как получилось сделать это в течение нескольких часов?
— Как я понимаю, меня ты исключил из отправителей?
— Не смешно, тебе поспать некогда. Да и не похоже это на твоё указание.
— Что такого в этих людях?
Он выделил слово «люди», помнит.
— Я познакомлю тебя с ней.
— О, ну ты и…
— Ничего подобного. Судья.
На том конце замолчали. Минуту вообще ничего не происходило.
— Сейчас найдём.
Я продолжил смотреть на телефон. Очень надеюсь, что обойдётся, но и сильно переживая за птичку. Анубис конечно поможет, но он страж, страж мертвых, а там мертвых полно. Но вот их настроение может не понравиться никому. Второй звонок раздался через полчаса.
— Костя, они под обстрелом. Колонна, к которой присоединились двое гражданских, попала на марше под обстрел. Обстрел еще продолжается, но, по донесениям операторов, сама колонна практически не пострадала.
— Их нужно вытащить.
— Сейчас это невозможно. В ночь пойдет группа, она выведет всех.
— Я поеду с ними. Группа Альфа.
— Не проблема, через час тебя будут ждать в аэропорту.
Сборы заняли от силы пять минут. Захватил жезл Велеса, пару-тройку амулетов, еще столько же для лечения, и в путь. ГАИ меня не догнали, страх за жизнь пересилил. Да и Харлей не самый слабосильный конь. Бессмертный я или как?
На взлётной полосе хищной группой стояли спецы. Группой по восемь человек, казалось, что они даже двигались синхронно, постоянно прислушиваясь в этом бедламе и принюхиваясь, настороженно относясь к каждому запаху.
— Таль!
Командир группы аж ушами дёрнул. Он услышал свой позывной и чутко повернулся ко мне.
— Кощей. Что случилось? Град и Лёд сейчас похожи на нашкодивших котов, их начальник, один в один, свой позывной оправдывает. Мышь не курит, а тут смолит одну за одной. Теперь приказ всех собрать по форме номер один.
— Зоя пропала где-то на переезде между границей и Северодонецком. Где она точно — никто не знает.
— А-а-а?
В глазах Виталия зажегся огонёк понимания, потом пламя возмездия. Он развернулся на сто восемьдесят и пошел Мыши хвост отрывать.
— Стой, толку-то сейчас кулаками махать. Вытаскивать нужно.
Таль сверкнул удлинившемся зрачками. Потом, уверен, будет голову откручивать своему сменщику.
— Они попали под обстрел. Думаю, что живы. Узнали бы. Но что там — сам догадайся.
Вы спринтера видели Таль с разгона зарядил своему заму. Я даже не смог его остановить. Мышь, понимая, что виноват, даже не отвечал. Избиение продолжалось недолго. Неинтересно бить того, кто не сопротивляется. Альфа рыкнул и отошёл.
Команда попеременно подходила и уточняла причины. Но негромко, деликатно — нарваться желающих не было. На борт все заходили молчаливые и угрюмые, с парой фингалов.
До границы летели как черепахи. Кошки только что хвосты не отрастили и не начали их мести.
— Таль, успокойся. И своих успокой.
— Есть, босс.
Теперь все смотрели на меня, как на врага народа. Пусть, лишь бы все закончилось хорошо.
Интерлюдия 2
Когда сообщили об этой глупой командировке, то было странно. То чувство, что спасло меня при гибели последнего фараона, шипело и кусалось внутри. Я переоделся и поехал за соучастницей. Во дворе перекрыл полдвора. Ведьма встретила меня словами:
— Ты не думал пойти в армию?
— Я воин, как ты помнишь. Да и какой толк? На войне определить причину смерти проще простого: что-то прилетело, отчего-то не убежал.
— А спасать?
— Богу смерти?
— Будет приятное разнообразие.
— Форма тебе тоже идет.
— Благодарю, но лучше бы не надевали.
— Согласен. Кощею набрала?
Мне не давало покоя эта командировка.
— Написала, но ответа пока нет.
— Волхву?
Ярослав может что знает. Богинка это не та причина, по которой нас можно отправить на границу.
— О нем не подумала.
— Наберёшь из машины. Одно хорошо, что мы едем с МЧС и спецназом.
— Наши спецы?
— Не знаю.
— Волхв тоже не отвечает.
Пока мы разговаривали, Зоя несколько раз набирала по списку. «Все страньше и страньше» — оба были вне зоны доступа.
Выслушав всех, представившись и пару минут поговорив, мы принялись ждать. Потом был перелёт. При приземлении я аж язык прокусил, высказав параллельно все своё отношение к этому и ситуации в целом.
— Куда дальше?
Выбравшись из брюха МЧС-ого борта, прищурился.
— Предлагаю в ту сторону, там много зелёных курток.
— Поддерживаю!
Подхватил сумку и порысил к палаткам. Голос ведьмы догнал на подлете.
— Слава!
— Да?
— А твой шеф в курсе куда нас занесло?
— А твой нет?
Подобрал бы челюсть, но я ее еще не поднимал.
— Я своему не звонил. Подожди, сейчас наберу…
Я почувствовал себя оплёванным. Мой шеф орал как ненормальный, с вопросом — почему я там, где есть. Пришлось трубку от уха отставить. Казалось, что он слюнями плеваться будет через сотовую связь. Зоя стояла уже в бронике, намекая, что пора и мне нацепить.
— Ты была права, мое начальство тоже не в курсе, что мы в командировке. Но предположили в перерывах между криками, что, если самолёт взял нас на борт, это как-то санкционировано.
Ключевое слово здесь «как-то».
— Пошли, вон там нас ждут.
В палатке нас откровенно не ждали.
— Гражданские?
— Почти, МВД и ЭКЦ.
— И каким боком?
— Высоко интеллектуальное начальство.
Тут я был с ней согласен.
— Слушайте сюда, по запросу вас нужно переправить в Северодонецк. Но там бои, потому переправим в ближайший город, подконтрольный нам. Поняли?
— Так точно!
Внутренняя тишина звенела. Пока забирались в кабину, пока тряслись по колдобинам. Что разделяет сознание на до и после?
— Воздух!
Колонну накрыло «Градами».
— Сворачивай в лес!
Я сам чуть сквозь бортик не сиганул, столько власти было в голосе. Зоя выскочила, встала на незримую границу, ровно перед летящей смерти. А потом она запела:
Как давно я здесь не был, упаду на траву,
Гляну в ясное небо и пойму, что живу.
Небо в колокол грянет и польёт проливной.
Я бегу в своё детство, летний дождик за мной
Ее голос рефреном ударился о небо и грянул гром, перекрывая взрывы. Пока ни один снаряд никого не достал. А ведьма все продолжала выводить сильнейшим голосом:
Мы живём на отцовской земле.
Внуки Сварога — славные дети.
И летит на крылатом коне
Русь в далёкие тысячелетья!
И летит на крылатом коне
Русь в далёкие тысячелетья!
На границе лесочка и поля, где в оцепенении замерили люди и машины и куда не доставали осколки даже рядом разрывающихся снарядов, ведьма встала на колени и вцепилась руками в землю.
Это поле пахали Селянина сыны,
Землю с потом мешали от войны до войны.
Воин было не мало, выпадало сынам.
Землю кровью мешали, чтобы
