Читаем без скачивания Смерть лорда Эджвера. Загадка Рэд Хауза. Убийца, ваш выход! - Агата Кристи

Возможно, думая так, Энтони несколько недооценивал инспектора Берча. Конечно, инспектор готов поверить, что Марк застрелил своего брата. Роберта провели в кабинет (свидетель Одри); Марк вошел к Роберту (свидетель Кейли); Марк и Роберт выясняли отношения (свидетель Элси); затем в комнату вошли и обнаружили там труп Роберта (свидетели Кейли и Гилингем). И Марк исчез. Решение, таким образом, очевидно: Марк убил брата — случайно, как считал Кейли, или преднамеренно, как можно предположить, основываясь на показаниях Элси. И нет вроде бы причин искать более сложное решение, если напрашивается простое и в нем нет видимых противоречий. Но в то же время Берч предпочел бы более сложное решение, ибо тогда дело получит широкую огласку. "Сенсационный" арест кого-нибудь из домочадцев доставит ему куда больше удовольствия, чем унылый розыск Марка Эблета. Конечно, Марка надо найти независимо от того, виновен он или нет. Но ведь есть и другие возможности.

Энтони, видимо, небезынтересно было бы узнать, что как раз в то время, когда он мысленно обосновывал свое превосходство над предубежденным инспектором, инспектор позволил себе с интересом поразмышлять о роли мистера Гилингема в этой загадочной истории. Простое ли совпадение заставило мистера Гилингема объявиться в доме именно в такую минуту? А странные ответы мистера Беверли по поводу своего друга? Помощник продавца в табачной лавке, официант! Странный человек этот мистер Гилингем. Надо бы держать с ним ухо востро.

ГЛАВА 6

СНАРУЖИ ИЛИ ВНУТРИ?

Гости попрощались с Кейли каждый соответственно своим привычкам и своему нраву. Майор — без затей, грубовато: "Если понадоблюсь — дайте знать. Что смогу, сделаю. До свидания". Бетти — с робкой застенчивостью, все, что она не решилась высказать словами, читалось в трогательном, теплом взгляде ее больших глаз; миссис Кэлледайн, уверяя, что просто не находит слов, нашла их тем не менее достаточно много; а мисс Норрис умудрилась вместить столько чувств в один единственный жест, что неизменная реплика Кейли "я вам очень благодарен" могла быть в данном случае воспринята и как оценка ее артистического искусства.

Билл проводил их до машины, попрощался с каждым (не преминув с особым чувством пожать руку Бетти) и отправился в парк, где сидел на скамеечке Энтони.

— Да, странная история, — сказал Билл, присаживаясь.

— Очень странная, Уильям.

— Так ты что же, пришел сюда в самый разгар событий?

— Вот именно.

— Тогда ты-то мне и нужен. Все кругом шушукаются, секретничают, а инспектор, стоит мне заговорить с ним об убийстве или, словом, не знаю, как это назвать, тут же переводит разговор на другую тему, начинает расспрашивать, где, да как я с тобой познакомился и засыпает меня кучей нудных вопросов. Расскажи толком, что же все- таки произошло?

Энтони добросовестно и подробно пересказал приятелю все, что уже поведал инспектору, Билл время от времени перебивал его возгласами "Черт возьми!" и присвистывал.

— Ну, скажу я тебе, хорошенькое дельце! А причем здесь я, собственно?

— Что ты имеешь в виду?

— Как что? Всех отослали, кроме меня, и этот инспектор расспрашивает меня так, будто я единственный должен что-то знать? С какой стати?

Энтони улыбнулся.

— Не беспокойся, ничего страшного. Просто Берч хотел поговорить с кем-нибудь из гостей, чтобы выяснить, чем вы весь день занимались. А Кейли по доброте душевной решил развлечь меня твоим обществом; он знает, что мы с тобой знакомы. И… впрочем, вот и все.

— Так ты остаешься здесь? — обрадовался Билл. — Старик, это же замечательно!

— И даже способно примирить тебя с отъездом… некоей прекрасной дамы?

Билл покраснел.

— Ладно тебе, — буркнул он, — так или иначе я увижусь с ней через неделю.

— Поздравляю. Она мне понравилась. И это серое платье… Очень милая…

— Идиот, это же ее мать.

— О, прошу прощения. Как бы там ни было, Билл, здесь ты мне нужен больше, чем ей в Лондоне. Так что придется тебе несколько дней потерпеть мое общество.

— Ты это серьезно? — польщенно спросил Билл. Втайне он давно восхищался Энтони и гордился тем, что у него такой друг.

— Вполне. Понимаешь, здесь сейчас начнется самое интересное.

— Допросы, следствие и тому подобное?

— А может, и еще кое-что. Э-э, а вот и Кейли.

Прямо по газону к ним шагал Кейли, рослый широкоплечий мужчина с крупным, гладко выбритым некрасивым лицом, которое, однако, никак нельзя было назвать простым.

— Бедняга Кейли, — посочувствовал Билл. — Как ты думаешь, надо выразить соболезнования и все такое? Как-то вроде некстати сейчас.

— По-моему, не стоит, — ответил Энтони.

Кейли подошел, кивнул и остановился.

— Садитесь, мы потеснимся, — предложил Билл, вставая.

— Спасибо, не беспокойтесь. Я просто хотел сказать, — обратился он к Энтони, — они там на кухне совсем голову потеряли, так что обед будет не раньше половины девятого. Одеваться, конечно, можете по собственному усмотрению. А что с вашим багажом?

— Я собирался вместе с Биллом прогуляться до гостиницы и его забрать.

— Можно послать за ним машину, как только она вернется со станции.

— Спасибо, но мне в любом случае надо сходить самому, чтобы упаковать вещи и расплатиться. Да и вечер сегодня хорош для прогулки. Ты ведь не возражаешь, Билл?

— С удовольствием с тобой пройдусь.

— Хорошо, тогда оставьте там упакованные вещи, я пришлю за ними машину.

— Благодарю вас.

Уладив таким образом деловую часть, Кейли тем не менее все еще мешкал, словно не зная, уйти ему или остаться. Было не вполне ясно, то ли он хочет обсудить сегодняшние происшествия, то ли, напротив, старается этой темы избежать. Чтобы прервать молчание, Энтони как бы между делом поинтересовался, уехал ли инспектор.

Кейли утвердительно кивнул. А потом неожиданно изрек:

— Он поехал за ордером на арест Марка.

Билл в ответ издал какой-то неопределенный звук, а Энтони, пожав плечами, сказал:

— Что ж, он обязан это сделать. Ведь это не предполагает — э-э… в общем, это еще ничего не значит. Ясное дело, они должны найти вашего кузена, независимо от того, виновен он или нет.

— А вы считаете, мистер Гилингем, что он виновен? — спросил Кейли, глядя Энтони прямо в глаза.

— Марк? Да ерунда! — запальчиво выкрикнул Билл.

— Видите, Кейли, на Билла можно положиться.

— Но вы то ни с кем из участников событий никак не связаны…

— Конечно. Именно поэтому я могу говорить об этом деле вполне откровенно.

Билл опустился на траву, а Кейли занял его место на скамейке; сел он как-то неловко, оперев локти на колени, а подбородок на руки, и упорно смотрел вниз.

— Мне бы хотелось, чтобы вы были предельно откровенны, — произнес он наконец. — Разумеется, я пристрастен во всем, что касается Марка. Поэтому мне и хочется знать, что думаете о моей версии вы — человек в данном случае совершенно беспристрастный.

— Вашей версии?

— Версии или, скажем, гипотезы, что Марк убил своего брата по чистой случайности — как я и сказал инспектору.

Билл с интересом посмотрел на них.

— Вы хотите сказать, что Роберт на него напал, — догадался он, — началась драка, пистолет выстрелил и тогда Марк, не зная, как быть, запер дверь? Я вас правильно понял?

— Совершенно верно.

— Что ж, по-моему, это похоже на правду, — он повернулся к Энтони. — Очень похоже. Всякий, кто знает Марка, сочтет эту гипотезу наиболее вероятной.

Энтони в задумчивости попыхивал трубкой.

— Мне тоже так кажется, — произнес он наконец. — Вот только одна вещь несколько меня смущает.

— Какая? — Билл и Кейли задали этот вопрос одновременно.

— Ключ.

— Ключ? — переспросил Билл.

Кейли поднял голову и глянул на Энтони:

— А что такое с ключом? — спросил он.

— Может, и ничего; просто я задумался. Предположим, Роберт убит именно так, как вы это описали, и, предположим, Марк растерялся и не придумал ничего умнее, как сбежать. В таком случае вполне вероятно, что он запер дверь, а ключ сунул в карман. Он мог сделать это не задумываясь, просто чтобы выиграть время.

— Да, именно это я и предположил.

— На мой взгляд, все это достаточно логично, — согласился Билл. — В таких случаях ведь действуешь, не раздумывая. А если уж ты решил бежать, это значительно облегчает дело.

— Все это так, но только в том случае, если ключ оставлен в двери. А если его там нет?

Предположение, высказанное Энтони таким тоном, будто это уже установленный факт, обескуражило собеседников. Оба они с удивлением смотрели на Энтони.

— Что вы имеете в виду?

— Понимаете, весь вопрос в том, где держать ключи. Вы поднимаетесь к себе в спальню и запираете за собой дверь, чтобы кто-нибудь ненароком не застал вас сидящим в одном носке и в подтяжках. Это только естественно. И если вы заметили, почти во всех домах в дверях спален ключ торчит изнутри, — просто чтобы можно было запереться. Зато на первом этаже мало кому придет в голову запираться изнутри. В этом практически нет необходимости. Билл, например, и не подумает запереться в столовой, чтобы побыть наедине с бутылкой хереса. С другой стороны, все женщины, особенно прислуга панически боятся грабителей. А поскольку грабитель обычно залезает в окно, они предпочитают ограничить поле его деятельности одной комнатой. Поэтому в нижних комнатах ключи, как правило, торчат в дверях снаружи, а перед сном двери запираются, — Он вытряхнул пепел из трубки и добавил: — По крайней мере, так всегда делала моя мать.