью ты без конца повторял эту ложь при Элине? Франсуа, оставаясь в седле, нервно подергивал поводья.
– Я… я думал, это произведет на нее впечатление. Женщины восхищаются дуэлянтами, как героями. Знаю по собственному опыту.
Рене холодно смотрел на племянника. Ему хотелось стащить мерзавца с лошади и бить, бить, пока тот не превратится в кровавое месиво.
– Человек, которого, по твоим словам, я убил, был ее любовником, глупец. Мне потребовалось много времени, чтобы убедить ее, что я его не убивал.
Франсуа удивленно округлил глаза.
– Ее любовник? – С минуту он помолчал, затем пожал плечами. – Для таких женщин, как она, это не имеет значения. Для них все любовники одинаковы.
Плоские шуточки племянника привели Рене в бешенство. Он шагнул вперед и схватил коня Франсуа под уздцы. Франсуа попытался выхватить у него поводья, но не смог.
– Запомни раз и навсегда, Франсуа, – спокойно сказал Рене. – Она тебе не девка, и я не позволю ее оскорблять. Пока она живет в этом доме, ты не будешь здесь появляться. Убирайся, не то тебе не поздоровится.
– Я не хотел причинить тебе вред, дядюшка Рене… – начал Франсуа.
– Ну, давай! – прорычал Рене. Он отпустил повод, с силой хлестнув коня по заду, и тот припустил прочь по аллее. Даже не обернувшись, Рене вошел в дом.
Но когда, перепрыгивая через две ступеньки, он направился в комнату Элины, его ярость слегка поутихла, и он задумался.
Зачем приезжал Франсуа? И почему так настойчиво повторял при Элине эти нелепые слухи?
