— Ты что, потребуешь плату? — изумилась Клэри. — Ведь Люк твой друг!
— Люк мне не друг, — произнес маг, вынимая из нагрудного кармана тонкую синюю сигарету, — просто знакомый — встречались с ним пару раз, когда он вместе с твоей мамой приводил тебя на очередной сеанс блокирования памяти. — Магнус провел над сигаретой рукой, и ее кончик немедленно загорелся. — То есть вы считаете, что я помогаю вам по доброте душевной? Или вы просто не знакомы больше ни с одним магом?
Джейс слушал этот монолог, и в его янтарных глазах начали тлеть искры гнева.
— Нет. Но ты в самом деле единственный маг, который крутит роман с кем-то из нас.
Все воззрились на Джейса: Алек — с ужасом, Магнус — в ярости, а Клэри и Саймон — с изумлением. Первым опомнился Алек.
— Зачем ты это сказал? — вопросил он дрогнувшим голосом.
— А что такого?
— Это неправда, я вовсе не кручу с ним роман!
Джейс смерил его взглядом и произнес:
— Вообще-то я не называл имен. Отчего же ты принял мои слова на свой счет?
— Я не кручу с ним роман, — повторил Алек.
— В самом деле? — переспросил Магнус. — То есть ты просто так ласков со всеми?
— Магнус, — начал Алек умоляюще, но не нашел сочувствия.
Маг откинулся на спинку кресла, скрестил руки на груди и прикрыл глаза.
— Джейс, ты ведь не думаешь, что я… Я вовсе не…
Джейс покачал головой:
— Не понимаю, зачем ты пытаешься скрыть от меня свои отношения с Магнусом, если я ровным счетом ничего против них не имею.
Это было сказано явно с целью утешить Алека, но, похоже, возымело прямо противоположный эффект. Тогда Джейс обратился к Магнусу:
— Помоги мне убедить его! Пусть встречается с кем хочет, мне абсолютно все равно!
— Не стоит усилий, — негромко ответил маг. — Он об этом прекрасно знает.
— Тогда я не понимаю, — в искреннем замешательстве сказал Джейс.
По лицу Магнуса стало ясно, что он борется с желанием немедленно объяснить Джейсу, в чем дело. Клэри стало жалко Алека. Она выпустила руку Саймона и сказала:
— Перестань, Джейс, оставь его в покое.
— Кого оставить в покое? — раздался голос Люка.
Люк сидел на диване и, хоть и морщился от боли, выглядел уже вполне здоровым. Клэри хотелось немедленно броситься ему на шею, но она удержалась, видя, что он все еще держится за раненое плечо.
— Ты помнишь, что с тобой случилось?
Люк провел рукой по лицу:
— Я вышел из машины, и что-то сильно ударило меня в плечо и отбросило в сторону. Боль была невероятная… Потом я, видимо, просто отключился. А когда пришел в себя, надо мной о чем-то спорили пять человек. Может, теперь расскажете, из-за чего шум?
— Просто так, — хором отозвались Клэри, Саймон, Алек, Магнус и Джейс в поразительном и, вероятно, неповторимом единодушии.
Люк вскинул брови, но больше вопросов задавать не стал.
Поскольку в комнате Люка спала Майя, он заявил, что останется на диване, отказавшись от предложения лечь в комнате Клэри. Тогда Клэри пошла за одеялом и простыней. Стаскивая плед с верхней полки бельевого шкафа в коридоре, она почувствовала, что за спиной кто-то стоит. От неожиданности девушка выронила плед и резко обернулась. Перед ней стоял Джейс.
— Прости, я тебя напугал.
— Ничего, — ответила Клэри, наклоняясь за пледом.
— Вообще-то я об этом не жалею, — продолжил Джейс. — По-крайней мере я добился отражения хоть каких-то эмоций у тебя на лице — впервые за несколько дней.
— Ты вообще не видел меня несколько дней.
— И кто в этом виноват? Я звонил тебе, ты не брала трубку. Между прочим, сам к тебе прийти я не мог. Я до сих пор под арестом, если ты вдруг забыла.
— Ничего, тебе есть с кем поболтать, — сказала Клэри с напускным легкомыслием. — У тебя есть Магнус. И «Остров Гиллигана».
Джейс довольно грубо ответил, что и куда весь актерский состав «Острова Гиллигана» может себе засунуть. Клэри вздохнула:
— Разве тебе не нужно уходить вместе с Магнусом?
В глазах Джейса на мгновение сверкнула затаенная боль.
— Не терпится поскорее прогнать меня?
Не в силах поднять глаза на Джейса, Клэри стала рассматривать его руки, его прекрасные тонкие пальцы, покрытые шрамами. На правом указательном пальце виднелась светлая полоска незагорелой кожи — там, где он носил кольцо Моргенштернов. Желание коснуться его руки было столь сильно, что Клэри хотелось швырнуть одеяло на пол и разрыдаться.
— Нет, Джейс, я не питаю к тебе ненависти.
— Я к тебе тоже.
Клэри наконец подняла голову и заговорила с облегчением:
— Я так рада это слышать…
— Я хотел бы ненавидеть тебя, — добавил Джейс. Хотя его голос звучал спокойно, а губы изогнулись в подобии беззаботной улыбки, глаза переполняла боль. — Я пытаюсь возненавидеть тебя. Это сильно упростило бы мне жизнь. Порой даже кажется, что мне наконец удалось, но потом я снова вижу тебя и…
Клэри затаила дыхание, крепко сжимая плед:
— И что?
— Сама-то как думаешь? Почему я должен открывать тебе свои чувства, если ты ничего не говоришь в ответ? Это все равно что биться головой о стену.
Губы Клэри дрожали так сильно, что сложно было говорить.
— А ты думаешь, мне легко?! Ты думаешь…
— Клэри?
В коридоре возник Саймон — появился так неожиданно, что Клэри снова вздрогнула и выронила одеяло. Она поспешила отвернуться, однако не успела — Саймон заметил выражение ее лица и предательский блеск глаз.
— Все ясно, — произнес он после долгой паузы. — Простите, что помешал.
И Саймон пошел обратно в гостиную, оставив Клэри смотреть ему вслед сквозь пелену слез.
— Чтоб тебе провалиться, Джейс! — выпалила она. — Почему ты всегда все портишь?!
Получилось гораздо более яростно, чем входило в ее намерения. Клэри сунула плед в руки Джейсу и побежала за Саймоном.
Она догнала его на крыльце. Входная дверь с грохотом захлопнулась за спиной.
— Саймон! Куда ты?
Он обернулся почти нехотя:
— Домой. Уже поздно. Не хотелось бы застрять здесь, когда взойдет солнце.
Отговорка получилась довольно неправдоподобной — до восхода было еще несколько часов.
— Ты же знаешь, что можешь переждать здесь день, если не хочешь попадаться на глаза маме. Ложись в моей комнате…
— Не самая лучшая идея.
— Почему? Зачем тебе вообще уходить?
Саймон невесело улыбнулся:
— Знаешь, что для меня ужасней всего?
Клэри моргнула:
— Нет.
— Не верить тому, кого люблю больше всех на свете.
Клэри схватила его за рукав. Саймон не стал вырываться, но и никак не ответил на прикосновение.
