Сегодня последний день нашего пребывания в заливе Св. Лаврентия. В заключение я хочу прибавить некоторые замечания и наблюдения, произведенные мною здесь. Поскольку этот залив достаточно известен из путешествий капитана Биллингса и вице-адмирала Сарычева, то я считаю излишним давать его подробное описание. При всей бесплодности и бедности этой страны она изобилует пушным товаром, которого мы видели великое множество, хотя чукчи его не променивали. Наиболее попадается здесь яврашка, строящий в земле жилища с двумя выходами, перед одним из которых обыкновенно сидит, посвистывая. Из его шкурок делается легкая летняя одежда. Чукчи его ловят, наливая воду в одно отверстие и таким образом заставляя выходить в другое. Мы обнаружили здесь особый род мышей, пребывающих в земле. Береговых птиц здесь, кажется, нет; мы ни одной не видали.
Когда чукчи чему-либо удивляются, то часто повторяют слово «мезенки»; когда зовут кого-либо, то говорят: «туму-тум». Старец говорил, что теперь приближается время сильных штормов и что последняя буря была только слабый ветер. Он старался нам разъяснить, что во время настоящего шторма никто не может устоять на ногах и должен лечь плашмя на землю. Пойманный чукчами кит был снесен с берега во время последнего шторма и пошел неподалеку от нас на дно; поскольку из головы было вырезано большое количество мяса и жира, задняя часть получила перевес и опустилась. Место это имело 7 саженей глубины, что составляло 2/3 длины всей туши. Оно показалось мне очень большим; но в Уналашке я узнал, что киты, называемые там алчамак, бывают иногда длиною в 30 саженей, так что люди, находящиеся на разных концах кита, должны, как меня уверяли, кричать очень громко, чтобы понимать друг друга.
Средняя широта нашего якорного места, выведенная из нескольких наблюдений, была 65°39′33″ с. Склонение компаса 24°45′ О. Широта западной оконечности низменного острова 65°27′38″ с., долгота по хронометрам 171°12′30″ з.
29 августа утром поднялся слабый ветер от N, которым я немедленно воспользовался; до полудня мы обошли низменный остров; ветер дул от N и NO, и я направил курс к восточной оконечности залива Св. Лаврентия для исследования его. К вечеру мы потеряли берег из виду, ветер усилился, и все предвещало бурю, которая вскоре и началась от NO. Наиболее она свирепствовала около полуночи, и хотя марсели были зарифлены, я все-таки опасался, что сильные порывы ветра сорвут их вовсе; однако я должен был нести паруса, чтобы не быть снесенным к берегу. По причине сильного в этом море течения волны быстро, одна за другой, высоко вздымались острыми вершинами и представляли вид опасного буруна; никогда наш маленький «Рюрик» не был подвержен такой ужасной качке, как теперь: едва один бок корабля погружался в море, как следующая волна перекидывала его на другую сторону; я до сих пор не понимаю, как мачты выдержали такую жестокую качку.
Улюлюк, главное поселение на острове Уналашке
Рисунок художника Л. Хориса
Во время бури шел проливной дождь. Положение наше было весьма опасно как из-за ужасной темноты, в продолжение которой все работы производились ощупью, так и морского течения и близости берега.
30 августа в 7 часов утра буря утихла, и погода сделалась ясной. Около полудня ветер поворотил к N и постепенно крепчал, а в 8 часов вечера подул от W. Зыбь хотя и была большая, но правильная. Полагая, что нахожусь в близости о. Св. Лаврентия, я велел лечь в дрейф, так как из-за сильного течения не мог полагаться на корабельное счисление и опасался попасть в ночной темноте на берег.
31-го числа в 4 часа утра я продолжал при умеренном ветре плавание к SSO. Горизонт был покрыт густыми непроницаемыми облаками, а так как из-за этого определение положения восточного берега о. Св. Лаврентия было невозможно без большой потери времени, то я решил миновать его; мне было необходимо прибыть заблаговременно в Уналашку, чтобы оттуда отправить нарочного в Кадьяк для получения нужного мне на следующий год толмача. Такой нарочный посылается на байдаре, поднимающей трех человек, вдоль южного берега п-ова Аляски; в позднее время года невозможно предпринять это путешествие, которое даже летом можно считать отважным, поскольку такие байдары или почты, как они называются в Уналашке, часто погибают.
В полдень на короткое время проглянуло солнце; воспользовавшись этим, мы определили широту 63°13′с. Долгота по корабельному счислению 167°54′ з. Отсюда я направил курс к StO½О для исследования отмели Шоалнес; глубина, бывшая сначала в 19 саженей, постепенно уменьшалась, так что в полночь было только 15½ саженей, грунт — ил. При пасмурной и дождливой погоде ветер переменялся и дул то от NW, то от NO.
1 сентября в 9 часов утра сильный ветер дул от NW. Глубина составляла только 13½ саженей, а грунт был серый песок. Ветер усилился до такой степени, что мы зарифили паруса, барометр предвещал сильную бурю, и все это побудило меня прекратить исследование отмели Шоалнес. Положение было весьма опасно, ибо жестокий северо-западный ветер не позволял взять направление к W, которое одно только могло избавить нас от опасности попасть на мель. Зарифив марсели, которые из-за шторма надлежало бы крепить совсем, я стал править к WSW½S. К 11 часам глубина уменьшилась до 9 саженей, и я находился в крайнем беспокойстве; положение наше стало еще опаснее, но около полудня мы нашли внезапно 15 саженей глубины, которая до 6 часов вечера была одинаковая, а к ночи, когда и ветер утих, еще увеличилась, так что мы избежали угрожавшей нам опасности; в продолжение ночи и небо выяснилось.
2 сентября. Величественный восход солнца, зрелище, какого мы давно не видели, предвещал прекрасный день; дул свежий ветер от запада, и я правил на StO к Уналашке. Перед самым полуднем я взял несколько высот солнца, по которым определил широту 59°42′30″ с.; долгота по хронометрам 169°53′ з. Глубина составляла 26 саженей, грунт был мелкий белый песок.
3 сентября в 6 часов пополудни был усмотрен с салинга о. Св. Павла на StW в 20 милях; видны были только три небольшие возвышения, едва поднимавшиеся над горизонтом. Множество морских птиц летало настолько безбоязненно около корабля, что мы поймали нескольких. На следующее утро мы миновали о. Св. Георгия в 18 милях; он лежал на W от нас. Сильный NNW ветер способствовал быстро плыть к Уналашке; в 8 часов утра мы усмотрели на S корабль в большом отдалении. Этот корабль был первый, встреченный со времени отплытия из Бразилии; в этом море мы менее всего могли ожидать такой встречи. Догнав его в полдень, я велел поднять флаг, двухмачтовая шхуна сделала то же самое. Из кратких переговоров я узнал, что она принадлежит Российско-американской компании, и, нагрузив пушные товары на островах Св. Павла и Св. Георгия, везет их на о. Ситку.
