Читаем без скачивания Молитва для ракетчика - Константин Козлов

— Ушли, гады! Все-таки ушли!

— Не волнуйся, они пешком, а у нас лыжи, далеко они не уйдут, — поспешил успокоить майора егерь.

— Возьмите снегоход, — подал голос перевязываемый Елкин, — один в полной исправности, его только перевернуть нужно, а горючее на санках.

Пленников оставили под охраной Волкова. А все остальные отправились готовить к погоне снегоход. Минут через десять им удалось запустить двигатель. В нарты погрузили лыжи и запас горючего. В лагере оставили врача и выделенного ему в помощь Чернова. Егерь сел за руль; сзади него устроился Давыдов, а Федюшин разместился в санях.

— С Богом, — перекрестил участников погони врач, — вы там осторожнее, без нужды головы под пули не подставляйте.

— Не дождутся, — сообщил Федюшин, укрываясь пологом, сделанным из плащ-палатки. До него там уже устроился Джем, над бортом саней маячила голова собаки со стоящими торчком острыми ушами.

С точки зрения Давыдова, так путешествовать было одно удовольствие. Сиди себе и смотри по сторонам. Это тебе не на тяжеленных лыжах снежные просторы бороздить. «Поларис» несся вдоль берега ручья. Когда они выбрались на относительно ровный участок местности, Хютенен дал полный газ. По сторонам замелькали стволы чахлых елок, лучи фары разгоняли полумрак. В их свете четко виднелась цепочка следов, ведущих на северо-северо-запад, к границе.

Сжимая в руках карабин, Кошкин уверенно брел по следам поляка и американки. К этому времени в его голове уже созрел окончательный план. Из всего, случившегося раньше, он сделал правильные выводы. Ценность из себя представляла только девушка, это из-за нее они потратили столько усилий, пробираясь к границе, ее спутник был просто бесплатным приложением. Практичный Александр Николаевич Конев, судимый ранее за разбой и вооруженное нападение, давно усвоил, что в России крупные деньги крутятся именно возле иностранцев, и упускать свой шанс был не намерен. Ради чего столько мытарств? Он, можно сказать, рисковал жизнью, и что, все это псу под хвост? Когда удачу, считай, поймал за хвост? Конев решил, что, как только они выйдут к границе, он застрелит Стаса, тогда все вознаграждение за доставку американки по адресу достанется ему. Увлеченный преследованием, Кошкин и не заметил, как с ближайшей к нему сосны за его движением пристально наблюдает прижавшаяся к ветке гигантская рысь. Это был старый кот, когда-то повредивший в капкане заднюю лапу. Зверь лежал неподвижно, только кисточки на его ушах нервно дрожали, и дергался из стороны в сторону короткий хвост. Из-за травмы зверь давно не мог охотиться на зайцев и косуль. Не ел уже две недели и был голоден и зол на двуногих, из-за которых ему теперь приходилось так несладко. Только что внизу прошли двое, зверь не решился нападать. Теперь внизу был один, у него было оружие, но голод пересилил инстинкт самосохранения. Хищник пропустил человека под собой, а потом бесшумно прыгнул ему на спину. Сильный толчок свалил Кошкина в снег, он при падении нажал на спуск, и карабин выстрелил. Но хищник не выпустил жертву. Вцепившись в загривок, он принялся драть ей спину и бедра когтями. Санька закричал не столько от боли, сколько от ужаса, и хищник ответил ему жутким рычанием. Человек снова пытался использовать карабин, но хищник не дал ему перевернуться, чтобы выстрелить. В панике Кошкин забыл про висящий на поясе нож, он еще раз судорожно нажал на курок, но очередной заряд ушел в снег. Откуда-то издали послышался треск двигателя снегохода. Выстрел и крики привлекли внимание Стаса и Сандры. Они оглянулись. Метрах в пятидесяти от них большой зверь терзал распластанное под его тяжестью тело человека. Девушка выхватила пистолет и двинулась обратно.

— Только вперед! — сердито прошипел Стас, — погоня уже близко, это их задержит. Сам, идиот, за нами увязался.

И они пошли дальше. Внезапно рыхлый снег у них под ногами кончился, и они почувствовали твердую и гладкую поверхность.

— Это озеро, бежим! — возбужденно заорал Стас, — до границы меньше километра. Здесь нет разметки и колючей проволоки.

Выстрел и еще один сразу за ним громыхнули совсем рядом.

— Это где-то впереди, — сказал егерь. Из темно ты слышались отчаянные крики и рычание.

— Это еще что? — крикнул Давыдов, склонившись к уху Хютенена.

— Не знаю, но рычит громко, — ответил, откинувшись назад, старик, и приказал собаке: — Джем, вперед!

Лайка выпрыгнула из саней и помчалась впереди снегохода. Твердый наст держал ее вес и она скоро далеко обогнала вязнущую в снегу машину. Снегоход выскочил на поляну, и все увидели в пятне света от его фары лежащего плашмя человека. Рядом с ним скреб лапами снег пятнистый зверь размером со среднюю овчарку, вокруг него носился кругами заливающийся лаем Джем.

— Отзывайте собаку! — крикнул Анатолий, выхватывая пистолет из внутреннего кармана. — Я стреляю!

— Джем, назад! — крикнул старик, направляя снегоход к центру поляны. Стрелять мог только Анатолий, оружие старика висело за его спиной, а Федюшину весь обзор, загораживали спины майора и егеря. Собака отбежала в сторону и зарычала. Не дожидаясь остановки «полариса», майор выпустил по зверю половину обоймы. Хищник несколько раз повернулся на месте, поскреб когтями свои раны и осел в снег. Оскалившийся Джем со вздыбившейся на загривке шерстью начал медленно красться к подстреленной рыси. Снегоход остановился, и все трое слезли в снег. Подошли к лежащему.

— Ты живой? — спросил его егерь. В ответ раздалось невнятное бормотание. Кошкина спасли ватные куртка, штаны и толстый воротник, но одежда предприимчивого «следопыта» превратилась в лохмотья.

— Собаку отзовите, — севшим голосом попросил Сашка. Сержант поднял из снега карабин, отобрал у пленника нож, связал куском веревки его руки и приказал стать в сторону.

— С трофеем! — усмехнулся Хютенен, разглядывая поверженного хищника, — зверюга в наших местах достаточно редкая, крупный образец. Если бы не мы, скушал бы он этого хмыря и даже не поперхнулся.

Джем чувствовал себя победителем, рыча он принялся трепать загривок мертвой рыси, пес явно считал добычу своей собственностью.

— Где остальные? — спросил Анатолий.

— Вперед ушли, — безразличным голосом сказал Кошкин.

— Тут до границы всего ничего, — сказал Микко, — стоит поторопиться.

— Сергей, забирай пару лыж и конвоируй этого потерпевшего в лагерь, — приказал Давыдов.

— Есть, товарищ майор, — кивнул сержант.

— Я пешком больше не пойду! — истерично взвизгнул Кошкин и демонстративно уселся в снег, — везите на санях!

— Пойдешь как миленький, — заверил его Микко. — Джем! Веди этого домой!

Собака подошла к Кошкину и сердито заворчала.

— Да ладно, ладно, уже иду, — Санька вскочил на ноги и опасливо попятился.

— Один момент, — сержант за шиворот подтащил пленника к лежащему зверю и заставил нагнуться. Потом Федюшин взвалил хищника пленнику на спину. Передние лапы рыси он связал на груди у Кошкина, а для надежности прикрепил их еще и к поясу арестанта.

— Теперь порядок, — сказал довольный Федюшин. — Можете ехать, мы с собакой его доставим куда нужно. — Сержант проводил взглядом отъехавший снегоход, нацепил лыжи. И, взяв автомат в положение «на грудь», скомандовал:

— Двигай помалу!

Согнувшийся под тяжестью охотничьего трофея Кошкин вяло побрел по своим следам в обратную сторону. Рядом трусил охраняющий добычу Джем.

Снегоход догонял две бегущие по озеру фигуры. Беглецам приходилось петлять между островками высокой, в рост человека, сухой травы, вмерзшей в лед. Сандра и Стас бежали изо всех сил, скользили, падали, вскакивали, Снова падали. Но все это было уже бесполезно. Преследователи их почти догнали. Наконец пришлось остановиться, путь преграждала стена высокой осоки, покрытой нежным белым инеем. Сандра обессилено рухнула на лед, рядом с ней тяжело плюхнулся Стас. Бежать было некуда, погоня закончилась. Снегоход остановился в нескольких метрах сзади. Свет его фары слепил глаза. Девушка выхватила из-за пазухи пистолет и прицелилась чуть выше фары.

— А ну, не дури! — рявкнул кто-то по-русски, — Мне нужна только пленка, а насчет вашей особы у меня есть разрешение не церемониться!

Стас положил ладонь на ствол ее пистолета и пригнул вниз. Давыдов слез со снегохода и взял на мушку девушку, старик навел карабин на ее спутника.

— Руки вверх, и без глупостей! — приказал майор. — Хватит, набегались. Дернетесь — стреляю!

— Не стрелять! — раздалось вдруг рядом. Из зарослей появились фигуры вооруженных людей в странного вида нелепых ушанках и белых маскировочных халатах.

— Пограничники, что ли? — спросил Давыдов у старика. Их автоматы показались Анатолию какими-то странными. «Перевооружение у них, что ли, какое-то прошло?» — подумал майор.

Микко вгляделся в окруживших автоматчиков и аккуратно опустил свой карабин прикладом на лед.