— Нет. Не зайдем, — отрезал Ник и направился к дверям конюшни. — Заберем Борьку и уедем.
Я зло притопнула. Ну что за вредина?! Почему хотя бы не попытаться? Я же не предлагаю ему появиться на пороге с гармошкой и пляшущим медведем!
— А вещи? Я в этом платье как бесплатный указатель «Мы тут».
— Купим другие! — донеслось до меня.
— Ночью?
До меня донеслось недовольное хмыканье. Не затрудняясь ответом, Ник перемахнул через забор. Прильнув к щели, я увидела, как Ник прокрался к двери конюшни, на мгновение замер, прислушиваясь, и решительно шагнул в царившую там темноту. Впрочем, можно было и не маскироваться под гидайского разведчика — Борька в один миг спалил всю засаду, выдав Ника с головой:
— Ник! Братан! Какого… ты сюда приперся? — раздались из конюшни переливчатые вопли. — В гостинице вас ждут! Меня демоны минут десять отборным ячменем пытали, но я ничего не сказал! Вот ни словечка! А так хотелось послать их всех на х… хутор бабочек ловить!
В гостинице?
Ждут?
Демоны?
Перед внутренним взором появилась целая толпа поджидавших нас Фениксов. Словно в ответ на эти мысли за спиной послышались крадущиеся шаги. Я стремительно развернулась, на мгновение замерла, разглядывая окружавших меня бравых детинушек, одетых в форму дворцовых стражников, и со всех ног бросилась бежать.
— Взять ее! — раздались сзади оживленные крики, топот ног…
Последнее, что я увидела, прежде чем растянуться на мягкой травке, запнувшись о невидимый валун, был Борька с сидевшим на нем верхом Никитой. Вырвавшись из конюшни, коняга вынес хлипкую калитку, перемахнул через занимавшихся моей поимкой стражников и помчался по улице прочь.
— А что с тем? — пробубнил над ухом чей-то голос. Сильные руки, не церемонясь, грубо дернули меня, заставляя подняться на ноги.
— Нам он не нужен. Илья Петрович велел привести к нему только девицу.
Меня грубо толкнули в спину:
— Шагай!
— Но мне нужно в гостиницу! Забрать вещи! — завертелась я, пытаясь вырваться из удерживающих меня рук, но меня лишь сильнее стиснули и почти волоком потащили к подъехавшей карете.
— Тебе больше не понадобятся вещи, деточка! — «успокоил» появившийся перед каретой усач, осклабился, словно сказал смешную шутку, и распахнул дверцу.
Меня впихнули в темное нутро кареты и захлопнули дверцу. Кучер гикнул, и карета понеслась, поскрипывая и подпрыгивая на попадавшихся под колеса камушках.
— Госпожа… Ты так быстро изволила покинуть меня, не закончив любопытную беседу… — Где-то совсем близко послышался знакомый вкрадчивый голос. Я затаила дыхание, глядя, как из темноты вылепляется породистое лицо рыжего советника. — Прошу прощения, что я так бесцеремонно позволил себе пригласить тебя на приватную беседу и кое-что прояснить…
Я вжалась в сиденье, таким безумием блестели его глаза.
— Ты… меня убьешь?
На его лице появилась многозначительная улыбка и, оцарапав душу тревогой, так же стремительно исчезла.
— Пока нет. Но… все зависит от тебя!
— Что ты хочешь? — Я постаралась, чтобы мой голос звучал ровно и даже равнодушно. Надеюсь, у меня получилось. Не хватало еще, чтобы этот псих решил, что я его боюсь!
— Хочу? Мм… дай подумать… — Глаза советника приблизились, и моих ушей коснулся его угрожающий шепот: — Может быть, я хочу, чтобы ты рассказала мне чуть больше о своей семейной драгоценности? За что? Почему? Почему я? Почему моя семья? И если ты сможешь убедить меня, что не виновна в моих бедах, я пощажу тебя. Обещаю! Начинай!
Я сглотнула мешающий говорить комок, еще раз вгляделась в безумные глаза советника и… пожала плечами.
— Мне больше нечего сказать, кроме того, что я уже сказала тебе на балу. Добавлю только одно: это кольцо убило мою маму, это кольцо уже разрушило не одну жизнь, и… это кольцо принадлежит моему мужу. А он всегда получает то, что ему нужно. И если не отдать ему кольцо, от этого цветущего царства не останется камня на камне, как, впрочем, и от всего этого уютного, красивого мира, в котором мы привыкли жить. А теперь можешь меня убить и обречь себя на еще большее безумие. Потому что ОН — придет за тобой.
В глазах советника мелькнуло удивление:
— Ты сейчас о ком говоришь? Кто придет?
— Мой муж! — Я вдруг даже испытала невольную гордость за наше с ним шапочное знакомство. Пусть я замужем за чудовищем, но он ради достижения своей цели умудрился запугать до сумасшествия немало сильных мира сего! А это дорогого стоит.
— Муж? А при чем тут муж?! — Главный советник вытаращился на меня так, что в полумраке кареты его глаза показались мне огромными белыми бусинами, вот-вот готовыми выпасть. Видимо, его контуженая черепушка оказалась неспособна вынести еще чье-то безумие. А ведь, наверное, в его глазах я выглядела именно так. Заговариваюсь, беспочвенно угрожаю… Не боюсь… — Что за муж? Твой муж? Кто твой муж?
Не в силах больше вынести напряжение этого бесконечного вечера, я невольно хрюкнула и, не выдержав, расхохоталась. Пусть будет что будет! Даже если мне суждено погибнуть в лапах этого безумца. Пусть! Только скорее бы!
— Замолчи! Слышишь меня? — Его цепкие пальцы больно впились мне в плечи и изо всех сил затрясли как грушу. — Замолчи, или я сверну тебе шею!
И тут меня осенило. Мучаемый белоглазым демоном ученый Цитрон боялся смотреть в зеркала… А если это мой шанс?
— Хорошо. Ты хочешь узнать, кто мой муж? — Я без тени улыбки снова посмотрела в горящие безумием глаза советника, сунула руку за пазуху и, словно клинок, выхватила зеркало. — Смотри!
Советник в ужасе уставился в мутное стекло, но не успела я порадоваться правильно выбранной тактике, как он зло расхохотался:
— Наивная! Ты, верно, наслушалась историй о моем папаше и решила, что я, так же как и он, боюсь зеркал, потому что вижу в них белоглазого демона? Нет! Я не так долго был под властью проклятого украшения. И еще… Ты мне надоела! Теперь я точно знаю, что это ты виновата в бедах моей семьи. Я не знаю зачем, но это ведь ты сделала так, чтобы проклятое кольцо попало в руки моего отца? — И не дав ответить, крепко сцепил холодные пальцы у меня на шее. — Сейчас ты поплатишься за все наши беды! Молись, если умеешь!
Я забилась, пытаясь вырваться, но… куда там! Может, он и был душевнобольным, но слабым его назвать было нельзя. Сознание стало меркнуть и напоследок попыталось сыграть со мной злую шутку. Я четко услышала перестук копыт, догоняющий карету, а в следующее мгновение у меня за спиной будто бы распахнулась дверца. Не прекращая душить, советник вдруг взглянул поверх моей головы, вытаращил глаза и отчаянно завопил, а после и вовсе понес какую-то околесицу:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
