– Ты о чем-то задумалась? – прервала мои грезы Маша.
– Все в порядке. Ты садись, угощайся. Давай выпьем за встречу! – я пришла в себя и налила вина.
– С удовольствием, лапочка. За радостную встречу! За тебя, меня и нашу крепкую дружбу, – и подруга моментально осушила бокал.
Я сделала два коротких глотка. Удивительно, но пить в этот раз совсем не хотелось. Будь я одна, с легкостью бы последовала примеру подруги. Но, сидя вместе с ней за столом, я впала в ступор и стала неподвижно смотреть перед собой.
Мария заметила мой отсутствующий взгляд:
– Аннушка, моя маленькая девочка! Ты сама не своя, кто тебя обидел? Только не говори, что все в порядке! Меня не проведешь, я знаю тебя как облупленную.
Я посмотрела ей в лицо и произнесла фразу, ставшую началом долгого признания:
– Мне последнее время нехорошо, чувствую себя отвратительно. Я совсем одна-одинешенька… Ты не останешься до утра?
– Не брошу же я лучшую подругу в состоянии личностного кризиса! – ответила Маша. – Но я не понимаю, что именно с тобой произошло. Адвоката могу прислать или к доктору направить. Но, надеюсь, до этого не дойдет. Ты знаешь, я сама терпеть не могу ходить по врачам, особенно в ужасе от стоматолога. Каждый раз к нему как на пытку иду, и вроде не больно, а все равно страшно. Не зря говорят: «У страха глаза велики». А страх в голове, все дело в го-ло-ве. Элементарно, Ватсон!
– Ни адвокат, ни стоматолог мне не помогут. Просто последние месяцы у меня, ты правильно сказала, непорядок как раз с головой, – призналась я.
– А я что говорила! У меня с головой похлеще проблемы, – нервно улыбнулась Маша. – Сижу иногда и думаю: «Зачем мне муж и дети? Бросить бы их к лешему и сбежать куда глаза глядят!».
Я всем сердцем желала рассуждать как она, по-детски легко и беззаботно. Но я не Машка, мой мозг устроен по-другому. Лучше стереть память, забыть абсолютно все. Хочу заново родиться, попасть в новую телесную оболочку, свеженькую, еще не испорченную бренным существованием. Впрочем, куда забросит мой дух колесо сансары, предполагать не решаюсь.
– Как ты удивительно и складно рассуждаешь! Тебе нужно стать путешественницей. Выпроси у мужа денег на далекую экспедицию, собери опытную команду – и в путь. Ах да, у тебя же маленькие дети… Нет, с вечно работающим папой их не оставишь, он их по ошибке на бирже продать может. Придется вам вместе отправиться на поиски приключений. Представь: «Первая династия путешественников отбывает сегодня в кругосветное плавание! Давайте поприветствуем смельчаков и позавидуем их энтузиазму. Удачи вам, пираты далеких морей!» – правда, забавно звучит?
– Прикольно! Чувствую себя подружкой Джонни Деппа. Это вино на тебя так действует? – засмеялась подруга. – Предложу эту идею Кольке. Так и скажу: «Милый, а не хочешь ли ты порадовать свою любимую? Знаю, дорогой, что хочешь – помчались тогда в кругосветку!».
– Езжай! А я не могу даже выползти из квартиры и все выходные лежу в кровати, глядя в потолок или тупо смотря сериалы с утра до вечера, – не выдержала я. – А с наступлением ночи мне становится очень страшно. Я боюсь засыпать, не хочу видеть сны: они пугают меня и издеваются надо мной.
– Анечка, так бы и сказала сразу! Чего ты стыдишься? Это же не преступление, всем время от времени снятся страшные сны. И у меня такое случается, – на удивление серьезно сказала Машка. – Мне как-то приснилось, что супруг мой взял и пропал, а я в три часа ночи ошарашенно бегала по городу в ночной рубашке и звала его. Коля же и разбудил меня, недоумевая: «Зайчик, что ты там бормочешь? У меня заседание в восемь утра. Ты хочешь, чтобы я не выспался и срывался на подчиненных? Может, тебя подушкой накрыть?». Больше мне ничего подобного не снилось, слава богу.
– У тебя есть близкий человек, которому ты можешь открыться, он смеяться не будет и «03» не наберет. А у меня никого нет! Мне кажется, этот пресловутый кошмар и есть мой самый родной человек. Самое гадкое в этой истории то, что ему-то как раз это очень нравится! – выкрикнула я.
– Ты так говоришь, словно твой кошмар – живое существо: ходит за тобой по пятам и не дает проходу, – заметила подруга. – Это нелепые фантазии, плод твоего воображения.
– Ты попала в точку – это воистину живое существо! – заорала я. – Оно преследует меня каждую ночь! Прошу тебя, пойми! Оно во мне! Я скоро сойду с ума!
– Цыц! Все нормально, что ты как маленькая девочка истерику устраиваешь. Живое, говоришь? Сейчас я с тобой, никого тут нет, – глядя по сторонам, сказала она. – Может, у него и имя есть?
– Грей. Так он представился, – выдавила я и прикрыла глаза.
Я отчетливо представила его, в упор глядящего на меня с циничной ухмылкой. Он никуда не уходил, а притаился рядом, внимательно слушая наш разговор. Интересно, как Грей отнесся к тому, что подруга теперь о нем знает? Машка явно не сможет забыть то, что я ей сегодня наговорила.
– Извини, если ты не хотела услышать подобное признание, – продолжила я, – но теперь уже поздно.
– Грей… Забавно! Ну и кличку же ты придумала, фантазерка. Честное пионерское, я действительно стараюсь тебе поверить и даже представить этого таинственного пришельца. Если без протокола, то полная жуть. Девочка моя, чтобы в голове поселился какой-то маразматик, да еще ужастики наводил, когда вздумается? Говорила я, не живи долго одна, кто-нибудь возьмет и сам придет – так сказать, неприятный сюрприз! И давно вы общаетесь? Я не думаю, что он симпатичный. Скорее наоборот, верно?
– Ты знаешь, выглядит он действительно отвратительно, – ответила я. – Но главное, что он портит мне жизнь и не собирается уходить. Мое сознание для него – дом родной.
– Да, дела твои плохи. Говоришь, очень страшные сны снятся? Ну, расскажи какой-нибудь – наверняка ты их помнишь, раз так сильно переживаешь. Лично я почти всегда забываю сны, они обычно лишены всякого смысла. Хотя бывают весьма приятные, даже просыпаться не хочется…
– Если бы я не хотела просыпаться, то была бы безмерно счастлива, но сейчас любое сновидение – это кара небесная. Только непонятно, когда я успела так согрешить, – огрызнулась я.
– На тебя наверняка навели порчу! Я смотрела одну передачу, где об этом рассуждали. Бывает даже порча на смерть, – придала оптимизма Машка, – она пожизненна и уходит только со смертью жертвы. В таких случаях нужно срочно идти к знахарке или колдунье, они обязательно помогут. Заодно приворожить кого-нибудь можешь, чтоб несколько раз не приходить.
– Порча на смерть, говоришь? Я целительниц, белых и черных магов, ведуний и колдунов не воспринимаю всерьез, – разочаровала я подругу. – По молодости наведалась с приятельницей к гадалке, так она мне суженого нагадала в тот же год. Времени уже сколько прошло, а суженого нет как нет. Приятельнице она нагадала заморского принца, и что ты думаешь? Через полгода улетела, стерва, с иностранцем за кордон. Спасибо бабуле! Что же мне так не везет?
– Будет и на твоей улице праздник! Погуляем еще на вашей свадьбе. Я буду свидетельницей, если ты не против, – не унималась Машка. – Главное, покончить с Мреем… Бреем… Тьфу, как его там? Греем, во!
– А ты всегда остаешься оптимисткой. Давай еще по бокалу, а то в горле пересохло, – расчувствовалась я от ее пьяных фантазий.
– Пьем за избавление от пленивших разум страшилок и за будущую счастливую семейную жизнь! – Мария чокнулась со мной и отпила вина. – Ну-с, красавица, расскажи любой сон. В детстве я очень любила слушать страшные истории – нравится, когда по коже мурашки!
Я собралась с мыслями. Хмель ударил в голову, но я очень хотела поделиться с подругой, поэтому вспомнила одно из ночных посланий Грея и осторожно приступила к повествованию, заново переживая каждый фрагмент отпечатанного в памяти сна.
…Я находилась на рабочем месте. Давно за полночь, а у меня по контракту хоть и ненормированный рабочий день, но так поздно я никогда не оставалась.
Казалось, в соседних кабинетах царит пустота, только мне суждено сидеть сверхурочно. Я пишу какой-то отчет, хотя никогда не делала этого раньше, и уже исписала кучу бумаги. Моя должность – секретарь-референт, и в обязанности входит многое, но не написание отчетов. Пусть этим занимается начальство, а мне и так хватает работы.
Многие с ухмылкой заявят: «Секретарша, тьфу, как это пошло звучит! Что за работа? Приносить шефу кофе, выполнять все его прихоти, отвечать на звонки и мило улыбаться клиентам. Нехитрое это дело!». На самом деле я загружена на сто процентов. Мне, извините, в туалет некогда сходить: бегаю с кипами документов, договариваюсь обо всем. Я как единый информационный пункт для всех подразделений и региональных точек продаж, правая рука босса – он без меня пропадет. Я не зря получаю свои кровные полторы тысячи долларов плюс премию каждый квартал. Я работаю, а не просиживаю юбку, как некоторые куклы этажом ниже, принятые в штат только за красивые глаза и длинные ноги. У меня, в конце концов, высшее экономическое образование и диплом с отличием! Говорила мне мама: «С красным дипломом, дочка, еще труднее устроиться. Слишком умные тети мало кому нужны». Но я устроилась в приличное место, выдержав жесткое собеседование с многочисленными анкетами и долгие разговоры с менеджерами по персоналу. Эти толстые тетки-психологи – как я их ненавижу! Особенно напрягали их вопросы: «Кем вы видите себя через десять лет? Чем именно вы сможете помочь нашей динамично развивающейся компании?». Выдержала конкурсный отбор, пресловутый испытательный срок и завистливые взгляды сослуживцев.
