Лена – » Мири, Сю: «sm» Я тебя предупреждала. «/sm»
Одна девчонка оторвалась от группы детей и бежала вместе с золотым огнем, как-то догадываясь, где и когда он вспыхнет. Потом она странно взмахнула ногой – и приземлилась на заднюю часть. Тут же зажегся свет на ближайших воротах, такой резкий и яркий, будто весь туман вдруг сгустился в расплывчатое изображение футбольного мяча. Все вокруг орали, даже фантомные взрослые на трибунах.
Роберт недовольно хмыкнул. Даже такая простая штука, как футбол на школьном дворе, казалась бессмысленной. Он потянул себя за манжету, пытаясь получить вид почетче.
– Это не ваша вина, друг мой. Вы все видите правильно. Голос шел прямо из-за плеча. Роберт оглянулся, но тела, сопровождающего голос, не оказалось. Он таращился в пустой воздух. Секунду спустя голос заговорил снова:
– Посмотрите на табло. В этой игре все нечетко, даже счет. На большом табло, обращенном к трибунам, взятие ворот было зафиксировано как 0.97.
– Я бы все же сказал, что надо округлить до единицы. Девочка забила блестящий, почти верный гол.
Команды на поле расходились по своим сторонам. Очередной фантомный розыгрыш уже начался.
Роберт не отрывал глаз от зрелища внизу, и услужливому голосу не ответил.
– Вы ведь не узнаете эту игру, профессор? Это футбол Игена. Смотрите. – Перед глазами поплыла справка – все, что можно было знать о футболе Игена. На поле свалились трое ребятишек, двое столкнулись. – Конечно, – продолжал голос, – это всего лишь приближение к идеалу.
– Не сомневаюсь, – ответил Роберт и чуть не улыбнулся. Голос незнакомца был вкрадчив, убедителен – и почти в каждой фразе чуть-чуть слышалась снисходительность. Приятно иметь дело с типом, который ему более чем хорошо известен. -
Иди-иди, мальчик. Тебе еще пахать и пахать, пока ты сможешь со мной играть в эти игры.
– Я не играю в игры, друг мой. – Ответ прозвучал сначала сердито, но к последним словам вернулась та же добродушная снисходительность. – Вы интересный случай, Роберт Гу. Я привык манипулировать людьми, но обычно через посредников. Слишком я занят, чтобы самому болтать с придонными жителями. Но вы меня заинтриговали.
Роберт притворился, что полностью занят игрой, однако голос продолжал:
– Я знаю, что вас грызет. Я знаю, насколько вас тревожит, что вы больше не можете писать стихи.
Роберт не мог не вздрогнуть от неожиданности. Невидимый незнакомец издал тихий смешок – как-то он отличил это движение от естественных подергиваний Роберта.
– Тут нечего стесняться. Своих реакций вам не скрыть. Медицинские датчики на территории школы настолько хороши, что вполне способны заменить детектор лжи.
Надо просто встать и уйти.
Но Роберт еще несколько минут посмотрел «футбольный» матч. Когда он решил, что овладел собой достаточно, он сказал:
– Значит, вы совершаете преступление. Еще смешок.
– В своем роде, хотя это преступление мастера сетевых умений. Можете считать меня неким высшим существом, повелевающим всеми средствами, которые смертные выбрали для интеллектуализации ландшафта.
Это наверняка мальчишка. А может быть, и нет. Может быть, посетитель невидим, потому что его виртуальное присутствие на школьной территории было бы нарушением закона. Роберт пожал плечами:
– Я с удовольствием сообщу о вашем «мастерстве сетевых Умений» соответствующим властям.
– Вы этого не сделаете. Primus – поскольку полиция меня все равно никогда не определит. Secundus – поскольку я могу вернуть вам то, что вы потеряли. Я могу вернуть вам поэтический голос.
На этот раз Роберт уже владел собой и смог испустить вполне приемлемый скептический смешок.
– Ах, – сказал собеседник, – какая подозрительность… и притом – начало веры! Вам следует почитать новости или просто ослабить фильтры. В прежние времена, бывало, спортсмены жили на стероидах, а студенты – на амфетаминах. В основном эти лекарства оказывались ложными обещаниями. Сегодня у нас есть вещи, которые действуют по-настоящему.
Господи, торговец наркотиками! Роберт чуть было не рассмеялся совершенно искренне, но вспомнил самого себя, свою гладкую кожу, способность бегать и прыгать и не задыхаться. Это уже было бы магией по меркам моей прошлой жизни. Да, возможно, с ним говорит торговец наркотиками, ну и что?
– А какая прибыль от наркотика для восстановления поэтического дара?
Роберт говорил с должным пренебрежением, понимая, сколь много он раскрывает. Хотя скорее всего это не важно.
– Профессор, до чего же вы старомодны! – Незнакомец помолчал. – Видите вот эти холмы к югу? – Холмы были покрыты нескончаемыми домами. – В нескольких милях за ними находится одно из немногих мест, где все еще важно физическое расположение.
– Университет Сан-Диего?
– Тепло. Я имею в виду биотехнологические лаборатории вокруг кампуса. То, что происходит в них, совсем не похоже на медицинские исследования двадцатого века. Современные лекарства – вещь потрясающая, но часто они уникальны для каждого пациента.
– Таким образом исследования не профинансировать.
– Не поймите меня неправильно, лекарства широкого спектра действия все еще приносят большой доход. Но даже их приходится подвергать индивидуальным анализам для предотвращения побочных эффектов. Лечение Альцгеймера иногда бывает неполным, но неудачи носят идиосинкрастический характер. Нет на свете другого великого поэта, у которого та же проблема, что у вас. И на сегодня лечения нет.
Этот шут хорошо умел перемежать грубые щелчки по носу с не менее грубой лестью.
– Но мы живем в век расширяющих лекарств, профессор, и многие из них – разового действия. Есть шанс, и очень хороший шанс, что лаборатории можно заставить найти лечение для вас.
Магия. Но что, если такое па самом деле возможно? Мы же в Будущем, и я снова жив, и может быть… Роберт почувствовал, как зарождается в нем надежда, и не мог ее подавить. Я у этого гада в руках. Я знаю, что он меня использует, но мне плевать.
– И с кем же я заключаю сделку, о Таинственный Незнакомец?
Вопрос был на проигрыш, но Роберт не удержался.
– Таинственный Незнакомец? Гм… – Пауза. Наверняка этот параграмотный смотрел справку. – Слушайте, да вы же с первого разу угадали мое имя! Таинственный Незнакомец. Очень удачно.
Роберт скрипнул зубами.
– И я так понимаю, что за вашу помощь я должен буду расплатиться чем-то незаконным или опасным.
– Определенно незаконным, профессор. И в чем-то опасным – для вас. То, что может вас вылечить, станет прорывом на неизвестную пока медицине территорию. Но в то же время оно того весьма стоит, как по-вашему?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
