следственные мероприятия «бесполезной профилактикой», отнеслась она к ним со всей серьезностью. Десятки людей за эти дни были допрошены лично старшей сыщицей, тонны потенциальных улик просеяны через мелкое сито ее помощниками – порой в буквальном смысле. Дронов и Саша, при поддержке целой саперной команды, долго рылись в обломках сгоревших дирижаблей, разобрали руины домика пропавшего грузчика, осмотрели место убийства его покойного товарища и даже вскрыли могилу бедолаги – ночью, тайно, без лишнего шума. Проку от этого оказалось мало, как и предсказывала Настя. Тот факт, что грузчика прикончили тремя ударами ножа, давал лишь предположение, что убивал не профессионал. И то – профессионал мог нанести два лишних удара специально, зная, что труп найдут.
На третий день после запроса курьер доставил опечатанную капсулу с информацией по французскому охранному агентству «Каменная стена», но и она не помогла нащупать верный путь. Данных оказалось мало, они носили самый общий характер – скромная частная компания прежде не попадала в поле зрения Третьего отделения и разведки военного министерства. Анастасия, правда, сумела разглядеть кое-что интересное и в столь скудном материале.
– «Каменная стена» годами работает на четыре торговых дома, контракты регулярно продлеваются, – сказала она Николаю, катая ладонью туда-сюда по столу опустевший медный цилиндрик-капсулу. – Два из них французские, один бельгийский, а один… формально тоже французский, но совладельцем капитала является некое лицо из Арабского Халифата.
– Это может быть важно, – согласился майор. – Халифат заинтересован в событиях вокруг Ташкента. А купец – удобное прикрытие.
– Угу, – кивнула девушка. – в Москве тоже так подумали, сразу навели о нем справки – ничего интересного. Увы. Хотя копали неглубоко, обещают рыть дальше и держать в курсе…
Несмотря на то что трудиться приходилось до глубокой ночи, Анастасия умудрялась где-то находить свободное время для обустройства особняка. И даже пару раз перебрасывала Николая с разбора обломков на сколачивание скамеек для «висячих садов»: майор имел неосторожность как-то признаться напарнице, что после начальной школы год помогал в столярной мастерской. Сама сыщица пополнила коллекцию растений на крыше дюжиной цветочных горшков, еще одним лимонным деревом и даже целой небольшой пальмой, реквизированной во дворце хокандского вельможи.
– А чего такого? – пожала девушка плечами в ответ на удивленный взгляд Дронова, пока солдаты караула за ее спиной тащили огромную кадку через холл к лестнице. – Хозяин сбежал еще до штурма города, слуги тоже сделали ноги, как военный трофей ее не возьмут… так бы и засохла, если бы я не забрала. И заметь – там был еще отличный серебряный сервиз, который слуги почему-то не растащили, но его я почти не тронула!
Что значит «почти», майор узнал очень скоро. На седьмой день после визита француза в штаб прибыл очередной спецкурьер – теперь он принес не один, а целых три опечатанных цилиндра пневмопочты. Четверть часа спустя Настя пригласила Дронова и Александру в свой кабинет.
Войдя, майор в первую очередь обратил внимание на вскрытые капсулы, сдвинутые к краю стола. Их содержимое было аккуратно разложено по столешнице – какие-то газетные вырезки и тонкие бумажные листочки, норовящие свернуться в трубочку. Старшая сыщица читала один из них, прижимая верхний край ладонью. Рядом стоял высокий прозрачный стакан с чаем, который девушка помешивала свободной рукой. Делала она это при помощи изящной серебряной ложечки, увидев которую, Николай нахмурился. На кухне особняка имелся итальянский серебряный набор, однако ложечка была точно не из него.
– Господи, Настя… – выдохнул офицер, проходя к столу. – Законы военного времени действуют на тебя ужасно…
– О чем это ты? – вскинула брови Анастасия, отпустив ложечку. – Кстати, придвинь второй стул, пусть и Саша сядет поближе.
– Ни о чем… – буркнул Николай, исполняя просьбу. – Но смотри, не увлекайся. А то поедешь на доклад в Москву да стащишь у начальства со стола перо золотое. По привычке.
– Перо я не стащу, потому что привычка у меня другая, – широко улыбнулась девушка, упираясь локтями в стол и сплетая пальцы. – На докладах у начальства я ворую ластики со стола. Много лет уже, со времен стажерства. И пока ни разу не попалась.
– В… ты серьезно? – настала очередь удивляться Александре.
– Абсолютно. Загляни в тот шкаф, со стеклянной дверцей, – указала Настя глазами. – Там на полке выложен мой улов за последние три года. Семь ластиков – шесть серых, один черный. Заодно показатель того, как часто я бываю в центральном штабе…
– Я где-то читал, как называется эта болезнь… – задумчиво протянул Дронов, закатывая глаза. – Только не помню уже.
– Болезнь называется клептомания, и у меня ее нет, – заверила сыщица, перестав улыбаться. – Просто «на ковер» аж в Москву меня обычно вызывают для разноса, а я не люблю, когда на меня орут… Ладно, к делу. Николай, как у тебя с иностранными языками?
– Э-э… – замялся не ожидавший такого вопроса майор. – Ну, чему на командирских курсах учили – то и знаю. Немецкий – более-менее. Английский… ну, могу спросить имя, звание, номер части, где позиции артиллерии…
– Понятно. Тогда бери вот эту, – протянула Анастасия мужчине обрезок газетного листа. – На английском. Лондонская «Таймс», с первого листа. Тебе, Саша, – эту. «Фигаро», на французском. Есть еще итальянская и датская, но тут на всех одно и то же примерно.
– «Огненная буря. Русский царь стреляет не целясь», – прочел Николай заголовок доставшейся ему вырезки.
– «Погибшие на чужой войне». – Александра заголовком не ограничилась, пробежала взглядом всю статью – французским она владела свободно. – Здесь о нашей истории с торговыми кораблями. Выходит, что они попали под обстрел русского флота при штурме города…
– Угу, – кивнула Настя. – Французы еще осторожно выражаются. В «Таймс» написано, что мы корабли нейтральных стран «сожгли вместе с городом».
– Дождались, – мрачно буркнул майор, откладывая бумажку в сторону. – Но ведь были же свидетели…
– Которые наврали с три короба, вернувшись домой. А газеты прибавили. – Старшая сыщица криво ухмыльнулась. – Хорошо еще пока нигде не пишут, что в атаке участвовали трехголовые огнедышащие драконы. Но это было ожидаемо. Новости уже старые, им дней пять. А вот о чем пишут на первых листах вчера и сегодня…
Она разгладила как следует лежащий перед ней листок тонкой желтой бумаги. Поправила очки, прищурилась – печатный шрифт на листе был очень мелким:
– «В результате дерзкого нападения был убит посол Российской империи в Берлине граф Константин Граббе. Злоумышленники заложили бомбу в паровой грузовой экипаж, припаркованный у ворот посольства. Взрыв произошел, когда автомобиль посла выехал на улицу и поравнялся с грузовиком. В результате взрыва погибли граф Граббе, сопровождавшие его водитель и охранник, двое случайных прохожих и гвардеец, охранявший ворота. Полицией Берлина начато расследование…»
– Ого… – только и смог выдавить Николай.
– Это краткая сводка. Передал наш агент в одной германской газете, оттого и слог такой… – Сыщица бросила листок к пустым цилиндрам,
