В лучах восходящего солнца гордо красовались установленные накануне деревянные ворота, а рядом с ними сидел и сонно щурился изрядно подросший золотистый щенок. К перекладине забора поводком была привязана записка, состоящая из трех слов: "Джасу от Джона", а на нарядном ошейнике щенка болталась маленькая табличка с надписью "Дейзи".
Джастин в растерянности присел на корточки, чтобы отвязать поводок, чем не замедлила воспользоваться Дейзи. Она встала на задние лапы, уперлась передними ему в грудь и лизнула прямо в лицо. От неожиданности Джастин опрокинулся на спину. Сначала он со смехом уворачивался от щедрых собачьих поцелуев, а потом внезапно закрыл лицо ладонями и заплакал.
Глава 9
Теперь у капитана Хартли была настоящая усадьба, помощники по хозяйству и даже сторожевая собака, которая несмотря на свое легкомысленное имя, росла не по дням, а по часам. Дейзи обладала чутким ухом, прекрасным нюхом и громким басовитым лаем, при звуке которого у непосвященных невольно подгибались колени.
Возле своего коттеджа Марта разбила цветник, а ее муж Адам соорудил небольшую уютную беседку. Каждый вечер капитан возвращался в собственный дом, где его теперь ждали жарко натопленная баня, свежее белье и сытный ужин, накрытый на свежем воздухе. В свободные от службы дни он рыбачил, плавал в озере или резал по дереву в новой просторной мастерской. Со стороны жизнь Джастина выглядела налаженной и безмятежной, и никто из окружающих не знал, насколько глубоко он несчастен.
Джонатан, напротив, постоянно находился в приподнятом настроении. Дом в форте Кэннон, который братья раньше делили на двоих, теперь полностью принадлежал Джону, и Марджи часто заглядывала к нему в гости. Переходной портал открывался при помощи простого деревянного диска, в который волшебница поместила частицу своей магической силы, а потом подарила своей служанке. Благодаря этому незатейливому артефакту Джонатан теперь парил на крыльях любви.
Конечно, Джастин был косвенно посвящен в проблемы семейства Корвел, но он даже не догадывался, что в далеких Срединных землях на берегах реки Уай живо обсуждаются подробности его личной жизни.
Дни складывались в недели, недели в месяцы, Мону продолжало грызть внутреннее беспокойство, и, в конце концов, она вынуждена была признать, что в случае с капитаном Хартли совершила роковую ошибку. Несмотря на все благие намерения, волшебница не смогла остаться беспристрастной и теперь отчаянно тосковала по Джастину. Над ее семейным гнездом неумолимо сгущались мрачные тучи, но даже в самые беспросветные моменты Мона не переставала думать о зеленоглазом капитане. Иногда эти мысли причиняли ей боль, а порой приносили облегчение.
Пока волшебница разрывалась между любовью и долгом, ее магическая сила проявила в отношении капитана неожиданное своеволие. В один из наиболее опасных и напряженных служебных дней он получил не вполне обычный дар. Когда обстановка вокруг патруля, который Джастин повел в дальний обход границы, стала тревожной, амулет на его груди внезапно нагрелся.
В следующий раз артефакт едва не прожег дыру в его теле во время обычного тренировочного боя. Теперь Джастин постоянно ощущал рядом с сердцем присутствие магии, между Розой и его амулетом восстановилась прежняя связь. По тонкой невидимой нити до Джастина порой доносились далекие эмоциональные отголоски, а это означало, что не все потеряно, и для него есть еще надежда…
***
На рассвете патрульные вновь обнаружили во рву обескровленного мертвеца, но на этот раз убийца попался с поличным. Рядом с телом неизвестного мужчины сидело абсолютно голое грязное существо и смотрело на окруживших его бойцов круглыми бесцветными глазами. У странного убийцы была плотная сероватая кожа, длинные когтистые конечности и абсолютно лысая голова.
Вид существо имело скорее жалкий, чем опасный, но стоило бойцам приблизиться на пару шагов, как оно издало высокий истошный визг и раскрыло пасть, полную острых зубов, на которых блестела свежая кровь. Потом существо напало и сделало это так стремительно, что патрульные не успели защититься.
Только чудом никто не погиб на месте, но двоих раненых к исходу дня пришлось поместить в лазарет. Тварь оказалась на редкость сильной, выносливой и живучей, чтобы ее уничтожить, понадобилось трое бойцов и немало усилий. Это был первый убитый патрульными серокожий вампир, но вскоре на границе от них просто не стало житья.
Под бархатным покровом ночи Джастин бесшумно разрезал неподвижную гладь озера, не подозревая, что в этот самый момент в его спальне появилась неожиданная гостья. Волшебница вышла из портала и с любопытством огляделась. Комната, в которой она когда-то исцелила капитана, была все еще узнаваема. Правда, пол теперь устилали дорогие ковры, а окна затеняли бархатные драпировки, но мебель осталась прежней. Все так же пахло деревом, медом и воском, в просторном стенном шкафу сиротливо висело ее домашнее платье, на комоде лежали гребни и украшения для волос.
На тумбочке рядом с кроватью стояла статуэтка высотой примерно в две мужские ладони, вырезанная из мягкой золотистой древесины. Волшебница осторожно провела пальчиком по плавным изгибам стройного женского тела, облаченного в тончайшее одеяние, которое не скрывало, а скорее подчеркивало его соблазнительные формы. Неужели она на самом деле так выглядит? Или это Джастин видит ее такой?
Новая усадьба понравилась Моне с первого взгляда. Прошло не так уж много времени, а на месте незатейливого строения на берегу озера появился красивый, уютный дом, в котором было приятно жить, в который хотелось каждый вечер возвращаться.
Обнаженный Джастин вышел на берег, не опасаясь чужих глаз. Грины отлично знали, что он любит поплавать по вечерам, и никогда не нарушали его уединение. Он неспешно вытерся, обмотал вокруг бедер полотенце и направился к дому, мысленно выделяя из текущих дел самые неотложные. И тут в слабо освещенном проеме распахнутой настежь двери мелькнуло очертание женской фигуры. Джастин замер. Неужели померещилось? Или это ночные тени сыграли с ним злую шутку?
Внезапно в темноте вспыхнул пурпурный огонек, и Хартли, забыв, что даже не одет, птицей взлетел на крыльцо.
