через два часа, в два пианино, точнее в пианино и электроорган, мы проиграли все шесть композиций. Я играл то на гитаре, то на барабанах, то пел, то мы пели вместе с Юлей, в общем, репетировали.* * *
В пять часов вечера, пришли Дима, Антон и Мефодий. Теперь вся «банда» в сборе. Мы поздоровались.
— А я звоню, вас разыскиваю. Днём дозвонился до Юли, там сказали, «ушла с утра на репетицию». Ведь мы же поговорить хотели, — сказал лидер ВИА. В принципе, на Антоне, была завязана вся эта студия. И сейчас решалось, выберут ли мою сторону остальные участники коллектива… За меня были уже два профи… а найти ДК под репетиции было вполне реально.
— Поговорите, я выйду, — сказал я и направился к выходу.
— Погоди, — остановил меня Антон. — Юля, Сева, вы как думаете, достоин ли Саша возглавить наш коллектив? — Те кивнули. — Ну и славно, а то я думал вас придётся уговаривать. Мы втроём тоже за. Так что, давай Саша, принимай руководство, мы в тебя верим. Мы со своей стороны обещаем, что не подведем тебя. Правильно ребята я говорю? — задал вопрос народу Антон. Народ одобрительно зашумел.
— С чего начнём, какую песню будем вставлять в концерт?
— А сколько в концертном отделении вы собираетесь исполнить песен? — поинтересовался я.
— Скорее всего четыре или пять.
— Ну значит будем менять все.
— Все? — удивился Антон. — Но разве у нас столько есть? И успеем ли мы?
— Ладно. Давайте сделаем тогда так — чтобы быть более уверенными и более подготовленными на всякий случай, вы проиграете сначала все старые песни — это полчаса, а уже затем начинаем разучивать новый материал, — расставил все точки над «и», новый дирижёр оркестра.
— Антон, а ты что, боишься, что не успеем выучит новые песни к праздничному концерту в ДК? — с иронией в голосе спросила Юля.
Тот кивнул, и она, улыбнувшись, продолжила:
— На самом деле бояться надо совсем другого! — и вызывающих повернулась ко мне…
Так. Понял. Мой выход.
— Короче. Для вновь прибывших. Вопрос такой. Ребята вы хотите быть известными и богатыми? Точнее даже не так. Хотите ли вы быть очень известными и очень богатыми? — принялся искушать змей искуситель, в моём лице. Те мотнули головой, и я рассказал про идею покорения песни-77.
— Охренеть, охренеть. Ну старик у тебя и планы! Наполеоновские! Неужели это возможно? — вопрошали ребята.
— Возможно. От вас сейчас зависит получится или нет. Все в ваших руках. Полная тайна организации. Никому, ничего не говорить вообще. Репетируете свой старый репертуар. Для всех — это официальная информация. Это должно быть сенсацией, а её нужно правильно подготовить. Сейчас ребята присядьте и послушайте, что мы уже за сегодня насочиняли. Они присели, и мы исполнили.
Ребята были убиты, воскрешены, и убиты ещё как минимум десять раз.
— Просто отпад! Просто блеск! Молодцы! Молодец! Когда же вы успели? — звучало из зала.
— Теперь репетиции, как только есть свободное время. А тебе ещё и тексты учить, — проговорил я обращаюсь к Антону.
* * *
Репетиция прошла нормально. По окончанию её, как и вчера, мы завезли Юлю. Перед тем как уйти она произнесла:
— Какой ты замечательный мальчик, Саша, — и попрощавшись убежала.
— Влюбилась в тебя, — обиженно съязвил тайный воздыхатель по принцессе — Сева, когда дверь захлопнулась.
Что уже ревность? Сева + Юля =? Хмм… Если вспомнить, на первую «репу» она с Иннокентием пришла… а вообще, по фигу их «санта-барбары»…
— Когда влюбится, поздно будет. Локти будешь кусать, а будет поздно! — с усмешкой сказал я, а сам подумал, «то ли ещё будет». Я был уверен, что через месяц, два-три, если меня не посадят и всё срастется как надо, Юли, Светы, Оксаны, Оли и Кати, ровно также, как и многие другие особы женского пола, просто захотят меня облизать и съесть. И это самое маленькое, что со мной захотят сделать.
— Слушай, всё хотел тебя спросить. Откуда у тебя волга? Кем работает твой папа? — поинтересовался я у шофёра.
— Папа дирижер оркестра, — переключив рычаг передач, находившийся на руле(!), сказал Сева.
— А, ну тогда понятно, тогда все ясно. Тогда другой вопрос. Где нам найти менеджера, в смысле продюсера?
— Кого? — не понял водитель.
— Опс… Ну музыкального руководителя. Чтоб он занимался организационными делами, а не я.
— Я попробую поговорить с папой.
— Было бы очень кстати, и ещё Сева, мне нужно уехать на неделю. Вы учите материал. Ноты у вас есть. Особенно клавиши. Я приеду, запишем несколько песен, для демонстрации, потенциальному «худруку» и для показа певцам. И ещё. Поспрашивай у папы, быть может возможно каким-либо способом, к примеру, за деньги, записать несколько песен на нормальной студии звукозаписи. Хотя шанс мал, но мало-ли, а вдруг?! — дал указания новы лидер ВИА.
Когда прощались я предупредил Севу, что буду ему звонить восьмого августа, в период с утра до обеда и попросил его быть дома. Он сказал — «хорошо» и уехал.
* * *
Зайдя в квартиру и поцеловав маму, вкратце рассказал, как прошла репетиция. За ужином напомнил ей, что завтра собрался поехать в деревню. Мама об этом прекрасно помнила и сказала, чтоб я был аккуратней и хорошо там себя вёл. Мы поужинали, и я пошёл в комнату.
Там залез в свою копилку и достал 15 руб. Затем посмотрел сколько лежит в копилке мамы. Там было 250 руб… Мы копили на цветной телевизор, «Рубин». Телевизор стоил 650 рублей, плюс переплата, если брать «по блату».
Взяв из маминой копилки 100 рублей, положил туда записку: «Мама, не волнуйся. Деньги я дал Феде взаймы, на мотоцикл. Он отдаст десятого августа. Извини, что не спросил. Десятого августа деньги будут 100 %».
Записка была написана на всякий случай. Вдруг мама залезет в копилку, а денег нет. Будет волноваться и поедет в деревню…
Когда ложился спать прикидывал ещё раз, что мне нужно с собой взять в дорогу, а дорога была не близкая — всё-таки другой конец страны. Что ж,
