Читаем без скачивания Дети Ирия. Ладомира - Елена Крючкова

Эус закрыл глаза. Слёзы струились по его дряблым щекам…

— Ты уверена в том, что говоришь?

— Да, мне доложил Нуаду[90], когда облетал прибрежные территории бриттов на своей колеснице. В чертоге разгорелся спор: старшее поколение считает, что согласно древним законам, мы не должны вмешиваться в жизнь бриттов.

— Ты сама не хуже меня знаешь этот закон… — произнёс Эус.

— Но, — продолжила Дану, — молодые ирийцы готовы защитить бриттов и их земли.

— Неужели бритты сдадутся на милость франков без боя?

— Никогда! — с жаром воскликнула Дану. — Бритты на редкость воинственны. Но франки отлично экипированы и организованы. Тем паче, что они переправили через Узкий пролив метательные механизмы.

Дану ждала, что скажет Эус, но он молчал.

— Скажи что-нибудь! — ярилась она. — Неужели ты хочешь, чтобы в угоду древнему изжившему себя закону, все мы погибли! Неужели ты хочешь, чтобы Авалон уподобился Йордгарду и опустел? И теперь его захватили франки! Или ты хочешь, чтобы большая часть наших братьев и сестёр закончили свой земной путь на погребальных кострах, как в Асгарде или Радогоше?!

— Нет, не хочу… — ответил старик. — Но и не могу дать тебе разрешение на применение силы. Это противозаконно. Но…

Дану напряглась.

— Прошу тебя Эус, говори!

— Ты можешь ослушаться…

— Я уже намеревалась это сделать! У меня достаточно сторонников!

Эус покачал головой.

— Подумай, Дану, своими решительными действиями ты можешь внести раскол в ряды ирийцев. Действуй исподволь…

Дану встрепенулась.

— Научи меня, Эус!

— Ты не станешь помогать бриттам выиграть битву… Но ты можешь отправиться на земли франков, что лежат за Узким проливом и устроить там Дикую охоту[91].

— Дикую охоту?! — удивилась Дану.

— Да, именно… Ты и твои приверженцы в своих колесницах будете носиться по небу над землями франков, вселяя ужас в их сердца. Пусть они знают: боги Авалона на стороне бриттов!

— Благодарю тебя за совет, мудрый Эус!

Однако Дану и её приверженцы: Дагда, Бригитта, Кернунн, Нуаду, Таранис, Тевтат[92] решили не ограничивать Дикую охоту одними только гонками колесниц по воздуху.

Дану и молодые ирийские боги мчались на золотых колесницах по ночному небу над землями франков. Дану правила колесницей, запряжённой тремя золотыми механическими ланями, подле неё в повозке стоял Дагда. Нуаду нёсся на двухместной колеснице, запряжённой тремя огромными орлами, вместе со своей женой Бригиттой. Колесница Кернунна была запряжена быком, а колесницы Тевтата и Тараниса — лошадьми.

Колесницы низвергали огненные стрелы, метко поражая цель. Прежде всего, Дану избрала для Дикой охоты Париж, столицу франков. Ирийцы обстреляли огненными стрелами королевскую резиденцию. В городе началась паника. По приказу начальника королевской охраны, арбалетчики открыли ответный огонь по варварским колесницам. Но стрелы франков не могли причинить им вреда. Парижане в ужасе попрятались по подвалам. Обитатели, в том числе королева и наследник, резиденции укрылись в подземельях и просидели там три последующих дня, опасаясь покинуть своё убежище.

Но Дикая охота не закончилась одним только налётом на Париж. Далее ирийцы разделились. Семейство Дану направилось к Vexillum Logo, новой резиденции ордена Золотого креста. Оно разрушило все четыре замковых башни, в одной из них в тот момент находился магистр Бернар де Керпин. Впоследствии тело магистра так и не нашли под обломками камней.

Таранис и Тевтат, раззадоренные Дикой охотой, налетели на Авиньон, священный город поклонников Логоса. Ирийцы обстреляли дворец Верховного Епископа и причинили ему огромный ущерб. Сам же Григорий IX едва успел укрыться в безопасном месте. Целую ночь две золотые колесницы рассекали небо над Авиньоном, повергая его жителей в неописуемый ужас. Тевтат и Таранис наслаждались Дикой охотой, покуда их колесницы не перестали низвергать огненные стрелы. Лишь тогда они умчались прочь.

Насмерть перепуганный Верховный епископ тотчас приказал отозвать войско франков назад. И поклялся более никогда не вторгаться на земли бриттов — уж слишком они воинственны. Да и кто ж мог предположить, что их боги так сильны?!

Оправившись от потрясения, Верховный Епископ распорядился собрать капитул ордена Золотого креста. Для его проведения был выбран город Альтенбург на территории Тюрингии, принадлежащий ордену.

Верховный епископ, здоровье которого подорвал налёт кельтов, от поездки отказался, но капитул благословил через своего верного легата Филиппа Орлеанского.

Одним из первых высших чинов ордена в Хаммабург прибыл маршал Курт Саксонский, верный вассал Хогерфеста. Он считал, что его патрон как никто другой достоин занять должность магистра.

Ландкомтур Эрик фон Линсбург и комтур Конрад фон Анвельт также отправились на поклон к Хогерфесту, как фавориту капитула, дабы засвидетельствовать ему своё почтение. Фон Анвельт по-прежнему лелеял надежду повыситься по иерархической лестнице.

В Хаммабурге он успел навестить госпожу Зельму. К вящему удивлению комтура от дикарки не осталось и следа. Его встретила красивая уверенная в себе женщина, купающаяся в богатстве и внимании Хогерфеста.

Конрад почтительно поклонился Зельме и даже не посмел заикнуться о былой договорённости. Однако новоиспечённая госпожа хорошо о ней помнила.

— Я многим вам обязана, комтур, — произнесла она по-саксонски с лёгким акцентом.

Конрад потупил очи долу. До него доходили слухи, что Хогерфест почитает свою наложницу, как жену. А новорожденного сына Вульфа просто обожает.

— Право, госпожа Зельма, — заискивающе произнёс он, — я рад, что вы обрели богатый дом и семью.

Женщина улыбнулась в ответ.

— Я непременно замолвлю за вас словечко перед господином Хогерфестом. — Пообещала она. — Насколько я разбираюсь в иерархии ордена, претенденты становятся ландкомтурами лишь после смерти предшественников. Но вы сможете получить должность безземельного ландкомтура, что не возбраняется уставом ордена, и служить магистру в качестве личного помощника.

Конрад фон Анвельт открыл рот от удивления. Ещё недавняя дикарка с лёгкостью баронессы рассуждала об иерархическом устройстве ордена. Зельма осталась довольна произведённым эффектом своих слов. Она не стала рассказывать фон Анвельту, что ландмейстер на днях посвятил её в эти тонкости, поддерживая, таким образом, всяческий интерес к ордену.

Хогерфест поцеловал новорожденного сына перед отъездом в Тюрингию.

— Я буду скучать по тебе, Фридрих… — томно произнесла Зельма.

Хогерфест страстно привлёк наложницу к себе.

— Я вернусь магистром. И, наконец, нарушу наш вынужденный целибат! — пообещал он.

Зельма ещё не оправилась от тяжёлых родов, но всё чаще ловила себя на мысли, что страстно желает Фридриха. И воздержание становилось ей невыносимым. Она всё чаще задумывалась: неужели она полюбила саксонца?

Наконец в Альтенбурге собрались все верхние чины ордена. Перед открытием капитула, орденская элита почтила минутой молчания погибшего от Дикой охоты магистра Бернара де Керпина.

Саксонцы, хоть и приходились франкам братьями по вере, тайно ликовали: раскол ордена не удался, Филипп Жестокий поумерил свой пыл, и они снова окажутся у кормила власти.

Во время открытия капитула слово взял Фридрих фон Хогерфест. Он ещё раз почтил де Керпина и особенно подчеркнул обстоятельства его гибели. Доктрина Хогерфеста состояла в том, что следует и далее осваивать захваченные земли венедов, закрепиться на них. Что касается богов племени бриттов, Хогерфест признал их силу. Но пообещал, что придёт время и орден расправиться с ними. А сейчас стоит подумать об острове Рюген с его несметными богатствами языческих храмов и о дальнейшем захвате территорий на востоке. Хогерфест не сомневался: Логос сильнее богов венедов. И орден обратит дикарей в истинную веру. Надо лишь тщательно подготовиться к походу и разработать новые мощные катапульты, способные сокрушить летающие языческие колесницы.

Капитул с восторгом внимал речи Хогефеста. Он сумел увлечь своим красноречием собратьев по ордену.

В начале мая Зельма получила письмо от Фридриха — капитул почти единогласно избрал его новым магистром ордена Золотого креста и вскоре он намерен вернуться в Хаммабург, который приобретёт новый статус.

Конрад фон Анвельт не обманулся в надеждах и стал ландкомтуром, к тому же — не безземельным. Магистр Хогерфест пожаловал ему земли на правом берегу Альбы, где ещё недавно хозяйничали венеды.

Поначалу фон Анвельт сник, но затем, оценил выпавшие ему возможности, — пожалованные земли были обширны, он принялся к их преобразованию на саксонский манер. Через некоторое время на землях венедов был возведён замок Анвельтбург. Его ворота украсили Золотой крест и герб с изображением красного быка на золотом поле. Город располагался в десяти лигах от Хаммабурга, в глубине покорённых территорий. Хогерфест намеревался сделать из Анвельтбурга плацдарм для дальнейшего завоевания венедов.