Однажды Калцабиджи, уходя из дома, решили отвести Айшу к Сильвии и забрать ее на обратном пути. Видя, что братья напряжены и озабочены, Айша размышляла, не связаны ли их тревоги с лотереей: она заметила, что кастельетто исчезло из комнаты для приготовления уроков. Братья задерживались, а Сильвия спешила в театр. Готовясь к выезду, она оставила Айшу в гардеробной.
— Ты великолепно держишься в комнате, — задумчиво промолвила Сильвия, расчесывая свои блестевшие волосы, — но не могу отчетливо представить себе, как это у тебя получится на сцене. Ты желаешь большего, чем предлагает тебе жизнь. Но чего? Почестей, славы?
— Мадам, мне хотелось бы заработать много денег.
Сильвия обернулась:
— Ты думаешь только о том, как набить себе карман? Девочка, я готова помочь тебе обрести профессию: я так и раньше поступала, если видела перед собой настоящий талант. Но я не стану помогать искательнице богатств.
Айша прокляла свою невольную откровенность. Она испытала унижение, заметив холодный и жесткий взгляд Сильвии. Айша почувствовала, как почти материнская доброта Сильвии исчезла.
— Мадам, извините меня. Я не хотела проявить неблагодарность… — Айша с ужасом обнаружила, что ее голос осекся и на глазах появились слезы.
Лицо Сильвии смягчилось, но затем она нахмурилась и снова повернулась к зеркалу. Наступила тишина. Айша вытерла слезы и наблюдала за отражением Сильвии в овальном зеркале, пока служанка, явившаяся на звон колокольчика, не начала убирать ей волосы. Спустя некоторое время Сильвия снова заговорила:
— Конечно, это ничего не значит: если у тебя есть амбиции — это твое дело. Я обручена со своей профессией, вот и все. Искусство требует дисциплины, вот почему я строга.
— Нет, мадам, вы щедры. Я даже не знаю, как отблагодарить вас.
— Тогда не благодари. — Сильвия рассмеялась. — Используй свой ум и талант. Мне и не нужно лучшей благодарности.
Пока Сильвия была в театре, Айша ждала в отведенной для слуг части дома, когда за ней придут. Но никто не приезжал. Казалось, братья забыли о ней, и Айше захотелось отправиться в Пасси пешком. Но слуги Балетти рассмеялись, когда она сообщила им об этом. На улице кромешная тьма, и она непременно заблудится, даже если возьмет с собой фонарь. Айша представила, как слышит приближающиеся шаги или оказывается в темноте под колесами проезжающей кареты. Все домочадцы были итальянцами и любили поболтать; им очень хотелось узнать, хорошо ли Айша усвоила итальянский, работая на Калцабиджи. Слуги постоянно поощряли ее говорить на этом языке. Сидя в прихожей и расспрашивая слуг об Италии, Айша чувствовала себя почти как дома.
Сильвия приехала после полуночи. Она всегда ждала Бруно, когда тот возвращался позже, как это случилось сегодня. Выпив бокал вина и отдохнув после спектакля, она пригласила Айшу наверх. Однако, не слишком расположенная к беседе, Сильвия усадила ее у окна.
Первыми приехали братья. Хотя у них было не очень хорошее настроение, но они согласились составить Сильвии компанию. Братья не заметили Айшу, и разговор с Сильвией быстро перешел к волновавшей их теме — лотерее. Сильвии это казалось скучным, но ей пришлось поддержать разговор, поскольку последняя лотерея состоялась этим вечером. Лотерея подтвердила дурные предчувствия графа де Бреля.
— Он действительно искал и нашел нас в опере, — говорил Гульермо. — Граф сообщил нам выигрышный номер, мы узнали, где он продается, и пошли вытаскивать из кровати агента по продаже билетов.
— Он этому отнюдь не обрадовался, — добавил Раньеро.
— Граф де Брель — тоже, когда агент проверил список: билет достался мастеру из Клиши; он работает на фабрике по производству шелка.
— Боже, вы и туда ходили? — поинтересовалась Сильвия. — Где вы только не побывали!
— Нет, достаточно знать, что самые худшие опасения графа сбылись.
Раньеро покачал головой:
— Не самые худшие. Мы утихомирим выигравшего. Он явно скупец, а его жена любит залезать в кошелек, так что его легко убедить не распространяться о выигрыше.
— Значит, эта пара не будет торжественно разъезжать по парку? Приятно это слышать. — Сильвия выдохнула. — Если мастер согласится держать язык за зубами, почему бы не найти какую-нибудь услужливую даму или господина и не объявить, что они выиграли большой приз. Тогда граф и все другие останутся довольны?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Именно это мы и предложили де Брелю! — воскликнул Гульермо. — Но он ответил, что не станет унижаться, упрашивая кого бы то ни было из своих знакомых врать ради него.
— Как это я забыла, ведь его любовница пойдет на это и глазом не моргнув, — усмехнулась Сильвия.
— Де Брель уже жалуется, что его принимают за мошенника, — кисло заметил Раньеро. — Едва ли дела де Бреля пойдут лучше, если я сообщу, что его любовница выиграла в лотерее! Ты же знаешь, он не содержит ее, у нее есть муж.
Сильвия пожала плечами:
— Тогда придется найти другую даму на роль аристократки — способную одурачить самого де Бреля. Представь ее как даму из провинции, готовую вместе с ним отужинать и рассказать всем о своем выигрыше. Ей придется показаться лишь на один вечер — Жюстина отлично сделала бы это для вас, только жаль, что все знают ее в лицо.
— Об этом и речи не может быть, — возразил Раньеро. — Тебе известно, сколь щепетильны такие люди, как де Брель. Представь им кого-нибудь, и они проведут весь вечер, выясняя родословную этого человека. С кем бы он ни общался, этот человек тут же станет всем известным.
— Глупости! — Сильвии эта затея пришлась по душе. — Я натаскаю ее: нам придется хорошо приодеть вашу барышню, но все это можно проделать — одежду я найду.
Айша забыла обо всем, слушая этот разговор, и книга, лежавшая у нее на коленях, упала на пол. Все тут же уставились на нее.
— Черт подери! — воскликнул Гульермо.
Раньеро пронзительно взглянул на Айшу и поманил ее к себе. Она встала и подошла к нему.
— Ты все слышала? — спросил он.
— Да, месье.
— Думаю, ты нигде не станешь болтать об этом?
Айша без страха посмотрела ему в глаза. Ее поразила мысль, что в известном смысле они ведут себя не лучше, чем она. Ради выгодного дела братья проводили тайную лотерею, обманывая официальные власти. Они мало чем отличались от Айши, хранившей мрачные тайны.
— Мне незачем болтать, если для меня найдется место в этой затее.
Все удивленно смотрели на нее. Сильвия расхохоталась:
— Браво! — Она весело взглянула на Раньеро. — Только послушай свою ученицу! Знаешь, она права. Она сыграет эту роль не хуже Жюстины.
Гульермо фыркнул:
— Вы хотите выдать эту девушку за аристократку? Да она даже на француженку непохожа.
— Тем лучше. Если вы утверждаете, что она не француженка, то никто не станет задавать трудных вопросов о ее родословной. Скажите де Брелю, что она итальянская аристократка.
Айша затаила дыхание.
— Мадам и господа, мне ничего не стоит сообщить, что я приехала в Париж из… — она вспомнила любимые географические карты Эдуардо, — Равенны. Я скажу, как приятно снова вернуться в Париж, город, где я училась в монастырской школе, особенно после того, как я выиграла в лотерее, едва успев купить первый билет.
Раньеро поднялся и начал ходить по комнате. Гульермо враждебно взирал на Айшу.
— Моя девочка, скажи откровенно, чего ты добиваешься?
— Месье, я хочу провести один вечер в обществе таких людей, как граф де Брель. Чтобы они сочли меня человеком своего круга, пока я одета так же хорошо, как и они.
— Все сойдет с рук, пока де Брель будет верить ей, — сказала Сильвия. — Ему придется навещать ее в хороших апартаментах, ей понадобится не меньше двух служанок и деньги на тот случай, если мы будем играть в карты. Все друзья графа делают большие ставки. Это азартные игроки, причем все без исключения, иначе ты не попал бы в эту переделку.
— Во сколько бы вам это ни обошлось, — решительно заявила Айша, — я обязуюсь все вернуть. После этого я попрошу вас держать в тайне сегодняшний разговор. Я тоже обещаю сохранить тайну. Что бы я ни делала, куда бы ни ходила, за кого бы себя ни выдавала, вы не знаете меня.
