шаг в сторону выхода, как глава банды Кроликов вдруг рявкнул:
— Сядь! Тебе никто не разрешал уходить!
Вик посмотрел на Грома. И матерый бандит, заслуживший в клане звание Капитана, прошедший ради этого через множество не только воровских, но и куда более грязных, кровавых дел, вдруг почувствовал себя щенком дворняги, который по глупости гавкнул на дикого волка.
— Сбавь тон, Гром, — глаза бывшего чемпиона загорелись золотом, и главе банды резко захотелось поджать несуществующий хвост. — Я не твоя шавка, чтобы ты мне приказывал. Как я сказал, я ухожу из банды. Сюда же вернулся только за своими вещами.
Генерал и, в особенности, Марго наблюдали за перепалкой с нескрываемым любопытством. Так что Грому пришлось взять себя в руки, чтобы не ударить в грязь лицом перед непосредственным начальством.
— Свое у тебя в толчке! — прорычал глава банды. — Здесь же все принадлежит Железным Клыкам и мне!
— Чудно, — кивнул бывший чемпион, — пойду налегке. И не думай, что я забыл твою помощь. Еще сочтемся.
Вику не нравились преступные кланы, банды и лично Гром. Они силой захватили землю и возомнили себя на ней ненаказуемыми богами. Но бывший чемпион был человеком, который всегда воздавал по долгам. И не важно, кому он задолжал — важен был сам факт.
— Сочтемся? Ты кем себя возомнил, сопля…
Вот только Капитан банды Кроликов был, похоже, другого мнения.
Он даже привстал со своего места, собираясь проучить своего оборзевшего воспитанника. Тот, без тени страха в глазах, лишь наклонил голову вбок. Будто призывая нанести первый удар.
Что ж, дважды просить Альберта Грома было не нужно…
— Генерал Ограм советует вам обоим успокоиться.
Бархатный, но в то же время пробирающий до костей голос помощницы Генерала привел Грома в чувства.
Мужик сел обратно и, фыркая быком, сцепил ладони в замок. Будто пытался таким образом сдержать самого себя.
Довольно кивнув, Марго выразительным взглядом попросила Вика последовать показанному примеру.
— Только ради тебя, красавица, — деланно вздохнул он и вновь развалился на диване. — Кстати, почему мне никто не предложил?
На столе, на котором недавно лежали его ноги, стояли еще и три чашки с чаем. Две полупустые, одна нетронутая — генеральская.
Марго, проигнорировав вопрос, взяла свою чашку и отпила. Поймав мрачный взгляд своего начальника, она отставила чай и наклонилась.
Выслушав нечленораздельный шелестящий шепот, брюнетка посмотрела на бывшего чемпиона.
— Итак, Вик. Ты убил командира карательного отряда, — она деловито скрестила руки, и ее грудь едва не выпрыгнула из натянувшегося разреза пиджака. — За это в Нижнем Городе полагается смертная казнь. Что скажешь в свое оправдание?
Повисла неловкая пауза.
Вик неотрывно и не скрываясь смотрел на розовые холмы Марго. И именно она вдруг ощутила неловкость, даже обжигающий стыд под жадным, голодным взглядом молодого парня.
Ища спасения, девушка посмотрела на своего начальника.
Генерал Ограм прищурился. Что, как по опыту знал Гром, не сулило ничего хорошего.
Это заставило Капитана банды расплыться в невольной улыбке. Если не его руки, так чужие преподадут урок зарвавшемуся молокососу.
Из боевого мехапротеза Генерала с угрожающим свистом выстрелила струя пара. И только тогда Вик заговорил:
— Я помог вашему клану, — он не без сожаления перевел взгляд со спелых грудей на патлатого, откровенно страшноватого мужика. — И если мне нужно за это оправдываться, значит, мое решение уйти от вас было верным.
По гостиной разнесся кашель туберкулезника — это Гром поперхнулся от удивления.
Ни один Капитан простой банды, будь то воровская или даже боевая, как у тех же Рычащих Псов, не осмеливался в присутствии целого Генерала клана и лишний раз хотя бы вздохнуть. Просто потому что последний имел и силу и власть уничтожать неугодные элементы клана.
Поэтому у Грома чуть сердце не остановилось, когда его подопечный в открытую бросил Генералу вызов.
Пока глава Кроликов отпаивался чаем и жалел, что под рукой нет ничего покрепче, Марго подала неожиданно спокойный голос:
— Похоже, ты неправильно понял вопрос Генерала Ограма. Он всего лишь хотел узнать, каким образом человек Альберта оказался втянут в показательную акцию возмездия. Но, думаю, сейчас этот вопрос лучше отставить в сторону. Есть и более насущные…
Она вопросительно посмотрела на Ограма. Тот кивнул — все так же молчаливо.
— Генерал Ограм навестил вашу команду, — продолжила после разрешения Марго, — чтобы лично передать особое поручение. Банде Кроликов необходимо добыть одну уникальную в своем роде, дорогостоящую реликвию. Он впервые будет выставлен на ближайшем аукционе в Высоких Садах, и вашей задачей станет…
— Это все, конечно, безумно неинтересно, — перебил Вик, — так что я спрошу: как это касается меня?
Генерал недовольно нахмурился. Его помощница же ядовито улыбнулась.
— А ты, мальчик, действительно думал, что для выхода из Железных Клыков достаточно просто изъявить желание? Тебя подобрали брошенным младенцем, дали крышу над головой и вскормили. Ты — собственность Железных Клыков! И покинуть наш клан ты сможешь только одним…
Тираду черноволосой красотки прервал бесцеремонный хохот бывшего чемпиона.
Марго так и застыла на полуслове с приоткрытым от удивления ротиком.
Гром, чувствовавший, как с каждой секундой седеет все больше и больше, покосился на Генерала. Его правая, механическая, рука лежала на подлокотнике расслабленно. Точно меч, которому еще предстояло покинуть ножны и обнажить лезвие.
И только левая, здоровая, стиснутая в кулак, выдавала гнев Генерала. Которому тот почему-то не спешил давать волю…
Резко изменившись в лице, бывший чемпион посмотрел на ошарашенную его поведением девушку и провозгласил:
— Виктор Забивной принадлежит только себе, высокомерная ты сучка!
Стоило только прозвучать этим словам, как их тут же заглушил хор из свиста пара, свиста рассекаемого воздуха и треска дерева.
Гром дернулся в сторону Генерала Ограма. Его механическая рука сжалась в кулак и затрещала странной воробьиной трелью.
Но он опоздал. Генерал, на миг размазавшись черным пятном, уже устраивался обратно в кресло. Его боевой протез, принявший форму широкого клинка длинной в рост своего хозяина, постепенно возвращал себе форму. Причем — почти беззвучно.
Вот оно — качество механизмов первого класса. Скорость, бесшумность, прочность — все превосходило на порядок даже второй класс. Третий не стоило и упоминать.
Гром так и застыл перед массивным деревянным столом. Простой взмах механической руки Генерала отсек от него добрую четверть. Но разрез оказался настолько тонким, что обе части просто стали подпирать друг друга.
Даже чашки с чаем оказались нетронуты.
Воробьиная трель звучала все громче и громче.
Альберт хотел, чтобы Сычу преподали урок. Урок вежливости, воспитания. Но… за жизнь каждого своего воспитанника Гром был готов отдать собственную.
Поэтому он не решался взглянуть на диван. Который всего одним ударом
